Дебора Декер - Номер в гостинице

Из глаз Дасти исчезли сомнения, вместо этого она с изумлением ощутила, как все ее существо мгновенно отозвалось на движения твердой плоти внутри своего тела.

Стив снова завладел ее губами. В нем опять закипело желание.

Эта женщина заполнила его ароматом своих духов и мускусным запахом нежного тела. Ее кожа, мягкая и шелковистая, горела огнем, и успокоить это пламя Стив мог только своими ласками. Ее вздохи и любовное воркование вызывали в нем все большее желание. Ее пальцы беспокойно блуждали по его телу — по плечам, по груди. Дасти изгибалась в ответ на его мощные толчки, и Стив начал двигаться внутри ее тела с возрастающей скоростью.

Ее руки вцепились в его спину, ногти царапали кожу… Когда Дасти достигла пика и воспарила, Стив сумел подстроиться к ней и присоединиться в этом восхитительном, блаженном чувственном освобождении.

Он любил ее! Его сердце пело от радости и изумления. Только теперь он оценил это чудо их любовных объятий. И теперь он понял, почему для него так важно ее счастье.

Наконец Стивен постиг умиротворение и довольство, которые ускользали от него всю жизнь. Из глаз его хлынули слезы, и он попытался быстро и незаметно их смахнуть. Он был потрясен и лишился дара речи. Ему было необходимо обдумать все случившееся. Как ни хотелось ему тотчас же закричать о своих чувствах, он предпочел держать их в себе. Все, что он сейчас чувствовал, было всеобъемлющим и нахлынуло на него, накрыв с головой. Неужели наконец это было что-то настоящее?

Не зная, как справиться с новыми эмоциями, он прижал Дасти к сердцу.

Одно ему было ясно. Он знал, что никогда не отпустит ее.

Стив лег на бок и привлек Дасти к себе на грудь. Оба они лежали молча, пока дыхание их становилась ритмичным и более спокойным, а сердца переставали биться так бешено. Через некоторое время Стив почувствовал, что тело ее расслабилось. Но мозг его не мог угомониться — в голове все кипело и бурлило, и Стив тихонько пробормотал Дасти на ухо:

— О, моя любовь, ты держишь в руках мое сердце. Пожалуйста, обращайся с ним бережно.

Дасти уже медленно уплывала в сон, когда до ее сознания дошли его слова. Она вздрогнула и очнулась. Дасти отчаянно старалась дышать ровно и медленно, не желая, чтобы Стив понял, что она слышала его слова. Неужели Стив сказал это всерьез?

О чем он просил ее? Она так долго и отчаянно боролась за свою независимость. Неужели теперь ей придется расстаться с ней? Ее чувства к Стиву тоже были новостью для нее. Сейчас она не смогла бы принять никакого решения, а грозившая ей жертва была слишком велика.

Внезапно голос рассудка прозвучал в ее сознании. Никто из них еще не заявил о том, что их отношения перешли в новую стадию. Стив ведь не сказал, что любит ее. Он не просил ее взять на себя хоть какие-нибудь обязательства.

Дасти напомнила себе, что Стив пробудет в ее гостинце еще пару месяцев, а потом уедет. К чему все усложнять?

Но она уже знала, что любит Стива. И знала также, что будет очень больно ранена, если они расстанутся. И, раз уж она знала, что рано или поздно все кончится, следовало держать свои чувства под контролем, как и свою боль.

Дасти снова расслабилась, и на ее губах появилась улыбка. Зачем думать об этом сегодня? Она не должна отдавать Стива. По крайней мере сейчас.

А пока что она лежала у него на груди и слушала ровное биение его сердца и не хотела обращать внимание на предостережение внутреннего голоса, который шептал ей: «Лгунья».

Дасти разбудило то, что ее потянули за волосы. Она посмотрела на электронные часы на письменном столе. Было больше двух часов ночи. Дасти высвободила руку из-под Стива. Она так и лежала рядом с ним на полу, а подушкой ей служила его грудь. Праздник, должно быть, давно закончился, подумала Дасти. Она испытывала чувство вины, оттого что бросила своих служащих.

Мэйбл, конечно, и сама способна со всем справиться, но ведь она не владелица «Ройял инн». До сих пор Дасти еще ни разу не уклонялась от своих обязанностей, даже если увлекалась чем-то посторонним.

Дасти осторожно освободилась, стараясь не разбудить Стива, и тотчас же испытала сожаление, оттого что лишилась тепла его тела и успокаивающих объятий. Она потянула с кресла плед и укрыла Стива, думая, что вернется позже. А впрочем, вернется ли или так и оставит его в одиночестве и на холодном ковре? В голове ее роились беспорядочные мысли, и принять сейчас решение Дасти была не в силах. Она лишь узнает, как прошел праздник, а потом решит, возвращаться к нему или нет.

Набросив на голое тело длинный халат и нацепив на босые ноги шлепанцы, Дасти тихонько выскользнула за дверь.

Добравшись до банкетного зала, она вспомнила, что не взяла с собой ключи от французских дверей и кухни. Но выход нашелся: Дасти прижалась носом к стеклу и стала всматриваться в полумрак комнаты — все было в безукоризненном состоянии.

Дасти улыбнулась. Она сумела хорошо вышколить свой штат, ее сотрудники прекрасно справляются с работой, в ее отсутствие. Но как бы они повели себя, если бы она и впрямь их покинула?

До плеча дотронулась чья-то рука. Дасти чуть не вскрикнула от неожиданности, но, обернувшись, увидела рядом Стива.

— Ты меня напугал до смерти! — прошептала она.

— Прости, — ответил он тоже шепотом, — но я не хотел, чтобы ты была здесь одна. Почему ты меня не разбудила?

— А зачем?

Даже в темноте Дасти почувствовала, как Стив нахмурился.

— Это небезопасно, — проворчал он.

— Небезопасно?

— Гм. Я соскучился по тебе.

— Правда?

— Ты покончила с делами? — спросил Стив улыбаясь.

Дасти кивнула.

— Вернемся в номер?

— Опять вздумаешь тащить меня на руках?

Стив поднял брови:

— А ты против? Может, если ты не будешь сопротивляться, тебе это понравится.

И тотчас же Дасти оказалась у него на руках, и он понес ее в комнату. Но на этот раз Стив направился прямо к кровати…

В ушах гудело. Чертовы мухи, подумала Дасти и взмахнула рукой, чтобы отогнать их.

Но когда ее рука ударилась обо что-то твердое, она выругалась. Какие мухи? И разве они разговаривают?

— Пора вставать, дорогая, — прозвучал бархатный голос.

— Да, сейчас, — пробормотала Дасти.

— Ну же, соня.

Этот бархатный голос звучал раздражающе.

Кто-то взъерошил ей волосы и поцеловал в мочку уха. По спине Дасти побежали мурашки, и она мгновенно поняла, кто прижимается к ее спине.

— Не хочу просыпаться, — прошептала она.

Стив нежно прикусил мочку ее уха.

— Почему?

Его дыхание щекотало ее кожу.

— Потому что мне так хорошо…

— Предлагаю заняться кое-чем получше.