Элизабет Хой - Ловушка для дикого сердца

— Да, мадам. Ее доставили ровно час назад. — В его голосе послышался упрек. — Ее светлость надеется, что вы хорошо проведете здесь время. К сожалению, секретарь ее светлости мисс Перке уехала по делам и не сможет встретить вас. Но не беспокойтесь, она вернется уже к вечеру. А пока, возможно, вы захотели бы сразу пройти в свои комнаты или сначала прикажете подать чаю? — И он как-то неопределенно махнул бледной рукой в сторону террасы.

— Я хотела бы немедленно пройти к себе в комнату! — нетерпеливо сказала Эйлин. Мысль о том, что сейчас ей придется предстать перед этими элегантными людьми в испачканных брюках и старом свитере, приводила ее в ужас.

С завидной уверенностью Дерен опустился в большое кожаное кресло рядом с камином и забросил ногу на ногу.

— Я подожду здесь, а вы, девочки, можете пойти и прихорошиться, — сказал он. — Только, пожалуйста, не слишком долго, иначе я начну пить чай без вас.

— Ах, эта несносная миссис О'Рафферти! — проговорила Рила, следуя за слугой, который провожал гостей по комнатам. Хотя, казалось, она разговаривала сама с собой, ее замечание было услышано. Затем уже громче, для всех, мисс Верной добавила: — Заведующая почтой на Инишбауне миссис О'Рафферти очень небрежно относится к своим обязанностям. Полагаю, это ее вина, что телеграмма так задержалась. Я попросила отправить это сообщение секретаря мистера Дерена еще вчера утром.

На самом деле миссис О'Рафферти была очень ответственным человеком, она работала с раннего утра до глубокой ночи, а часто оставалась и на ночь. Она не оставляла своего поста даже во время болезни, и если кому-то срочно требовалась ее помощь, то люди приходили к ней домой, и она вставала с постели, шла на почту.

Эйлин с негодованием обрушила всю эту информацию на Рилу и безучастного швейцара в тот момент, когда они поднимались по белой лестнице с золотыми перилами.

— Но вы показали мою телеграмму леди Мелдун? — настойчиво спросила Рила у слуги.

— Да, конечно, но это только потому, что не было мисс Перкс, — объяснил он. — Но пожалуйста, не волнуйтесь, я сделаю все, что сделала бы для вас мисс Перкс.

Все выглядело довольно странно. Рила медленно начинала закипать, и исходящие от нее флюиды раздражения ощущались почти физически! Эйлин же, наоборот, эта ситуация показалась весьма комичной, она едва сдерживалась, чтобы не захихикать.

— Если бы леди Мелдун видела мою телеграмму, она непременно вышла бы меня встретить, — не успокаивалась Рила. — Она дома?

— Ее светлость сейчас дома, мадам. Они в своих покоях с семьей. У ее светлости нет привычки — я думаю, вы оцените это, — часто бывать в той части дома, которая отведена для временных постояльцев. — Если слуга таким образом пытался поставить Рилу на место, то ему это удалось.

Рила покраснела до корней волос, ее брови сердито съехались у переносицы.

Когда слуга удалился, оставив женщин в двух смежных комнатах, Рила вбежала в комнату Эйлин через общую дверь и села на кровать.

— Ах, этот невыносимый подхалим! — взвилась она. — Я не верю, что он показал мою телеграмму леди Мелдун. Он, вероятно, вообще забыл о ней! И что это за манеры! «Временные постояльцы»! Со мной здесь обращались совсем по-другому, когда я останавливалась в замке в июне.

— Может, тогда здесь было немного посетителей. Сейчас ведь середина сезона, и, наверное, замок переполнен гостями, — с сочувствием отозвалась Эйлин. — Думаю, очень тяжело, когда в доме так много посторонних, и поэтому совсем нет ничего удивительного в том, что Мелдуны скрываются где-то в своих покоях. Уверена, они обязательно придут поприветствовать вас, как только узнают, что вы приехали.

— Это какое-то глупое недоразумение! — Рила пожала плечами. Потом встала с кровати и быстрым шагом направилась к себе в комнату.

Эйлин раскрыла свой чемодан и извлекла из него легкое хлопчатобумажное платье, которое оказалось сильно помятым. Но по крайней мере, оно было без масляных пятен. Чуть позже, стоя под струями теплой воды в душевой кабине, Эйлин вспомнила о том, что не захватила с собой туфель. Ей придется целых два дня разгуливать по замку в старых, потрепанных босоножках. И в них же она должна явиться вечером на ужин!

Продолжая размышлять над неожиданно возникшей проблемой, Эйлин постучала в дверь к Риле. Ответа не последовало. И вдруг Эйлин поняла — пока она занималась своим туалетом, Рила, не дождавшись ее, спустилась вниз. И теперь ей предстояло самой найти дорогу в этом целом лабиринте лестниц и коридоров, а затем предстать перед теми людьми на террасе. И никого рядом!

Следующий час превратился для Эйлин в настоящую пытку. При ближайшем рассмотрении люди, сидящие на террасе, оказались еще более «ужасными», чем девушка себе представляла. Двое из них, известный лондонский писатель и его жена, были, по всей видимости, старыми знакомыми Рилы и Дерена. Когда Эйлин присоединилась к ним, все гости с воодушевлением обсуждали новую книгу Трента Седжетона.

— Это мисс Кейт, которая приехала с нами с Инишбауна, — с рассеянным видом пробормотала Рила, завидев Эйлин.

Ее появление лишь на мгновение прервало их захватывающую беседу. Писатель, импозантный мужчина лет сорока пяти, в белоснежном костюме, лениво оглядел Эйлин с ног до головы, не упустив из виду ни ее помятого платья, ни ее босоножек, и с таким же равнодушием и невозмутимостью перевел взгляд на свою жену. Его жена была молодой и красивой, черные распущенные волосы подчеркивали необыкновенно яркий голубой цвет ее глаз. Прерванный разговор снова возобновился. Эйлин быстро села на стул и спрятала под него свои голые ноги.

— Вы приехали в самый подходящий момент, — густым басом проговорил Трент, обращаясь к Риле. — Завтра состоится парусная регата, а после нее в здании муниципалитета будет бал.

— И леди Мелдун тоже собирается к нам присоединиться, — внесла свою лепту в разговор миссис Седжетон. — Мне об этом утром сказала мисс Перке. Кроме того, из Дублина приедут еще несколько наших приятелей. Кажется, эта регата и бал станут кульминационной точкой в нынешнем сезоне. Некоторые гости леди Мелдун, одна молодая девушка и ее спутник в морском костюме, и еще та элегантная женщина, которую мы утром встретили в холле, специально приехали, чтобы принять участие в этих мероприятиях.

— Ты говоришь о той женщине, у которой оказалось так много багажа? Она, наверное, американка, — предположил Трент.

— Да, уж точно не ирландка. Женщин, одевающихся в Дублине, видно за милю. Графтон-стрит решила посостязаться с Пятой авеню и Диором. На последнем показе мод в Дублине Диор остался в тени, а о Бальмейне и вовсе позабыли.