Мари Феррарелла - Мужская душа

Выражение ее лица стало, еще более невинным.

— Из-за того, что я сказала «Кэрсон»?

Она отлично знала, что он не это имел в виду.

— Из-за того, как ты назвала меня Кэрсоном.

Она вздернула голову, ее глаза по-прежнему улыбались.

— Ну, и как же?

— Ты снова начинаешь тот спор. — Он внимательно посмотрел на нее. — Насчет спонсора.

Лори продолжала, есть свое блюдо.

— Нет-нет. Я закрыла тему спонсорства.

Кэрсон уставился на нее. Лори с таким же успехом могла сказать, что умерла и отправляется на небеса.

— Ты закрыла эту тему? — переспросил он.

— Ты абсолютно прав, — произнесла она так же невинно, каким был ее вид. — Из этого не выйдет ничего хорошего, так что у тебя нет ни единого повода нервничать. Ты взрослый человек, сам занимаешься своими делами, а я не вложила туда ни одного цента.

— Вот как? — Он не верил ее беспечному заявлению ни единой секунды.

Лори откусила кусок курицы с кунжутом. Кэрсон не забыл, что это ее любимый сорт, подумала она с удивлением.

— Именно так, — подтвердила Лори.

— То есть ты намерена прекратить разговор о спонсорах? — Он ждал ее возражений.

От взгляда Лори у него напрягся живот, хотя речь шла только о том, как найти деньги, необходимые Центру.

Она подняла руку в торжественном обещании и самым искренним тоном произнесла:

— Больше ни слова.

Кэрсон нахмурил лоб. Его озадачил оборот, который принял их разговор. Он хотел выслушать мнение Лори и затем, после некоторых колебаний, сдаться ей. Но без всякой осады с ее стороны признать свое поражение было слишком обидно.

Однако она не оставила ему выбора. Его загнали в угол, и ему оставалось только объявить о своем банкротстве. Он не хотел, чтобы это случилось, пока остаются какие-то варианты.

Кэрсон сердито выдохнул воздух.

— Хорошо, ты победила.

— Победила? — откликнулась Лори, улыбка играла на ее губах. Она поморгала глазами, изображая наивную девчушку. — Кого я победила, Кэрсон?

Он понял, что она разыгрывает его. Но это не изменило темы беседы.

— Необходимо найти спонсора. Это не соответствует моим правилам, я не хочу идти на улицу с протянутой рукой, но ничего другого не остается.

Лори была рада такому повороту событий. Наконец-то она сможет оказать ему реальную помощь.

— Никакой протянутой руки, Кэрсон, я обещаю. Мы найдем с ними общий язык, они сами дадут нам денег. — У нее разыгрался аппетит, она положила себе еще еды. Ее глаза светились, великие планы начали выстраиваться у нее в голове. — Но, так или иначе, мы должны будем найти повод для встречи. — Размышления заняли у нее всего секунду. Ее глаза засверкали, когда она произнесла: — Придумала, у нас будет вечеринка в честь пятидесятилетия.

Это начинало его раздражать.

— Что?!

— Центр был построен в тысяча девятьсот пятьдесят первом, — напомнила она ему. — Знаешь, времена подстриженных пуделей, гладко зачесанных волос и невинности… — Она подмигнула. — Во всяком случае, так считается.

— Зачем нам нужен какой-то повод? — Даже после того, как в его жизни все перевернулось, Кэрсон продолжал стремиться к простоте отношений.

— Причины две. Людям нравится хороший повод и нравится веселиться за чужой счет. — Она знала, что он ей сейчас скажет, и опередила его: — Не ты, но очень многие. Так или иначе, мы предоставим им и то, и другое.

— Кто это «мы»? — Его роль в предстоящей вечеринке, подумал Кэрсон, заключалась в том, чтобы позволить ей сделать все самой. — Это будет строго твоя задача.

— Ты говоришь, как будто нам предстоит организовать высадку войск в Нормандии. — Она сделала несколько заметок для себя. — Все будет здорово, Кэрсон. Поверь мне.

— Я не хочу никого изображать из себя. — Ему не понравилась ее улыбка. Он отодвинул от себя тарелку. — Нет, вычеркни меня из этого списка. Ты все сделаешь сама. Я буду только сторонним наблюдателем.

— Не шуми, — сказала Лори. — Не наблюдателем. — Она снова придвинула к нему тарелку. — Ты должен быть в центре событий.

Это целиком ее идея. Ему незачем даже показываться, решил Кэрсон.

— Почему? — спросил он.

— Потому что «Святая Августина» — твой Центр. Я обещаю, что тебе достанутся только представительские функции. — Она снова подмигнула, вызывая у него странные подозрения. — Я сделаю все остальное.

Мысль о том, что ему придется что-то «представительствовать» повергла его в смятение.

— Ты только, что родила ребенка, тебе надо отдыхать, — сказал Кэрсон.

У нее было собственное мнение на этот счет.

— Я только что избавилась от тяжести и заряжена энергией.

Он вздохнул, покачав головой.

— Я боялся, что ты так скажешь.

Но Кэрсон не мог заставить себя говорить трагично, как ему того хотелось. Он понял, что не достиг успеха, увидев довольную улыбку на ее лице.

— Хорошо, — сказала она, передавая ему солонку. — Давай вместе заполним гостевой лист.

— Господи, гостевой лист, — пробормотал он.

Она посмотрела на него таким взглядом, какой раньше ему не посылала.

Кэрсон сосредоточенно уставился на солонку.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Кэрсон осматривал костюм, который Лори оставила на крючке двери ванной, а сама отправилась в гостиную, чтобы примерить свой наряд, приготовленный для завтрашней встречи со спонсором. Она хотела, чтобы Кэрсон посмотрел, как она в нем выглядит.

Перед ним был красный пиджак, обтягивающие джинсы и белая футболка. Он посмотрел в сторону гостиной.

— Это шутка, да?

— В чем дело, тебе не нравится? — Ее голос зазвенел. И, не дав ему ответить, она продолжила: — Ты будешь выглядеть, как настоящий Джеймс Дин. Или так, как он выглядел бы сейчас, если бы не этот инцидент с машиной.

— Если бы он не разбился на машине, то в наши дни был бы пожилым человеком.

Кэрсон услышал ее вздох.

— В таком случае, — поправилась она, — так, как он выглядел раньше.

Кэрсон брезгливо приподнял красный рукав пиджака, качая головой. Это несерьезно.

Как будто читая его мысли, Лори воскликнула:

— Ты должен вступить в игру, Кэрсон! Спонсор ждет, что мы будем одеты в стиле пятидесятых. — Она помолчала секунду, мысли ее были далеко. — Может быть, ты оденешься как Кэри Грант из картины «Мистер Удача, или Дом на корабле»? Это больше в твоем стиле, хотя одежда Гранта менее узнаваема. Ты будешь выглядеть глупо в смокинге. Всем известны джинсы Джеймса Дина и красный пиджак из фильма «Бунтовщик».

Вот незадача. Ему не хотелось, быть полным идиотом, который одет в костюм человека, умершего больше сорока пяти лет назад.