Маргарет Малькольм - Очарование юности

— Думаю, ты поступила мудро, Кит, — задумчиво произнесла она. — Есть в этом молодом человеке что-то такое… — Она на мгновение замолчала, а затем заговорила снова: — Мне сложно признаться, но, полагаю, все из-за его сердечности. Он искренне хочет помочь нашей девочке.

— Но когда он впервые появился здесь, ты так не считала! — невольно воскликнула Кит.

— Ты права, — согласилась с ней Милли. — Я склоняюсь к мысли, что с тех пор он изменился. Иногда я думаю, что в Австралии он встречался с девушкой и у них что-то не заладилось. Ты, как считаешь?

— Не знаю, может быть, — осторожно ответила Кит. — Но он же никогда не рассказывал об Австралии, правда?

— Нет, — снова согласилась старушка, — не рассказывал. Мистер Роскот, конечно, не из тех людей, кто любит распространяться о личной жизни, но время от времени одно-два странных слова все же срываются с его уст. И все. Даже Чарльз знает о нем не больше, чем мы. Кстати, о Чарльзе. Кит, что мы будем делать с празднованием Рождества?

— Не знаю. Думаю, стоит подождать и узнать мнение мистера Роскота на этот счет.

— Да, я тоже так считаю, — ответила пожилая дама и неожиданно выпалила: — Кит, почему ты до сих пор называешь его мистер Роскот, в то время, как все прочие давно зовут его просто по имени? Он-то называет тебя Кит.

— Да, знаю, — неохотно отозвалась девушка. — Так или иначе, мне не хочется… Послушай, это он надоумил тебя поговорить со мной об этом?

— Вовсе нет, — спокойно сказала Милли. — Просто в голову пришло…

— А мне кажется, ты ведешь себя глупо, Кит! — В комнату неожиданно вошла Пенни и поспешила присоединиться к беседе. — Даже я называю его Энтони, правда, он меня об этом сам попросил!

— Пенни, как долго ты подслушиваешь под дверью? — с беспокойством спросила Кит. Подумать только, ребенок мог услышать, как они обсуждали Энтони! Такое кого угодно повергнет в шок.

— Ну, вы говорили, что в Австралии он встречался с девушкой и у них, что-то не заладилось, — сообщила Пенни. — Как вы думаете, она разбила Энтони сердце?

— Малышка, где ты набралась таких фраз? — обескуражено воскликнула Милли.

— Прочитала в книге в библиотеке, — объяснила Пенни. — Как на ваш взгляд, это правда?

— Понятия не имею, — сухо произнесла Милли. — Пенни, нельзя подслушивать чужие разговоры, это… это нехорошо!

— Да? — безразлично сказала девочка. — Ну, я же не нарочно. Вы просто говорили очень громко, не услышать было невозможно. Любой бы услышал. Если уж хотите посекретничать о чем-то, нужно хотя бы дверь закрывать или не орать так. Я могу сама расспросить обо всем Энтони. Знаете, если он не прочь немного подождать, я сама выйду за него замуж.

Ошарашив таким заявлением Кит и Милли, Пенни заковыляла прочь из комнаты так быстро, как только могла. Переглянувшись с Милли, девушка поинтересовалась:

— Она это серьезно?

— Абсолютно, — весело ответила пожилая дама. — Ты же знаешь Пенни! Если ей в голову придет какая-нибудь блажь… Не волнуйся, Энтони поведет себя с ней правильно. Наверняка он ей скажет, что принятие такого серьезного решения следует отложить до тех пор, пока она не подрастет. Скоро девочка забудет свою причуду. Кит, это свидетельствует о том, что наша малышка привязалась к Энтони, и, возможно, он сумеет ей помочь.

— Возможно, — произнесла Кит и вдруг порывисто воскликнула: — Знаешь, Милли, ты права по поводу перемены, произошедшей с мистером Роскотом. Может быть, это произошло благодаря тому, что он увлекся кем-то, приехав сюда…

Старушка чуть приоткрыла рот от удивления, но быстро взяла себя в руки.

— Да? Почему ты так считаешь? — поинтересовалась она будничным голосом.

— Из-за разговора с самой девушкой, — ответила Кит, поворачиваясь к Милли спиной, якобы для того, чтобы разжечь огонь в камине. — Это Елена Алладайк.

— Елена! — скептически воскликнула Милли. — Кит, это глупости! Она не в его вкусе!

— Мы не можем утверждать этого наверняка, — возразила Кит. — Мы же о нем ничего не знаем, за исключением того, что он не проводил бы с ней время, если бы она ему не нравилась! Вряд ли он стал бы притворяться, что ему хорошо с девушкой, если на самом деле это не так.

— Может, ты и права, — осторожно произнесла Милли и поспешила сменить тему.

— Рождество, — произнес Энтони однажды вечером. — Мы с Пенни все обсудили и решили кое-что предпринять. У Пенни есть школьная подружка, чьи родители сейчас за границей, а у родственников дети больны корью, вот я и подумал пригласить ее к нам.

— Вы уверены, что действительно этого хотите? — заволновалась Кит, но Энтони весело произнес:

— Конечно! Стал бы я в противном случае это предлагать! Как я понимаю, у вас существует традиция приглашать на Рождество Чипчейза. Почему бы и нет? Он составит компанию Милли. К Пенни придет ее подруга Анна, близнецы самодостаточны. Кит, как ты думаешь, сможем мы с тобой развлечь друг друга?

— Думаю, да, — быстро произнесла девушка. — Будет так много дел…

— …что не останется времени на скуку, — закончил за нее Энтони. — Ладно, Кит, не преувеличивай!

— Я имею в виду, что, если вы будете заняты, мне не представится случай утомить вас.

Молодой человек лишь покачал головой.

— Даже не могу себе такого представить, Кит, — произнес он. — С тех пор, как мы познакомились, временами я чувствовал по отношению к тебе гнев, а временами… — На мгновение он замолчал, а затем продолжил: — Временами я был тебе благодарен. Но скучать рядом с тобой мне не приходилось никогда!

— Тогда решено, — торопливо проговорила девушка. Она бы очень хотела узнать, за что он был ей благодарен, но не нашла в себе мужества спросить об этом, а Энтони не объяснил.

Дни, остававшиеся до Рождества, миновали, и для Кит это было счастливейшее время в жизни. Энтони сообщил приятную новость, что Елена уехала из деревни. Задолго до появления Энтони в Бэнфилд-Сент-Мэри она получила приглашение, и отказаться от него не представлялось возможным.

«Понимаете, бедный старый дядюшка Люк пережил всех своих предков, а многочисленных потомков жизнь разбросала по свету, — объясняла Елена Энтони. — Поэтому, если мы с Оливером не поедем к нему, он останется совсем один. В Рождество так не должно быть, правда?»

Трактовка этой истории, услышанная Энтони из уст Елены, отличалась от мнения, бытовавшего в деревне. Неусыпная забота Елены и Оливера о «бедном старом дядюшке Люке», который вовсе не был бедным, была продиктована погоней за наследством. Так как каждый из них боялся, что другой перехватит инициативу и набьет карманы, ни Елена, ни Оливер не смогли отказаться от приглашения.