Хэдер Макалистер - Электронные письма любви

— То, что вы сказали сейчас, звучит очень, очень убедительно! — Билл Стоун вышел из кабинета Эмили.

В этот же день Эмили провела совещание с сотрудниками, участвовавшими в заключении контракта, для того, чтобы совместно разработать тактику дальнейших действий.

Вечером, когда она вышла из офиса и направилась к своей машине, ее окликнул женский голос:

— Мисс Шоу! Нам бы хотелось услышать ваши комментарии на требования фабрики игрушек “Ханекер”!

Эмили увидела, как женщина-репортер, достав микрофон, поднесла его к ее лицу.

О боже! Корреспондентам уже все известно!

— Я готовлю ответное заявление и выступлю с ним завтра.

— А вы не могли бы сказать сейчас нашим телезрителям, что собираетесь заявить завтра?

Телезрителям? — недоуменно подумала Эмили и только сейчас увидела мужчину, стоящего невдалеке и снимающего ее на телекамеру. Несомненно, это корреспонденты с Хьюстонского телевидения.

Как они надоедливы! — подумала Эмили и, прижав портфель к животу, быстро пошла вперед, к своей машине, бросив на ходу:

— Я все скажу телезрителям завтра!

Однако женщина-репортер не отставала от нее.

— Это правда, что между вашей компанией и “Натришнл инжиниринг” существуют какие-то особые, дружеские отношения?

— Я ничего не слышала об этом, а свое заявление я сделаю только завтра, — решительно повторила Эмили.

— Но если вам ничего неизвестно, что говорят о ваших компаниях, что же тогда вы собираетесь заявить завтра?

— Я ничего не смогу заявить завтра, если вы не дадите мне сейчас возможности уехать домой и подготовить свое выступление! — резко сказала Эмили.

Она должна уметь сдерживать свой гнев, ведь ее просто провоцируют!

Сев в машину, она услышала, как женщина — репортер что-то комментирует в телевизионную камеру.

Ну что ж, посмотрю сегодня десятичасовые вечерние новости и узнаю, что обо мне говорят, подумала Эмили.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Весь день репортеры, приехавшие на научную станцию в Аризону, не давали покоя Гейбу, желая услышать его заявление в ответ на требования трех фабрик игрушек, оспаривающих контракт, заключенный между “Натришнл инжиниринг” и “Эдыоплейшн”.

Несмотря на жару, они толпились на самом солнцепеке, около офиса Гейба. Гейб чувствовал себя животным, загнанным в клетку. Он не знал еще, с каким заявлением ему выступить. Решив посоветоваться по этому поводу с Эмили, он позвонил ей, но ее рабочий телефон все время был занят.

Вначале Гейб, ссылаясь на свою занятость, отказывался выйти и выступить с заявлением. Но репортеры все равно не уезжали, продолжая толпиться около его офиса, и ему пришлось выйти к ним и даже позволить снять себя для телевидения.

К десяти часам вечера Гейб и его самые самые сотрудники собрались в комнате отдыха, чтобы посмотреть телевизионные новости.

В начале вечерних новостей все увидели на экране самого Гейба, смотрящего на выращиваемые им растения, и одновременно услышали голос телекомментатора, рассказывающего о работе в области изучения и освоения биосферы научной группы под руководством Гейбриела Валера, о специальных играх и игрушках и о требованиях, предъявляемых тремя фабриками игрушек.

Почему телекомментатор совсем не уделил внимания самым более важным вопросам — производству продуктов питания из растений, выращиваемых на станции, а также целесообразности применения в учебных заведениях специальных игр? — возмущался Гейб.

Вскоре на телеэкране появилось лицо Эмили. Было видно, что она ничего не хочет отвечать настойчиво самой задающей ей вопросы женщине-репортеру. А потом на экране показали, как Эмили быстрым шагом направляется к своей машине, и Гейб просто обалдел, увидев ее округлившийся живот.

О боже! Эмили беременна!

Когда вечерние новости закончились и все сотрудники разошлись, Гейб, оставшись в одиночестве в комнате отдыха, несколько раз прокрутил видеозапись с теми кадрами, где показывали Эмили, идущую к своей машине.

Несомненно, Эмили ждет от него ребенка! Но почему она до сих пор ничего не сказала? Ведь они столько месяцев переписывались с ней по электронной почте! Может, это не его ребенок и поэтому она считает, что ему не стоит ничего сообщать? Но даже если это не его ребенок, все равно он очень хочет быть с Эмили, потому что любит ее. Он будет любить и ее ребенка. Он уверен, что необходим Эмили, особенно сейчас. Она для него важнее, чем его “биосферный проект”!

Посмотрев вечерние новости, Эмили стала молить Бога об одном — только бы Гейб не увидел, как она с округлившимся животом идет к своей машине.

Однако на следующий день его телефонные звонки ей на работу, записанные на автоответчик, развеяли ее надежды. Итак, он видел ее в телевизионных новостях. Как он относится к тому, что она беременна? Что думает по этому поводу? Не сердится ли на нее? Счастлив ли, что у него будет ребенок?

В течение всего дня Эмили была действительно очень занята и не смогла поговорить с Гейбом по телефону. Но вечером, когда пришла домой, она увидела несколько электронных сообщений от Гейба:

— “Я хочу видеть тебя. Если ты не можешь приехать ко мне, тогда я приеду к тебе”.

Пустые слова, он никогда не приедет к ней, работа для него важнее, — усмехнулась про себя Эмили.

Она молча сидела перед компьютером, когда увидела еще одно послание: “Нам надо обязательно увидеться. Приезжай ко мне”.

Что ж, прекрасно! Она поедет к нему в Аризону!

Она уехала в Аризону через несколько дней. Как и в прошлый раз, пришлось пройти обязательную профилактическую дезинфекцию.

— Мэм, необходимо надеть специальный скафандр, иначе вам не выпишут пропуск на территорию, где проводятся научные исследования, — строго сказал ей сотрудник, проводивший дезинфекцию.

— Но ведь я беременна, вряд ли у вас найдется скафандр для женщины, которая ждет ребенка!

— Да, действительно, мэм, таких скафандров у нас пока нет, — озадаченно ответил молодой человек.

— Тогда посмотрим, как вы выйдете из создавшейся ситуации! — улыбнулась Эмили.

Однако вскоре ей принесли скафандр огромных размеров, слишком большой даже для женщины, срок беременности которой приближался к семи месяцам.

Напяливая его, Эмили не могла избавиться от волнения. Гейб наверняка сердится на нее за то, что она не сообщила ему о своей беременности. Но что она должна сделать, чтобы искупить свою вину?

Ожидая Эмили в специальной гостевой комнате, Гейб чувствовал себя очень неуютно в непроницаемом скафандре. С каким удовольствием он стянул бы его с себя!