Мэри Берчелл - Младшая сестра

— Я не устала. И с удовольствием осмотрю сад, — заверила Аликс.

Голландский сад оказался великолепен. Аликс, получившая от бабушки навыки садоводства, с энтузиазмом расспрашивала старшего Элтона. Отец Барри был польщен и несказанно удивлен — в своих вопросах и комментариях девушка показывала недюжинные знания.

— Совершенно верно, — согласился он на очередное замечание Аликс. — Но откуда вы знаете? Я полагал, что городские девушки с трудом различают георгин и одуванчик и верят, что розы растут в проволочном каркасе.

— Но я вовсе не городская девушка, — заметила Аликс, пряча улыбку. — До недавнего времени я жила в деревне с бабушкой. А теперь приехала в Лондон и живу с сестрой.

— О, понятно. Это все объясняет.

— Нина Варони, сестра мисс Фарлей, известная певица, — вставил Барри.

— Никогда о ней не слышал, — ответил старик, довольный своим неведением.

— Нет? — изумился сын. — Но все ее знают.

— Только те, кому нечем заняться, — суровым тоном поправил мистер Элтон и многозначительно взглянул на сына.

Девушка, во избежание ссоры, стала нахваливать великолепные клумбы, и разговор перешел в более мирное русло.

После ленча они с Барри отправились на прогулку по лесам, окружающим имение как верные стражи. На небе появились первые алые всполохи заката, когда они вернулись в особняк. Сразу после чая девушка заторопилась домой.

— Вы можете навещать меня в любое время, — сказал старик, прощаясь с гостьей — В вашем возрасте следует проводить больше времени на природе, чем в духоте большого города.

— Я буду рада, — искренне призналась Аликс.

— В таком случае постараюсь привозить ее чаще, — кивнул Барри.

По дороге домой девушка была на седьмом небе от счастья. Даже прощаясь с Барри на ступенях «Глории», не испытывала сожаления. Разве он не обещал, что постарается привозить ее чаще? Значит, они будут видеться каждый день.

В тихо гудящей кабине лифта Аликс вспомнила о сегодняшней репетиции в костюмах. Бедная Нина! Должно быть, она ужасно устала и желает видеть дочь. Надо спросить у Прескотт.

Секретарша была, как обычно, в кабинете.

— Да, думаю, она захочет повидаться с тобой. Нина уже в постели, но она спрашивала о тебе полчаса назад.

— Уже в постели? Так рано? — изумилась девушка.

— Нина часто ложится спать сразу после репетиции. Что с тобой? Ты вся светишься от счастья. Выиграла в лотерею?

— Нет. — Аликс рассмеялась, и на ее щечках вспыхнул румянец. — Просто я отлично провела день.

— Понятно. Тогда отправляйся к Нине.

Варони лежала в кровати, бледная и утомленная.

— Привет, милая. Где ты была весь день? — Она протянула руку дочери.

— Я ездила за город… с Барри.

Глупо было бы держать это в тайне. И к тому же зачем?

Нина промолчала, застывшим взглядом уставившись на дочь. Аликс и не подозревала, какой юной, сияющей счастьем и красивой она предстала сейчас перед усталой певицей.

— Куда вы ездили? — Наконец поинтересовалась мать.

— В его дом в Ворвике. Он решил познакомить меня с отцом и…

— Домой? Барри познакомил тебя с семьей?

— Только с отцом. — Девушка вдруг испугалась. — Его мать…

— Послушай-ка, Аликс. — Варони резко приподнялась на локте. — Я не желаю, чтобы ты разгуливала с Барри, навлекая на себя подозрение. Ты должна покончить с этой дружбой раз и навсегда. Поняла?

— Должна… что?! — Аликс, самая мягкая и податливая девушка на свете, вдруг воспротивилась. Она с негодованием взглянула на Нину. — Я не собираюсь делать ничего подобного, — отчетливо произнесла девушка. — Как ты посмела предложить такое?

Глава 6

Аликс сама удивилась своим словам. А на мать они произвели неизгладимое впечатление. Похоже, никто за последний десяток лет не осмеливался перечить Нине, да еще в такой грубой форме. Певица побледнела, ее лицо исказила гримаса гнева.

— Ты будешь делать то, что я тебе велю!

Аликс вздрогнула под суровым взглядом матери.

— Неужели ты думала, что я стану терпеть твои выходки? Я разрешила тебе остаться и жить здесь, я тратила на тебя деньги и время, пытаясь превратить замарашку в леди… и теперь ты выказываешь неповиновение в одной-единственной просьбе?

— Но твоя просьба абсурдна, — возразила девушка, уже не так уверенно. — Нина, почему я должна это сделать? Почему, мама? — Аликс трепетно обняла мать.

Но ее ласка не вызвала в Варони ответной нежности. Нина только отодвинулась от дочери, тяжело дыша в негодовании.

— Аликс, я не собираюсь спорить. И еще меньше хочу, чтобы ты спорила со мной. Я впервые попросила сделать что-то для меня. Твоя неблагодарность возмущает…

Девушка попыталась возразить, но Варони нетерпеливо подняла руку, призывая молчать.

— Погоди. Мне было нелегко оставить тебя здесь. Но ты хотела остаться, и я разрешила. Мне было бы гораздо проще отослать тебя обратно в деревню. Большинство женщин в моей ситуации поступили бы именно так. — Нина кивнула, уверенная в своих словах. — Но я пошла на поводу у твоих желаний и взамен ожидала, что смогу влиять на твое поведение, на выбор друзей. И вот как ты меня отблагодарила!

— Я не хотела. — Девушка чуть не плакала. — Пожалуйста, не думай, что я неблагодарная. Ты так много для меня сделала! Ты для меня как ангел… и, конечно, у тебя есть право критиковать моих друзей… или мое поведение, если оно недостойное. Но ты же сама познакомила нас с Барри. И он твой друг. Почему же ты возражаешь против нашей дружбы?

Аликс умолкла, но, поскольку мать не произносила ни слова, она продолжила:

— Мое поведение нельзя назвать плохим. Я ходила с Барри в ресторан, ты сама разрешила. Он послал мне цветы. А сегодня он возил меня в свое имение и познакомил с отцом. Что в этом плохого?

— Тебе мало моего запрета? — холодно произнесла Нина.

— Да, мало. — Аликс попыталась смягчить слова смиренным тоном, но она сказала то, что считала нужным.

Аргументы матери были ей непонятны. Раньше, если бабушка запрещала что-то, всегда четко и ясно указывала на причину. И Аликс подчинялась, понимая правоту старой миссис Фарлей. Но сейчас… мать наложила запрет без всяких объяснений… всего лишь каприз или, может быть, ревность.

— Нина, милая… Тебе не кажется, что я имею право знать причину твоего приказа.

— Нет.

Аликс беспомощно вздохнула:

— Бабушка никогда не отказывала мне в объяснениях.

— Не напоминай мне о добродетелях своей бабушки! — гневно воскликнула Варони. — Знаю, она была такой чудесной, а я беспричинно злая! — Женщина откинулась на подушки спиной к дочери.