Софи Уэстон - Осторожней с желаниями!

Нилл не глядел на Эбби. О, как ему, должно быть, больно… Несомненно, он испытывал что-то к Джемайме, но все же Эбби осталась его «невероятной».

Я докажу, что можно полюбить во второй раз, безмолвно поклялась Джемайма.

– Спасибо, хорошо, – отозвался Нилл.

– О, это так захватывающе! Нилл просто герой, Джей-Джей. Он ловит преступников, – подхватила разговор Эбби.

– Что? – не сразу поняла Джемайма.

– Не только я, Эб, – пробормотал он.

Никто, кажется, и не заметил, как Нилл назвал Абигейл. Интимность между ними казалась здесь такой естественной…

– Он выслеживает мошенников.

– Я думала, ты игрок. – Джемайма попыталась говорить заинтересованно.

– Да.

– Не понимаю…

– Мошенники часто используют казино для прикрытия. Невозможно выследить их. Кажется, будто они просто выигрывают деньги. Умный ход. А я наблюдаю за теми, кто выигрывает больше остальных. И кто проигрывает. Потом пытаюсь выяснить, не работают ли они вместе.

– Это так увлекательно, – опять пропела Эбби. – Ты был в опасности?

– Только от рыжеволосых девушек.

– Любовный капкан, так это называется, да? А они в тебя влюблялись?

– Нет. Но однажды я подумал, что да. – Нилл дольше обычного глядел на Джемайму. – У той женщины была самая невероятная история, которую я когда-либо слышал.

– Неужели? И что же ты сделал? – поинтересовалась Джемайма.

– Проверил ее.

– Это, наверное, было трудно.

– Но стоило того.

– Она оправдала твои ожидания?

– О, даже больше того. Намного больше.

У Джемаймы перехватило дыхание. Она прокашлялась.

– Только не говори, что ты соблазнил главную шпионку, Нилл! – воскликнула Абигейл.

Джемайма едва сдержала стон. Как может женщина быть настолько слепа? Нилл рассмеялся.

– Я всего лишь записал все и сделал несколько звонков.

– Пойду лучше найду своего мужа. Младшая подружка невесты, кажется, собирается соблазнить его партией в теннис.

– Тогда скорее спасай его, – посоветовала Эбби Джемайма.

Эбби помахала им рукой и растворилась среди гостей.

Оставшись наедине с Джемаймой, Нилл развернул ее к себе.

– Ты потрясающе выглядишь, – шепнул он страстно.

– Это все наряд подружки невесты. – Джемайма ощутила, что краснеет. – И чистые волосы.

Нилл хохотнул и провел рукой по ее волосам. Он словно говорил:

«Я имею право гладить твои волосы. Ты сама разрешила мне».

Губы Джемаймы приоткрылись.

– У меня от тебя дыхание перехватывает, – прошептал он.

Джемайма не смела поверить своим ушам.

– Нам нужно поговорить. Куда можно пойти?

– Здесь есть нечто вроде зимнего сада. Я фотографировалась там среди роз.

Они прошли в сад.

– Еду уже подали, – обратился Нилл ко всем, кто был в саду. – Лучше поторопиться, пока все самое вкусненькое не закончилось.

Ему поверили – сад опустел.

Нилл закрыл витые железные ворота на ключ.

– Надеюсь, ты не закрыл нас навечно. Этот ключ, кажется, очень старый, – заметила Джемайма.

– Мне все равно. Я построю шалаш, и мы сможем жить среди роз. О моя дорогая, я думал, что навеки потерял тебя, – добавил Нилл поэтично, заключил девушку в свои объятия и поцеловал.

И поцелуи его были такими, какими она помнила их. Голодными и неистовыми. Только в тысячу раз более страстными.

– Я дурак, – сказал он, оторвавшись наконец от ее губ. – Грубый, бесчувственный идиот. Говорил тебе о своей несчастной первой любви, когда должен был говорить: «Ты свет моей жизни, останься со мной».

– Что?..

– Мое единственное оправдание – я не очень хорош в том, что касается выражения чувств. Дай мне карточный стол, или лодку, или что-нибудь практичное, и я смогу сделать что угодно. Но сказать женщине моей мечты, что она нужна мне? Забудь.

– Женщине твоей мечты? Но ведь это Эбби! Вы с ней из одного мира. У нее тоже есть титул. А я просто модель, которая зарабатывает своей внешностью. Я не аристократка.

– Единственная твоя проблема в том, что ты сноб.

– Что? Вовсе нет. Как ты смеешь!

– Да. Ты ведь влюбилась в меня, еще не зная, что я герцог.

– Раз уж мы об этом заговорили, почему ты не сказал мне о своем титуле?

– Я сам еще не привык к этой мысли. И к тому же я должен был закончить работу прежде, чем принять титул.

– Ты же не хотел возвращаться в Англию. – Джемайма погрустнела. – Потому что Эбби живет здесь. А вы не можете быть вместе.

– О боже, – простонал Нилл. – Но я сам виноват. Послушай меня, красавица! Ты спасла меня от скитаний по миру. Ты заставила меня хотеть тебя. Полюбить тебя. Искать тебя. Прошу: перестань путать меня и сделай одну-единственную вещь. Ты же тоже этого хочешь.

Нилл смеялся, но его взгляд остался очень, очень серьезным.

– Я правильно тебя поняла? Ты просишь моей руки?

– Пытаюсь… Боже, помоги мне. – Нилл обратил глаза к небу. – Пытаюсь.

– Пытайся лучше! – отозвалась Джемайма.

В ее глазах плясали веселые чертики.

Нилл так и сделал.

ЭПИЛОГ

– Мадам в ярости, – сообщила Джемайма Ниллу.

Они прогуливались по пляжу на закате. Ее волосы слегка развевались на ветру. Нилл коснулся их.

– Ммм…

– Она была так довольна, что я охмурила герцога, – хихикнула Джемайма. – Даже выставила платье на тендер. А когда я сообщила, что мы собираемся пожениться на Карибах, она была уверена, что сама займется праздником.

– Да уж, если что-то запало в сердце, трудно остановиться.

– Тогда ты запал мне в сердце.

– Я благодарю Бога за это каждый день.

– Я тоже. – Джемайма сильнее сжала его руку.

– Ты уверена, что не хочешь большую свадьбу?

– Хватит с меня больших свадеб. Кроме того, я не знаю никого, кто женился бы на барже. И потом, пока ты будешь работать мускулами, я могу весь день валяться в постели, – мечтательно произнесла Джемайма.

Нилл страстно поцеловал невесту.

– Сирена. Кстати, – добавил он, – у меня для тебя кое-что есть.

Джемайма была заинтригована.

– Что-то из герцогского имущества? – поддела она его.

– Нет. Кое-что из твоего имущества, – загадочно произнес Нилл. – Вещь, напомнившая мне, что я потерял что-то настоящее, слишком зациклившись на старой истории.

– Ах, ты! – Джемайма ткнула его в бок.

Нилл вытащил из кармана что-то яркое и маленькое.

– Мой купальник! – с восторгом воскликнула Джемайма. – Я так рада, что ты нашел такой же! Глупо, что я его выбросила. Просто мне было так больно…

Нилл остановился и взял лицо Джемаймы в свои ладони.

– Знаю, любовь моя. Это я виноват.

– Не совсем.

– Нет, я. – Он обнял ее крепче. – Не могу обещать, что никогда не сделаю тебе больно. Но если я буду глуп и слеп, просто приди и положи передо мной этот купальник. И я исправлюсь.