Камилла Хенкинс - Нареченный

Керри помолчал, размышляя над вопросом.

— Андреа — натура деятельная и не стесняется проявить инициативу, а Барни не монах. Женщины сами бросаются ему на шею. Красив и к тому же богат. По этой причине девицы не оставляют в покое и Джоуи. Взять хотя бы Ферн…

— Мне кажется, в моем случае Барни мешает то, что он знает меня практически с рождения. И еще то, что я дочь Айрин Стритон. У него есть жесткие принципы, которыми он, очевидно, не собирается поступаться. И он, наверное, испытывает неловкость оттого, что его многолетние дружеские чувства ко мне вдруг трансформировались в желание обладать мною как женщиной. И, наконец, мы скоро станем членами одной семьи.

— О Господи, Клэр, какая ерунда! Скорее всего Барни просто не был готов к глубокому чувству, обрушившемуся на него столь внезапно. Он всегда считал себя хозяином положения, хладнокровным и так далее. Ты моложе его, но уже далеко не девочка. Так что не отчаивайся, кроха, все еще впереди.

Клэр улыбнулась.

— Спасибо, дорогой, постараюсь. — Клэр налила кофе в опустевшие чашки. — Мне бы хотелось обсудить с тобой до свадьбы еще одну вещь.

— Наура? — с тревогой спросил Керри.

— Думаю, будет справедливо, если Кейт выкупит мою половину ранчо. Она ведь наследница большого состояния и скоро будет здесь полновластной хозяйкой. Я не хочу, чтобы это сделал Барни.

— Понимаю. Забавно думать, что Бересфорды могут десять раз купить и продать нас. Но Кейт… — Керри покачал головой. — Я не хочу использовать ее деньги.

— Она же будет твоей женой, Керри.

— Это ничего не меняет.

— Мне и самой не хочется продавать ранчо. Здесь везде ощущается присутствие папы. Когда я сажусь за его стол или еду на велосипеде по с детства знакомым тропинкам, мне кажется, что он где-то рядом. Я очень любила его.

Клэр неожиданно расплакалась. Керри вскочил, обнял сестру и прижал ее голову к своей груди.

— Не плачь, кроха. Папа обожал тебя и очень страдал, когда ты уехала с Айрин, но он понимал, что женщины тянутся друг к другу.

Клэр подняла голову и улыбнулась мокрыми от слез глазами.

— Если мама приедет, постарайся не отталкивать ее, Керри, — попросила она. — Ты ее единственный сын, и она любит тебя.

— Я могу обойтись без такой любви. У меня теперь есть Кейт и ты. Я уже никогда не буду одинок.

Айрин фон Бергхофер де Маффр приехала за четыре дня до свадьбы. Барни вызвался отвезти Керри и Клэр в аэропорт встретить мать. Кейт поехала с ними, чтобы морально поддержать своего жениха. Клэр не в первый раз отметила про себя, что из Кейт выйдет прекрасная мать — с такой поистине материнской заботой и любовью та относилась к Керри.

Они видели, как Айрин спускается по трапу — ее пышные светлые волосы блестели в лучах яркого солнца.

— Я не верю своим глазам, — простонал Керри. — Боже, как я нервничаю. — Он постоянно поправлял воротничок сорочки, приглаживал несуществующие кудри, от волнения не зная, куда деть руки.

— Успокойся, Керри, — мягко посоветовала Кейт, беря жениха за руку. — Это твоя мама, и она необыкновенно красивая.

Айрин действительно была женщиной редкой красоты. От нее словно исходило волшебное сияние. Ее внешность завораживала и притягивала к себе взоры окружающих. Айрин была одета в шелковую голубую блузку и такого же цвета брюки, которые смотрелись на ней в высшей степени элегантно.

— Она все-таки приехала, — произнес Барни, мягко улыбнувшись.

— Слава Богу! Я так рада, — с облегчением выдохнула Клэр.

Ее глаза блестели от счастья. Керри убедил себя, что мать его не любит и поэтому на свадьбу не приедет. А она взяла и приехала! Клэр бросилась к матери, та раскрыла объятия и, крепко прижав дочь к себе, расцеловала ее в обе щеки.

— Моя дорогая, моя дорогая, — твердила Айрин, мешая английские и французские слова. — Где мой мальчик, где Керри? — Она посмотрела на стоявшую поодаль группку — Мой Бог, это Барни? Потрясающий мужчина!

Айрин не была бы Айрин, если бы не обратила внимания на интересного мужчину. А Керри в это время пытался справиться со смущением. Он чувствовал себя десятилетним мальчиком, который очень любит маму, но стесняется ее раскованного поведения.

— Иди к ней, Керри, — подтолкнула его Кейт.

Она тоже волновалась немного в связи с появлением Айрин. Эта женщина приехала мириться или опять взбаламутит всех и уедет? От нее можно ожидать чего угодно.

Клэр тоже смотрела на брата, взглядом умоляя его подойти к матери. По лучезарному лицу Айрин пробежала тень.

— Давай, парень, — подтолкнул его Барни, — важно сделать только первый шаг.

И вдруг Керри сорвался с места и бросился в объятия Айрин. Кейт отвернулась, чтобы скрыть слезы, появившиеся у нее на глазах. Но Барни продолжал внимательно наблюдать за этой семейной идиллией. Сейчас он ясно видел, что Клэр унаследовала красоту от матери. Но кроме своей ослепительной внешности она в отличие от Айрин обладала многими другими достоинствами.

— Все в порядке, можешь уже посмотреть на них, — шепнул Барни на ухо сестре. — Айрин ведет себя прилично. Клэр позаботится о том, чтобы так было и дальше.

В свой первый вечер в Науре Айрин ходила по дому, удивляясь стоявшей в нем тишине.

— Я отчетливо слышу стук собственного сердца.

— У нас не всегда бывает так тихо, — улыбнувшись, сказал Керри. — Часто можно слышать пение птиц.

— Клэр, — обратилась Айрин к дочери, — ты сделала дом очень уютным. Я во всем вижу твою изящную руку. Думаю, Кейт добавит что-то свое, когда будет жить здесь. Замечательная девушка, очень похожа на Софи. Но Барни! Это что-то необыкновенное! Если бы он оказался в моем кругу в Париже, женщины не давали бы ему проходу. Он похож на кинозвезду. У него есть кто-нибудь?

— Он, кажется, неравнодушен к Клэр, — кисло улыбнулся Керри сестре.

— И не уверен, что ему это нравится, — добавила та.

У Айрин на лице появилось испуганное выражение.

— Надеюсь, это не из-за меня? Бересфорды всегда были очень придирчивы, особенно Софи. Может, она считает, что моя дочь недостаточно хороша для ее великолепного сына?

— Но она же ничего не имеет против меня, — мягко заметил Керри.

— Это потому, что ты похож на отца, дорогой. Твой отец никогда не осуждал меня. Эрик всегда был моим самым дорогим другом.

— И именно поэтому ты ни разу не приехала сюда? — не удержался Керри.

— Я была слишком далеко, дорогой, — тихо сказала Айрин, — и очень страдала из-за этого. Я молю Бога, чтобы ты простил меня.

Керри подошел к ней.

— Я прощаю тебя, мама, но никогда не смогу понять.