Эйлин Колдер - Живи любовью

Шейле страстно хотелось услышать какие-то нежные, ласковые слова. Нет, конечно, она не была настолько наивной, чтобы ожидать сейчас признаний в любви. Но все-таки, все-таки… Постепенно дыхание у обоих стало ровным, но Артур по-прежнему молчал. Шейла ощутила укол разочарования, и лишь только что пережитое блаженство не позволило ее настроению окончательно испортиться в этот волшебный миг…

Артур лежал рядом, задумчиво глядя в потолок. Ей стало интересно, о чем он думает. О чем вообще думают мужчины в Такие моменты? Понравится ли ему, если она снова дотронется до его тела? Или следует подождать, когда он сам проявит инициативу?

– Пойдем в спальню, – сказал он.

– Я скоро вернусь, – пообещал Артур, одеваясь.

Интересно, как скоро? – подумала Шейла, но спрашивать не стала. Ей казалось, что она не перенесет, если Артур покинет ее хоть на минуту. Овладев ею физически, он раз и навсегда привязал к себе и сердце, и душу Шейлы. Интересно, чувствует ли он то же самое?

Артур, одевшись, присел на край кровати и провел рукой по ее лицу. Шейла тут же прижала его ладонь к своей обнаженной груди, но он, с улыбкой покачав головой, ласково сказал:

– Не сейчас. Мне надо успеть на самолет.

– Но ты же обещал скоро вернуться… Я думала, через час или через два… – Шейла капризно надула губки, но с радостью заметила вспышку желания в глазах Артура.

– Я вернусь завтра утром. Николас будет здесь часов до десяти, чтобы разобрать почту и сделать все неотложные дела. Остальное время вилла в твоем распоряжении. Я позвоню Дениз и скажу, чтобы она не приходила сегодня. – Он склонился над ней и, поцеловав, шепнул: – Прощай, красавица.

***

Повалявшись еще немного, Шейла натянула на себя одежду и отправилась в свой коттедж, где приняла душ, вымыла голову и переоделась.

Рано или поздно придется рассказать Джун о том, что сценарий похитить не удалось, что вместо этого она влюбилась в Грина и стала его любовницей. Джун явно чтото напутала, произошло какое-то недоразумение. Шейла не могла поверить, будто Артур совершил то, в чем Джун его обвиняет…

Эта мысль мучила ее все утро и не отпускала даже тогда, когда они пили кофе с Николасом, который время от времени бросал на нее весьма странные, как показалось Шейле, взгляды. Неужели потрясающая ночь любви с Артуром столь сильно изменила ее?…

Шейла маялась весь день и все же решилась на то, от чего собиралась отказаться. Когда сгустились сумерки, она медленно прошла по всему дому и, словно подталкиваемая кем-то в спину, направилась к кабинету Артура.

Почти на самом краю широкой полированной поверхности письменного стола сиротливо притулилась зачехленная пишущая машинка. Рядом лежала рукопись, на титульном листе которой Шейла прочла: «Любить или ненавидеть». У нее вдруг сильно заколотилось сердце: это киносценарий, над которым Артур сейчас работает! Странно только, что он оставил рукопись на столе. Наверное, в спешке забыл убрать в сейф. Шейла поняла, что настал ее звездный час.

Она подняла трубку телефона и дрожащей рукой набрала домашний номер Николаса.

– Слушай, – начала она без всяких предисловий, – я случайно шла мимо кабинета шефа, – ложь с легкостью слетела у нее с языка, – и увидела на его столе сценарий…

– Разиня! – в серддах бросил Николас. -Довольно неосторожно с его стороны.

– Вот именно. Я знаю, как Артур дрожит над ним, и меня очень удивила подобная беспечность. Может быть, лучше положить его в сейф?

– Я сейчас приеду и…

– Не беспокойся, я спрячу рукопись сама.

– Заботливая девушка, – хмыкнул Николас. – Прекрасно. Валяй.

Шейла глубоко вздохнула, готовясь задать главный вопрос.

– Но дело в том, что я не знаю кода… Наступило долгое молчание; она даже подумала, что их разъединили.

– Алло, Николас?

– Извини, Шейла, мне показалось, кто– то пришел. Так что ты хотела? Узнать комбинацию замка сейфа?

– Совершенно верно. – Она постаралась скрыть дрожь в голосе.

– Ты готова записывать?

– Да.

– Четыре-семь-один-три-семь-восемь– восемь.

– Четыре-семь-один-три-семь-восемь-восемь, – повторила она. – Все. Спасибо, Ник.

Положив трубку, Шейла несколько секунд не двигалась. Она хотела выяснить правду и в то же время боялась ее. Я должна знать истину! – упрямо подумала она. Никто никогда не узнает, осматривала я сейф или нет. С глухо бьющимся сердцем она подошла к стене и отодвинула картину. Сейф был старого образца, с тяжелым медным цифровым диском. Волнуясь, Шейла начала набирать код. Наконец раздался щелчок, и дверца тяжело распахнулась, открывая взору аккуратную стопку папок.

Обнаруженный на столе сценарий Шейла положила рядом со стопкой, а затем дрожащими пальцами начала перебирать папки.

– Привет, Шейла. Что-нибудь ищешь?

Она резко обернулась и увидела стоящего в дверях Артура с потемневшим от гнева лицом. Шейла потеряла дар речи.

– Я спросил: ты что-нибудь ищешь? – Тон его был угрожающим.

– Ты не улетел? – еле выговорила она.

– Будем считать, что я передумал. И, пожалуйста, не увиливай от ответа. Я задал тебе вопрос. – Он с отвращением смотрел на ее испуганное лицо. – Никак не можешь придумать, что сказать? Тогда я помогу. Присаживайся. – Он указал на черное кожаное кресло.

– Я… не хочу сидеть, – произнесла Шейла чужим голосом. Но в этот самый миг у нее отказали ноги, и она рухнула прямо в кресло.

– Я не совсем уверен, стоит ли мне вызывать полицию…

– Неужели ты посмеешь?

– А почему нет? – Его серые глаза стали холодными, словно зимнее утро. – Я же застал тебя в момент кражи, не так ли? Кто подослал тебя? Какая-нибудь газетенка, выискивающая пикантные новости? Или ты вольный стрелок? Господи, ну почему я не прислушался к своему внутреннему голосу?! Ведь я знал, что тебе нельзя доверять!

Шейле стало дурно. Оказывается, Артур все время ее подозревал!

– Ты… знал? – прошептала она.

– Да, знал, – подтвердил он и, заметив ужас на ее лице, добавил: – Но не был уверен до последнего момента, пока не устроил тебе эту проверку. Я не мог сразу уловить, в чем дело, когда ты впервые приехала в мой дом, но профессия научила меня наблюдать за поведением людей. А в твоем поведении явно было что-то странное. Ты не похожа ни на одну из тех женщин, с которыми я знаком. Так мне казалось, по крайней мере. Начнем с того, что ты старалась подавить симпатию, которую испытывала ко мне, а женщины редко так поступают.

Артур взял стакан, налил себе бренди, залпом выпил. Затем вновь уставился на Шейлу.

– Временами мне казалось, что ты почему-то боишься меня. – Он снова налил себе бренди и выпил половину. – А затем мне показалось, что ты как-то расслабилась, стала более открытой, и я, должен признаться, начал даже верить в твою якобы мягкосердечность. Боже, твоя забота о Тони и его котенке вызывала слезы умиления! И конечно же я хотел тебя, сильно хотел. Боюсь, я позволил своему желанию ослепить себя. – Артур холодно улыбнулся, с пугающей ясностью давая понять, что больше такого желания у него никогда не возникнет.