Линн Маршалл - Это любовь

Рейчел остановилась и даже позволила себе гневно топнуть ногой.

— Если думаешь, что можно заставить меня вновь сесть в седло, то ты не в своем уме! — воскликнула она. — Как ты смеешь экспериментировать надо мной! Кем ты себя воображаешь?

— Успокойся, милая! Выслушай. Все будет отлично!

— Не говори со мной так, будто я лошадь, черт побери! — В ее голосе зазвучали истерические нотки, хотя Рейчел изо всех сил пыталась сохранить самоконтроль. — Ты, Джин, не имеешь права решать за меня! Можешь отослать Ласточку обратно, слышишь?

— Слышу, слышу. Тебя слышит и водитель трейлера, и все, кто находится на расстоянии мили отсюда. — Голос Юджина приобрел неумолимую твердость. — Ты устраиваешь мне сцену, хотя сама сцен не терпишь. Почему бы тебе не успокоиться и не позволить мне поставить лошадь в конюшню?

Рейчел стиснула кулачки, ей хотелось закричать, но она не смогла выдавить из себя ни слова.

— Ты ничего не понимаешь, — выкрикнула она наконец. — Ничего! И никто не понимает! Даже родители и друзья никогда не понимали меня по-настоящему! Почему никто из вас не допускает, что я могу самостоятельно принять решение? Я больше не желаю ездить верхом! Никогда, ясно?

Улыбаясь, Юджин взял ее лицо в свои жесткие ладони.

— Дорогая, пора превозмочь страх. Когда-то ты любила ездить верхом! И вновь полюбишь. Мы будем ездить вместе — ты и я. Это сблизит нас еще больше.

Рейчел с отчаянием замотала головой. Не хватало слов, чтобы заставить Юджина понять ее страх.

— Я знаю, что такое страх, дорогая! — удивил он ее своей проницательностью. — Я также знаю, что единственный способ бороться со страхом — это бросить ему вызов.

— Я приняла решение никогда больше не ездить верхом.

— Кто-то же должен тебя переубедить.

— Именно этим ты намерен заняться? — с вызовом спросила она.

— Да. И уверен, что добьюсь успеха.

— У тебя нет ни одного шанса, Джин! Слышишь? Ни одного шанса!

Рейчел, не оглядываясь, зашагала к дому. Гнев переполнял ее. Удивительно, что негодование оказалось сильнее страха. Как, впрочем, и любопытство. Через несколько минут Рейчел в окно наблюдала, как Ласточку вывели из трейлера. Она хорошо помнила эту изящную лошадку, полную грации и силы, серую в яблоках, с темным хвостом и темной гривой. Отлично сложенная, с широкой грудью, изящно посаженной головой и тонкой шеей, кобыла являла собой яркий пример отлично проведенной селекции. Рейчел также знала, что лошадь имеет прекрасную выучку и хороший характер.

Но даже самая спокойная лошадь становится опасной, если поддастся панике, даже вышколенная превращается в неуправляемую, когда ее охватывает ужас. И горе тому, кто окажется на пути обезумевшего животного…

Рейчел вздрогнула. Прошло уже несколько лет, но она так и не смогла оправиться от травмы. Причем душевная травма оказалась сильнее физической. Много раз родители, друзья, знакомые убеждали Рейчел вновь попробовать сесть в седло, но в конце концов отступились. Все, кроме Юджина Галвестона, как выяснилось.

Рейчел отвернулась от окна. Она только и делает, что уступает этому мужчине. И дьявол меня побери, если он победит и на этот раз! Но она уже чувствовала, что ее ждет тяжелейшая битва. Юджин умеет быть настойчивым и безжалостным.

Она затравленно огляделась, будто загнанная в ловушку. Скоро придет Юджин и позовет ее в конюшню взглянуть на Ласточку. Рейчел схватила ключи от машины, сумочку и выскочила на улицу.

Когда Юджин услышал звук разогреваемого мотора, он вышел из конюшни.

— Рейчел!

Она не ответила, глядя прямо перед собой. Юджин подошел к «мерседесу» и ласково спросил:

— Дорогая, куда ты собралась?

— За покупками.

— Продукты купим попозже, мы же собирались ехать вместе.

— Уверена, ты будешь слишком занят своей новой игрушкой, — отрезала Рейчел. — Поэтому я поеду одна!

Она включила зажигание и поставила ногу на педаль газа.

— Рей, послушай, ты ведешь себя как ребенок.

«Мерседес» рванулся вперед. Юджин едва успел отскочить в сторону. Рейчел взглянула в зеркало заднего обзора. Он стоял, широко расставив ноги и положив руки на бедра.

Юджин некоторое время мрачно наблюдал за исчезающей вдали машиной, затем медленно побрел к конюшне. Со дня свадьбы он многое узнал о своей непредсказуемой супруге, но в таком состоянии видел ее впервые.

— Ничего, твоя хозяйка успокоится, — сообщил он Ласточке. — Просто надо дать ей немного времени. Она взволнована, но это пройдет.

Ласточка вежливо кивнула и уткнулась в кормушку.

В пять вечера Юджин почувствовал, что проголодался. Рейчел еще не вернулась, а ему через час пора было ехать на встречу. Подождав полчаса, он открыл холодильник, угрюмо осмотрел его содержимое и снова закрыл. Еще через пятнадцать минут он начал беспокоиться. Рейчел давно должна была вернуться.

А что, если не вернется? — мелькнула неприятная мысль. Но Юджин тут же успокоил себя: нет, это невозможно, она любит меня. Правда, после свадебной ночи больше ни разу не сказала об этом.

Юджин нервно расхаживал по кухне, сжимая и разжимая кулаки, когда услышал шум подъехавшей машины. В ту же секунду его беспокойство, замешанное на страхе, сменилось бешенством. Он бросился из кухни в гостиную. Сейчас он себя не контролировал.

Резко шагнув к двери, Юджин ударом ноги распахнул ее настежь. Рейчел в этот момент медленно и устало поднималась вверх по ступеням, сгибаясь под тяжестью набитых продуктами пакетов. Подняв глаза на мужа, она замерла на месте — так ее испугало выражение его лица.

— Привет, Джин.

— Где ты, черт возьми, была? — рявкнул Юджин, готовый задушить ее собственными руками.

— Ездила за покупками. Я же говорила тебе. — Рейчел осторожно шагнула вперед и снова остановилась, увидев, что Юджин не шелохнулся и по-прежнему загораживал собой дверной проем.

— Что, ты ездила в супермаркет во Флориду?

— Извини. Я не знала, что нахожусь под наблюдением и время моего отсутствия высчитывают с секундомером в руке.

— Рей, не зли меня! Мое терпение и без того на исходе. Твое сегодняшнее поведение глупо, импульсивно, инфантильно! Тебе не пришло в голову, что я беспокоюсь?

— Нет. — Она рискнула сделать еще шаг и опять остановилась. — Я предположила, что вниманием моего мужа целиком завладела его новая лошадь.

— Эта твоя лошадь, Рей, — процедил он сквозь зубы. — Она твоя независимо от того, сядешь ты на нее когда-нибудь или нет.

— Она мне не нужна.

— Неважно. Все равно она твоя.

Юджин наконец-то посторонился, позволив жене войти. Она переступила порог после полуминутного колебания, и заминка еще сильнее разгневала Юджина.