Камилла Верден - Ночной блюз

Они приблизились к Тедди, Жуку и Другу, и Филипп осмотрел лапы, зубы, туловище щенка взглядом знатока.

— Прекрасный пес! — заключил он. — Сам бы с удовольствием приобрел такого. — Главное, правильно его воспитать. Если хотите, могу посодействовать вам в этом деле.

— Хотим! — воскликнул Тедди. — Жука мы обучали разным командам вместе с дедушкой. Потом — с Анной. Но Жук маленький, а Друг скоро станет огромным. — Он извинительно взглянул на Вильяма. — У дяди Вилли никогда не было своей собаки. Наверное, он и не знает, как их воспитывать…

Филипп ласково потрепал мальчика по голове.

— Можешь рассчитывать на меня. Мы сделаем из твоего Друга прекрасного сторожа и пастуха.

— Приезжай к нам завтра часов в пять вечера, Фил, — сказал Вильям. — Оценишь нашу скотину. И Клэр с Вероникой бери с собой. Поужинаем вместе, пожарим на костре сосиски, выпьем пива…

Он не узнавал себя. Дружба семьями, совместные ужины — еще месяц назад подобные вещи казались ему немыслимыми.

Филипп почесал затылок.

— Хорошая идея. Думаю, что Клэр она понравится.

Четверть часа спустя, когда Филипп уехал, Вильям почувствовал пугающую неуверенность. Он пригласил гостей, не посоветовавшись с Дороти, и понятия не имел, как она на это отреагирует.

Как раз в этот момент Дороти с маленьким ковриком в руках вышла на крыльцо.

— Не знаю, правильно я поступил или нет… — растерянно пробормотал Вильям, приблизившись к ней.

— Что ты имеешь в виду?

— Я пригласил на завтра Филиппа и Клэр. Подумал, поужинаем вместе…

Услышать подобное Дороти никак не ожидала. Приглашать на ужин семейную пару ей никогда не доводилось, ведь раньше у нее не было ни мужа, ни постоянного друга.

— Отлично придумано, — пробормотала она в замешательстве.

— Если ты считаешь, что я поступил неправильно, я сам позвоню Филиппу, извинюсь и дам понять, что встреча отменяется, — сказал Вильям, смущенный ее видом.

— Нет-нет! — поспешно проговорила Дороти. — Клэр моя подруга, я ей многим обязана. И буду только рада видеть ее у нас с Филиппом и Вероникой.

Она отошла к сараю и вытряхнула коврик.

— Дороти… — Вильям подошел к ней. — Сегодняшний день запомнится мне на всю жизнь. Раньше я никогда не бывал на ярмарках, на которых продают животных…

Он говорил о ярмарке, но настолько задушевно, что Дороти слышала в его словах второй смысл: ему понравился сегодняшний торг большей частью тем, что они посетили его все вместе и выбрали животных для возрождающейся фермы.

Однако она мгновенно насторожилась и подумала, что не должна подпускать его близко к своему сердцу, не должна! Ей и так тяжело. Трудно сказать, удастся ли ей когда-нибудь вычеркнуть из памяти сегодняшнюю ночь, свадебный поцелуй…

Повинуясь инстинктивному порыву защититься, Дороти поджала губы, приподняла голову и, свернув коврик, зашагала обратно к крыльцу.

Чувствуя приступ невыносимого отчаяния, Вильям подскочил к ней и схватил за руку.

— Ты сердишься на меня, Дороти? Я прекрасно вижу, что ты все еще сердишься… Но пойми: единственное, что мне нужно, так это помочь вам с Тедди. Не хочу обижать тебя, не желаю, чтобы после моего отъезда ты страдала. А уехать мне в любом случае придется. Ради вас же! Я не подходящий для семейной жизни человек. Домашний очаг, душевная привязанность — все это не для меня.

Дороти часто замигала. Она знала, что Вильям ошибается. Он пробыл у них совсем недолго, но уже несчетное количество раз проявил себя как заботливый семьянин, как внимательный отец…

Может, мне следует попытаться убедить его в том, что он сильно заблуждается? — неожиданно подумала она. И страшно обрадовалась своей мысли, но тут же одернула себя, добавив: ради Тедди, я попробую сделать это только ради Тедди!

На следующий день Филипп позвонил им с самого утра.

— Когда привезут ваших животных? — спросил он, поздоровавшись.

— В два часа дня, — ответил Вильям.

— Тогда я подъеду к двум, помогу вам разгрузить их, может, и Мэтью с Роджером подкатят.

У Вильяма потеплело на сердце. С каждым днем он все больше и больше чувствовал, что обрел настоящих братьев и боялся в это верить.

После обеда Дороти пошла укладывать Тедди спать, Анна занялась мытьем посуды и уборкой, а Вильям вместе с Питером и Сэмом, нанятыми для работы на ферме, отправились в последний раз перед прибытием животных осматривать отремонтированные овчарню, конюшню и загоны.

Когда Вильям, вполне довольный увиденным, вышел из хлева, было без четверти два. Услышав чье-то ласковое бормотание, доносившееся со стороны двора, он приостановился и напряг слух. И узнал голос Дороти. Сейчас этот голос звучал как любовное воркование, и кровь Вильяма помчалась по венам с бешеной скоростью.

Он осторожно зашагал к дому. Дороти не слышала, как он приблизился. Она сидела на корточках рядом с собачьей будкой и возилась с маленьким Другом.

— Ты тоже его полюбила, — тихо произнес Вильям.

Дороти вздрогнула, повернула голову и выпрямилась.

— Мне нравятся все животные, — сказала она смущенно.

— Потому что у тебя доброе сердце, — ласково прошептал Вильям, приближаясь к ней вплотную и убирая прядь волос с ее лица. — Они тоже тебя любят. Я убедился в этом вчера, на ярмарке.

Дороти опустила глаза, но не отшатнулась. Осторожно и медленно Вильям обвил руками ее тонкую талию. Все, что последовало, произошло как-то само собой. Их губы встретились и соединились в жарком, жадном поцелуе.

Если бы не добродушный мужской смех, прозвучавший со стороны дороги, они целовались бы, наверное, бесконечно.

— Эй, потом будете миловаться! — крикнул Филипп. — С минуты на минуту привезут вашу скотину, вы что, забыли?

Дороти так перепугалась, что уткнулась лицом в грудь Вильяма и некоторое время стояла, не двигаясь.

— Роджер сегодня занят, а Мэтью подъедет минут через десять, — сообщил Филипп, приближаясь и протягивая Вильяму руку.

Собравшись с духом, Дороти отстранилась от мужа, поприветствовала Филиппа и вышедших вслед за ним из джипа Клэр и маленькую Веронику.

Мужчины принялись обсуждать план дальнейших действий, а женщины прошли в дом.

Усевшись на стул у окна, Дороти сокрушенно вздохнула.

— Кажется, я пропала, подружка!

Клэр рассмеялась.

— Что ты имеешь в виду?

— По-моему, я влюбляюсь в Вильяма. — В глазах Дороти заискрились слезы.

Клэр села на стул рядом с ней и взяла ее за руку.

— Влюбляешься? Так ведь это прекрасно! Состояние влюбленности для взрослого человека — норма.

Дороти покачала головой.