Марта Поллок - Джеральдина

– А я думал, это я делаю из себя дурака, – резко ответил Бенджамен, намазывая тост маслом. – А как мне, по-твоему, себя вести?

Извиняться за то, что я есть? Этого я не могу. Я здесь – и тебе придется с этим мириться!

– Разве я возражаю против вашего присутствия? – Джеральдина подняла голову. – Я только против способа его проявления.

Бенджамен нахмурился.

– Какие красивые слова, – насмешливо заметил он. – А что за ними? «Не выходите к столу, когда от вас пахнет конюшней!»

Девушка вздохнула и призналась:

– Мне, между прочим, нравится запах лошадей. Это совершенно не относится к делу.

– А тогда почему ты не хочешь кататься со мной верхом?

Джеральдина колебалась.

– Потому что… потому что не помню, что бы вы мне это предлагали. И потому что я приехала сюда работать. Ведь я вам уже говорила.

– К чертям твою работу! – Бенджамен зачерпнул суп. – Меня тошнит, когда я о ней слышу. Ты недовольна тем, что я к тебе присоединился за обедом и пытаюсь хоть чуть-чуть разрядить обстановку.

Джеральдина пожала плечами.

– Я не просила вас ко мне присоединяться… – начала она, но, увидев, как он на нее смотрит, невольно отодвинулась к спинке стула.

– Да, не просила, – согласился Бенджамен. – И поверь мне, я долго думал, прежде чем решился…

– Тогда…

– Позволь мне договорить. – Он сердито сдвинул темные брови. – Я старался держаться в стороне. Хотя, может, ты этого и не заметила. Я принимал подряд все приглашения, какие были, в надежде, что ты хоть как-нибудь это отметишь.

Бенджамен презрительно скривил губы и продолжил:

– Но нет, от тебя ни слова. Ты продолжаешь жить своей жизнью, будто меня и нет. – Затем он наклонился к ней и уже тише сказал:

– Едва войдя сюда, я понял по твоему лицу, что я совсем не тот человек, которого ты хотела бы видеть. Так зачем же я все это делаю? Зачем бьюсь головой о каменную стену?.. Да потому, что я знаю тебя, Джеральдина. Я держал тебя в объятиях и чувствовал, как твое тело мне отвечает. Ты вовсе не такая чопорная и правильная, какой хочешь казаться, вот поэтому я и пытаюсь разбудить тебя!

Тут вошла миссис Рэмплинг, неся баранью ногу на подносе и блюдо с овощами. Бенджамен был вынужден замолчать, а Джеральдина попыталась собраться с мыслями и успокоиться. Оба почти не притронулись к супу, и на лице экономки отразилось огорчение.

– Что, невкусный? – спросила она, складывая со стуком тарелки, но Бенджамен быстро обезоружил ее своей искренностью.

– Очень вкусный! – воскликнул он улыбаясь.

Джеральдина не могла поверить, что именно этот человек минуту назад продемонстрировал совсем другую сторону своей натуры, Когда хотел, он мог быть просто очаровательным, и миссис Рэмплинг не устояла перед его несомненным обаянием.

– Дело в том, что я ездил верхом с миссис Беллингер, и, должен признаться, что потом она предложила мне выпить вина. Я перебил себе аппетит, – признался Бенджамен, глядя на пожилую женщину. – Простите меня, миссис Рэмплинг.

Вот, значит, как, подумала Джеральдина, не слушая, как экономка журит его. Выходит, миссис Беллингер, с которой он был знаком еще до того, как уехал в Италию, угощает его вином. А с какой такой стати, хотелось бы знать?

Бенджамен начал нарезать мясо, миссис Рэмплинг ушла, и Джеральдина опять занервничала. Она не знала, как себя вести, когда он в таком настроении и по его лицу видно, что он не забыл, о чем говорил раньше. Она смотрела, как он уверенно орудует ножом, не делая лишних движений, и не могла оторвать глаз от его рук.

У него были сильные, ловкие руки – не руки клерка, как у Ричарда Слейтера, а загорелые руки настоящего мужчины, с длинными чувственными пальцами. Она знала, что у него чувственные пальцы, она ощущала это на своем теле… И когда осознала, о чем думает, ее волной захлестнул стыд.

Джеральдина усилием воли отвела взгляд и посмотрела на свои повлажневшие руки, сложенные на коленях, пытаясь успокоиться. Минуту спустя, когда снова подняла глаза, она увидела, что Бенджамен следит за ней, и ей вдруг пришло в голову, что он точно знает, о чем она сейчас думала.

– Да, – сказал он, подтверждая ее подозрения. – Ты сама знаешь, что неравнодушна ко мне, и мне бы очень хотелось, чтобы ты перестала притворяться. Ты очень нежная и чувственная женщина, тебе следует быть более открытой и говорить со мной обо всем, о чем ты думаешь.

– Я не понимаю, о чем вы! – нервно воскликнула Джеральдина и потянулась к блюду с овощами. – Может, мы продолжим обед без дальнейших дискуссий? У меня сегодня… много дел. Я заканчиваю первую часть романа, вчерне конечно, но работа целиком поглощает меня. Знаете, как сложно выстраивать диалоги героев? У каждого свой темперамент, характер, привычки!

– Неужели? – В его голосе прозвучала унизительная для нее насмешка, и Джеральдина не рискнула поднять на него взгляд.

Когда Бенджамен поставил между ними блюдо с мясом, она молча положила себе кусок и сосредоточилась исключительно на еде.

Она не знала, ест он или нет. И не хотела знать.

Иначе ей пришлось бы посмотреть на него.

Джеральдина очень хотела побыстрее покончить с обедом и выйти из столовой, пока он не решил доказать ей, какая она лгунья.

И чуть не умерла от страха, когда Бенджамен с грохотом отодвинул стул, вскочил и вышел. Она никак не ожидала этого. Она и подумать не могла, что он так легко сдастся, и теперь, как ни странно, чувствовала себя брошенной.

Есть совершенно расхотелось, но она не могла уйти из-за стола и позволить миссис Рэмплинг делать свои выводы. Слишком уж экономка любила посплетничать, и Джеральдина пыталась придумать какое-то объяснение, чтобы умерить ее интерес к происходящему.

Однако миссис Рэмплинг, вернувшись, обошлась без комментариев, увидев нетронутую еду. Молча собрала тарелки. И когда Джеральдина решила, что экономка, наверное, удовольствовалась тем, что сообщил ей Бенджамен, она сказала:

– Я вымою посуду и уйду, мисс Корнфельд.

Сегодня у меня свободный вечер. Я говорила с мистером Маккеллэни, и он сказал, чтобы я оставила холодную закуску и что вы сами подадите ее в кухне.

– Неужели? – Джеральдина приоткрыла рот в изумлении. Потом взяла себя в руки – ни к чему выдавать, что они с Бенеджаменом постоянно не согласовывают свои действия, – и быстро добавила:

– Да, разумеется, миссис Рэмплинг. Большое спасибо.

Экономка кивнула.

– Что вам еще подать, кроме кофе? Может, сыр и печенье?

Джеральдина покраснела, вспомнив о нетронутой еде.

– Спасибо, ничего не нужно. Боюсь, я не успела проголодаться.

Миссис Рэмплинг пожала плечами и взяла поднос.

– Вы не обидитесь, если я скажу, что вы слишком много сидите взаперти в кабинете? – спросила она. – Вы такая бледная. Вам нужно побольше гулять, я так думаю.