Кейт Доули - Подари мне поцелуй

— Да, — согласилась Дайан.

— Тогда зачем портить хорошему человеку жизнь, связывать с собой, а потом еще и звонить подруге с разговорами на тему «Как он меня достал» и «Зачем я вышла за этого идиота»? Мой совет, Дайан: честно скажи, что не любишь его.

— Но мне очень хорошо рядом с ним. Я бы хотела, чтобы Филипп остался моим другом.

— А это уже как вы договоритесь. Но я просто уверена, что между мужчиной и женщиной не может быть дружбы. Или любовь — или приятельские отношения. Но ты всегда была не согласна со мной по этому поводу.

— Мне кажется, что сейчас я изменила свое мнение.

— Прогресс! — весело закричала Ингрид. — Еще один совет, если, конечно, позволишь.

— Я могу попробовать не позволить тебе? — съехидничала Дайан.

— Так вот, сосредоточься сейчас на этом парне с лилиями. Он точно скоро проявится. Как только состоится первое свидание, позвони. А сейчас пока! Тебе пора бай-бай.

— Пока!

Разговор с неунывающей Ингрид помог Дайан снять напряжение, которое все больше овладевало ею. Она решила, что в ближайшее же время поговорит с Филиппом об их отношениях. Действительно, подавать ему надежду было с ее стороны просто верхом цинизма!

Шанс поговорить с Филиппом представился Дайан гораздо раньше, чем она ожидала. Уже на следующий день после разговора с Ингрид Филипп заехал за Дайан в театр. Он решил сделать ей сюрприз и покатать по Темзе на речном пароходике.

С одной стороны, Дайан обрадовалась, поскольку давно хотела посмотреть на Лондон с реки, но у нее как-то не получалось выбраться на экскурсию. А с другой стороны, Дайан понимала, что предстоящий трудный разговор испортит всю прогулку.

Она решила, что честнее будет поговорить с Филиппом еще до того, как они сядут на пароходик. Поэтому Дайан предложила не ехать, а пройтись от театра до набережной. Ей казалось, что получаса вполне хватит для того, чтобы обсудить их взаимоотношения.

Филипп тоже заметно волновался, но Дайан не замечала этого, погруженная в собственные невеселые мысли.

— Знаешь, — наконец не выдержала она затянувшегося молчания, — я хотела поговорить с тобой.

— Я тоже хотел, но ты — первая. — Филипп бледно улыбнулся Дайан.

— Значит, ты затеял эту прогулку для того, чтобы что-то со мной обсудить? — заинтересовалась она.

— Да.

— Тогда — ты первый, — попробовала пошутить Дайан.

— Какая разница, — устало сказал Филипп. — Полагаю, мы хотим говорить об одном и том же. Но только у нас разные взгляды на проблему. Я ожидаю дискуссию.

— Не думаю, что мы будем спорить.

Филипп резко остановился.

— Дайан, ответь мне… Только учти, что на этот раз я совершенно серьезен. Ты выйдешь за меня замуж?

Несколько секунд Дайан боролась с собой. Наконец она нашла в себе силы ответить:

— Нет.

Неожиданно для нее Филипп широко улыбнулся.

— Я рад! — заявил он.

— Но… — Дайан смотрела на него непонимающим взглядом.

— Дело в том, что уже много дней я пытаюсь попросить твоей руки. Я так измучился в ожидании ответа на вопрос, который еще не задал, что даже твой отказ для меня — радость.

— Значит, ты… то есть мы…

— Да, я думаю, мы вполне сможем остаться друзьями. Поэтому я все еще хочу покатать тебя на пароходике.

— Спасибо тебе, Филипп.

— За что? — удивился он.

— За то, что ты меня понимаешь.

— Да, это действительно много значит. Только, Дайан, у меня к тебе одна просьба.

— Она, как и твой вопрос, в пределах джентльменского кодекса поведения?

— Да, только кодекса как такового не существовало, но я понял, что ты имеешь в виду.

— Тогда я с удовольствием выполню твою просьбу.

— Я бы попросил тебя не говорить моей маме о том, что только что произошло между нами.

— Боишься ее огорчить?

— Нет, я боюсь, что она значительно расширит и так не маленькую дырку в моей голове.

Дайан впервые за весь вечер рассмеялась.

— Тебе смешно, — надулся Филипп, — а меня еще очень долго потом будут укорять тем, что самая замечательная женщина на свете отказала мне.

— Хорошо, Филипп. Мне и самой не хочется огорчать Эмили.

— Как там твой поклонник?

— Какой? — Дайан не сразу поняла, о ком он ее спрашивает.

— Ну тот, который дарит тебе лилии.

— Дарит. — Дайан пожала плечами.

— Весь театральный Лондон строит предположения, кто бы это мог быть.

— И какие есть варианты?

— Как это ни печально, но я возглавляю список.

— Хм, не вижу ничего удивительного. Мы видимся чуть ли не каждый день. Я главного режиссера вижу реже, чем тебя.

— А ты предпочла бы наоборот?

— Нет, мне он не слишком нравится.

— Значит, в твоих предпочтениях я уже выше главного режиссера. Это обнадеживает. Потому что, Дайан, если ты когда-нибудь останешься одна, тебе будет плохо, а вокруг не будет никого, кто мог бы помочь тебе, защитить тебя, помни: я тебя жду.

— Спасибо тебе, Филипп.

Дайан смотрела на него глазами, полными слез. Ей казалось ужасно не справедливым, что она не может полюбить единственного человека, который готов все для нее сделать.

— Только не плачь! — взмолился Филипп. — Я не выношу женских слез. Если я куплю тебе мороженое, ты успокоишься?

— Филипп! Я, конечно, младше тебя, но не настолько, чтобы пытаться подкупить меня мороженым!

— Неужели ты откажешься?!

— Конечно нет!

— Тогда к чему этот протест?

— Чтобы ты не думал, будто все на свете можно купить за клубничное мороженое!

— Значит, клубничное?

Дайан с радостью кивнула в ответ.

Когда она вернулась домой, стрелки часов уже перевалили далеко за полночь. Но Дайан не сильно переживала из-за того, что завтра не выспится. Ведь сегодняшний день разрешил главную проблему. Человек, с которым ей легко и свободно, остался ее другом, и при этом между ними нет никакой недоговоренности. Теперь Дайан могла вновь полностью сосредоточиться на работе.

Она не слишком удивилась, увидев у своего порога корзину с лилиями. В записке, которую неизвестный поклонник положил в первый «домашний» букет, было написано: «Прекрасная женщина не должна носить за собой цветы. Они выстилают ее путь».

Дайан уже привычным жестом подхватила корзину, прикидывая, куда ее поставит, как из цветов выпала записка. Она с интересом подняла ее.

Когда Дайан прочла записку, корзина выпала у нее из рук.

— Придется тебе, Ингрид, еще и сегодня со мной поговорить, — прошептала Дайан.

11

Дайан безумно волновалась. Ей казалось, что она идет на первое в своей жизни свидание. Возможно, даже на первом свидании она переживала меньше, потому что, по крайней мере, знала, кто ее пригласил. А на этот раз неизвестный поклонник только указал место и время. Он вообще отличался лаконизмом, вот и сейчас остался верен себе.