Сара Сэйл - Жертва азарта

У Сары заблестели глаза — ей не терпелось поиграть еще. Но в следующее мгновение ее лицо помрачнело.

— Ну, я не знаю, — сказала она с сомнением в голосе. — У нас был крупный разговор с Джи. Би. после того раза. У него жуткое предубеждение против азартных игр. И, похоже, тебя он тоже недолюбливает. Он сказал мне, чтобы я с тобой никуда не ходила.

— О, господи, — вздохнул Мик и пожал своими широкими плечами. — Половина родителей этой страны запрещает своим дочерям встречаться со мной! Я думаю, что виной тому мои неудачные браки, но ведь все мы совершаем в жизни ошибки, разве не так?

— Конечно, так, — согласилась с ним Сара. — Очень несправедливо навешивать на людей ярлыки. Я испытала это на себе, поэтому знаю, о чем говорю.

— О, Сара, — сказал он с чарующей улыбкой. — На все привлекательное в нашем мире навешивают ярлыки. По-моему, это некое средство самозащиты со стороны остальных.

Сара согласно кивнула ему в ответ. Мик — очень привлекательный мужчина. Его жены наверняка были стервами, а какой-нибудь завистник оклеветал его перед Джи. Би.

— Ты скоро опять приедешь в Лондон? — спросил он, решив про себя, что намекнет об этом Перонел. Она ценила его, так как он посылал к ней множество клиентов. — Когда ты выиграешь еще сотню фунтов, мы вложим их во что-нибудь выгодное. Ты и оглянуться не успеешь, как станешь богатой.

Это было бы очень кстати, с удовольствием подумала Сара. С деньгами чувствуешь себя совсем по-другому. Не нужно будет больше зависеть от Джи. Би. Деньги сделают ее независимой.

Джеймс и Клэр вышли из гостиной и направились в его кабинет. Сара услышала, как Клэр сказала:

— Закрой, пожалуйста, дверь, Джим. Я хочу с тобой поговорить.

— Жаль, что нельзя подслушивать под дверью, — разочарованно пробормотала Сара и отправилась обратно в библиотеку.

Клэр обвела взглядом кабинет и улыбнулась.

— Знаешь, этот кабинет в точности похож на тебя, — сказала она. — Минимум выразительных средств, хороший вкус и чуть-чуть суровости.

— Звучит довольно мрачно, — сказал он. — Я не кажусь себе суровым.

— Тебя сильно изменили деньги. Раньше у тебя был довольно мрачный характер. Я не могла жить по твоим спартанским нормам — мне больше нравился комфорт, Джим, и, я думаю, теперь ты лучше меня понимаешь.

— Я всегда тебя понимал, — сказал он спокойно. — Ты заслуживала лучшего, чем то, что я мог дать тебе тогда, Клэр.

Он говорил добродушным тоном, сознавая, что, возможно, его тогдашнее фанатичное стремление не иметь никаких долгов выглядело некоторым педантством. Клэр была не виновата в том, что причинила ему боль. Так и должно было быть — быстрое расторжение помолвки после смерти его дяди и внезапный брак с Розенхаймом.

Она смотрела на него с нежной грустью.

— Я вышла замуж за Иззи, потому что была несчастлива. Это было глупо, и я заплатила за это сполна.

— Но мы можем остаться друзьями, если ты хочешь!

— Я надеялась на это, когда мы встретились той ночью, но у меня сложилось впечатление… — Она вдруг замолчала, а он сказал быстро:

— Оно было ошибочным. Я буду рад, если ты останешься моим другом, дорогая, и если тебе когда-нибудь понадобится помощь — я знаю, что у тебя не все сейчас просто складывается, — ты можешь рассчитывать на меня.

— Спасибо, Джим, — растроганно произнесла Клэр. — Если я смогу что-нибудь сделать для тебя… Я ведь могу помочь тебе — с твоей юной воспитанницей, например. Иногда женский совет приходится очень кстати.

— Да, — согласился Джеймс. — Ты, наверное, права. Кстати, несмотря на то, что он твой друг, этот Мик Фенник, именно его я меньше всего хочу видеть рядом с Сарой. Не могла бы ты ему на это намекнуть?

— Боже мой! — Клэр всплеснула руками. — Вот в чем ты поистине прав. Но намекать ему бесполезно — запретный плод станет для него только слаще.

— Я боюсь, то же самое относится и к Саре, — признался он.

— Но, — продолжала Клэр, не обращая внимания на его слова, — я, право, ужаснулась, увидев ее в этом игорном доме вместе с Миком. Ой, да ты, наверное, ничего об этом не знаешь?

— Сара рассказывала мне, — мрачно сказал Джеймс. — У нее есть счастливая особенность. — Она не умеет ничего скрывать.

— Но, Джим, ты бы видел ее лицо! Она не воспринимала ничего, что происходило вокруг нее. Это была настоящая игорная лихорадка, а ведь она еще такая молоденькая девочка.

Джеймс на мгновение рассердился: Клэр временами бывала просто бестактна.

— Я не думаю, что это повторится, — коротко ответил он.

— Значит, ты поговорил с ней? Это хорошо. Знаешь, я просто испугалась. В общем, Джим, зови меня в любое время, когда почувствуешь, что нуждаешься в моем совете. Мне нравится твоя Сара. — Она встала и начала надевать перчатки, не переставая доверительно ворковать: — Я прямо сейчас увезу отсюда Мика, пока он не успел вскружить девочке голову. Дэвид Саммерс показался мне симпатичным молодым человеком. Они очень хорошо смотрятся вместе с нашей рыжеволосой малышкой, как ты считаешь? Спасибо тебе, дорогой мой, за такой хороший прием. Можно мне как-нибудь еще приехать, без Мика?

— Конечно, — сказал Джеймс, открывая дверь в гостиную, где их встретили несколько пар внимательных глаз. Перонел выставила Клэр высшие оценки за мастерство. Впечатлительная София увидела в них образец прекрасной пары, а Сара подумала: «Интересно, о чем они говорили столько времени? Готова поспорить, у нее есть виды на него, на бедную мою Золотую Рыбку!

Глава восьмая

К концу октября у Сары вошло в привычку временами наезжать в Лондон. Чаще всего она уезжала с Дэвидом. Она увлеклась танцами, и вскоре она уже знала все более или менее известные ночные клубы Лондона.

Джеймса не радовали такие частые отлучки, но он знал, что в душе Сара была любительницей спокойной деревенской жизни, просто сейчас она впервые открывала для себя многоликий мир, который ее окружал, начинала расправлять свои крылышки. Пока она была вместе с Дэвидом, Джеймс за нее не беспокоился. На осторожные расспросы знакомые отвечали, что им не доводилось встречать ее в компании Мика Фенника. Джеймс не догадывался об истинных причинах ее отлучек, ничего не знал об их якобы случайных встречах и даже не подозревал о том, что азартная лихорадка целиком захватила Сару.

Ее везение стало легендарным. К ноябрю благодаря удачной спекуляции на ее счету в банке скопилась огромная сумма, а голова была занята Миком Фенником. Тот факт, что она редко видела его одного, без друзей, только подливал масла в огонь. Всеобщее полушутливое восхищение окутывало его ореолом популярности и придавало ему особый шарм в глазах Сары, не подозревающей, что третья женитьба вовсе не входила в его планы.