Терри Грант - Разлукам вопреки

Микела с улыбкой наблюдала за этим безудержным весельем, вспомнив вдруг, как несколько лет назад вот на таком же празднике познакомилась с Винченцо, казалось, навсегда заставившим ее позабыть о предательстве Франсуа…

А оказалось — всего лишь на два года…

— Почему вы вдруг так помрачнели? — услышала она рядом тихий участливый голос и, обернувшись, увидела темноволосого парня, зеленоглазого, с тонкими чертами осунувшегося лица и следами легкой небритости на подбородке.

— Простите?

— Я спросил: почему вы так помрачнели.

Микела окинула его удивленным взглядом.

— А вы что, когда-нибудь видели меня другой?

Парень улыбнулся.

— Пять минут назад.

Микела внимательно оглядела площадь.

— И откуда же вы за мной подсматривали?

— Наблюдал, — поправил ее незнакомец.

— По-вашему, одно сильно отличается от другого?

— Конечно. Подсматривают обычно тайком, с целью выведать что-то компрометирующее, а наблюдают, не прячась, с целью узнать больше о… о предмете, вызвавшем интерес, — немного подумав, сформулировал он.

— Вот как? — насмешливо бросила Микела. — И чем же вас заинтересовал такой, прямо скажем, не отличающийся оригинальностью предмет, как я?

Парень с осуждением покачал головой.

— По-моему, вы себя недооцениваете…

— Правда? А вот по мнению другого мужчины, наоборот, переоцениваю, — вновь мысленно вернувшись к образу Винченцо, с усмешкой проговорила она.

— Кто этот идиот? — возмутился парень, устремив разгневанный взгляд на веселящуюся толпу. — Наверняка кто-нибудь из тех подвыпивших шутов?

— А вы разве не из их компании?

— Конечно нет. Я оказался здесь совершенно случайно… Делал заказ костюмов для школьного спектакля… Кстати, я буду рад видеть вас на премьере. Наш театр расположен на улице Рабле.

— Оказывается, вам шутовство тоже не чуждо, — разоблачающим тоном прервала его Микела.

— Ничего подобного, — обиженно возразил незнакомец. — У нас будет серьезная постановка… Драма…

— Ах, вот оно что… Вам что же, не хватает ее в жизни?

— Если бы мне удалось сейчас побеседовать с вашим обидчиком, тогда, наверное, хватило бы… И ему, кстати, тоже… — Он выжидающе взглянул на свою собеседницу.

Микела снисходительно улыбнулась.

— И вас не пугает то, что ради этого вам придется отправиться в Модену?

— В Модену? — удивился парень.

— Да, мой обидчик живет именно там, — подтвердила Микела. — Да и я, между прочим, тоже.

— Так вот почему я вас никогда раньше не видел в нашем городе, — понимающе кивнул незнакомец. — А то я смотрю на вас и мучаюсь: как можно было проглядеть такую девушку…

Микела на мгновение смутилась.

— Я не часто вот так, бесцельно, гуляю по Авиньону… Обычно у меня бывает здесь много дел…

— Но ведь сегодняшний день исключение, правда? — с надеждой поинтересовался ее собеседник.

Микела неопределенно пожала плечами.

— Можно сказать и так…

— Тогда почему бы вам не воспользоваться небольшой передышкой и не полюбоваться наконец улочками нашего «звенящего» города, как его называл Рабле из-за большого количества находившихся здесь монастырей? Но сейчас Авиньон может похвастать кое-чем поинтересней, — поспешно добавил он, увидев, что Микела сделала отрицательный жест.

— Я знаю, — с улыбкой откликнулась она. — Улицы Авиньона знакомы мне не хуже, чем вам… Я часто фотографировала их для туристического журнала, — объяснила она, заметив его удивление.

— Правда? — обрадовался он. — Ну тогда вы и сами сможете стать для меня экскурсоводом.

Микела медленно покачала головой.

— У меня сегодня был не самый лучший день… Да и предыдущие тоже…

Незнакомец со вздохом развел руками.

— Ну что ж, похоже, для меня сегодняшний день тоже не станет удачным… Давайте я вас хотя бы провожу… Кстати, меня зовут Лоран.

— Микела, — немного помедлив, представилась она.

— Надеюсь, вы живете далеко отсюда? — улыбнувшись одними глазами, спросил ее новый знакомый.

Микела бросила задумчивый взгляд на видневшийся за его спиной отель и неожиданно для самой себя вдруг сказала:

— Да. Если идти вон по той улице, которая начинается за картинной галереей…

Микела осторожно прикрыла за собой дверь и, прижавшись к ней спиной, обвела медленным взглядом темную комнату. На шелковой драпировке стен лежали стрельчатые тени светившихся в отблесках уличных фонарей окон.

Ну вот, принцесса снова в крепости… И снова ей не дают покоя мечты о принце… Вот только его облик, кажется, претерпел некоторые изменения…

Она подошла к столику и включила ночную лампу. Тени на стенах окрасились золотистым светом. Одна из них напомнила Микеле причудливое сплетение темно-серых узоров на картине уличного художника, который объяснил им с Лораном, что так он изображает образ Авиньона и его средневековых зданий.

— Именно поэтому он всегда выходит рисовать, как только стемнеет, — шепнул ей тогда Лоран. — Неясные образы можно разглядеть только в темноте.

Услышав это замечание, Микела внимательно посмотрела сначала на художника, затем на ускользающую вдаль узкую улочку и наконец остановила свой взгляд на лице Лорана.

— Что такое? Проверяешь мое предположение на практике? — с мягкой иронией спросил он.

Микела утвердительно кивнула.

— Ну и как? Оно подтвердилось? — полюбопытствовал Лоран.

Микела пожала плечами.

— Даже не знаю… Я только поняла, что, бывая раньше на этой улочке, я никогда не замечала ни этого художника, ни его картин, ни этих серых домов, ни самой улицы…

— Не замечала улицы, на которой находилась? — весело рассмеялся Лоран. — Разве такое может быть?

— Нет, я конечно же видела все… Но это проходило мимо меня, оставаясь только в памяти моей фотокамеры и не находя места в моей душе… Ты понимаешь, что я имею в виду?

Лоран утвердительно кивнул и, серьезно посмотрев ей в глаза, спросил:

— А теперь нашла? Хотя бы самое крохотное местечко…

Микела еще раз огляделась вокруг.

— Думаю, да… Хотя и не знаю почему…

— Может быть, потому, что ты стала внимательной к тому, что тебя окружает? — неуверенно предположил Лоран.

Микела отрицательно покачала головой.

— Нет, потому что сегодня рядом со мной тот, кто умеет быть внимательным ко мне, — тихо проговорила она и, не дав ему времени что-либо возразить, продолжила: — Это правда, Лоран, ты был со мной таким чутким, заботливым, что я даже не заметила, как рассказала тебе обо всех своих любовных неурядицах… О расставании с Винченцо и даже с Франсуа, о котором не знает никто, кроме Бернара… А теперь еще и тебя, мужчины, с которым я знакома всего несколько часов…