Кэтрин Бритт - Нежное пламя

— Все в порядке, спасибо.

— А мадам Жассерон? Она принимает пилюли?

— Да. Сегодня приняла одну после обеда, потому что чувствовала себя не очень хорошо. Мне хотелось бы, чтобы время пролетело побыстрее. Она так боится, что по какой-нибудь нелепой случайности лишится ребенка!

— Большая часть волнений мадам не имеет никаких оснований. В ее случае лучше всего довериться собственной природе. Ей повезло, что вы остались с ней. Вы знаете что-нибудь о родах?

— Нет.

— Ну вот, у вас будет шанс узнать. Боитесь? — спросил он, подняв бровь.

Встретившись с ним взглядом, Викки поняла, что Ги смеется над ее вспыхнувшим лицом.

Она сжала губы:

— Почему я должна бояться? Это же совершенно естественный процесс, ведь так?

Он стал внимательнее смотреть на дорогу.

— Да, конечно. У нас есть прекрасная акушерка, которая может справиться со всякой неожиданностью.

Постепенно Викки успокоилась, сердце ее стало биться ровнее после шока, который вызвало его появление. Она с удовольствием одолжила бы у этого мужчины хотя бы частицу его хладнокровия, но единственное, что ей оставалось, — это отчаянно цепляться за свою гордость. Ей трудно было улыбаться и вести ничего не значащий разговор.

— Кажется, мне повезло, — проговорила она, — я не попала в ваш мистраль, полагаю, иногда он может быть разрушительным.

— Ну, постепенно привыкаешь к этому. Мы ведь здесь защищены горами. Роберу и Сузи может понравиться их первое столкновение с мистралем. Они просто закроют ставни и переждут его, прижавшись друг к другу под пуховым одеялом.

Он снова взглянул ей в лицо. В его голубых глазах был какой-то странный вызов, сдержанная насмешка, которая заставила ее сердце вновь бешено колотиться. Неожиданно смелая мысль пришла ей в голову — каково было бы спрятаться под пуховым одеялом вместе с этим мужчиной, который сидел сейчас рядом с ней. Она густо покраснела, уверенная в том, что он читает ее мысли. Насмешка в его глазах стала еще более явной.

— Вас беспокоит мысль о мистрале?

— Не особенно. Я люблю идти домой через поле и сражаться с бризом. Мне это очень нравилось раньше. Приятно было освежиться после целого дня в раскаленном офисе, — ответила она, радуясь тому, что он сосредоточенно смотрит на дорогу.

— А что, ветер — это единственное, что волновало вас до сих пор? — сухо спросил он.

— Нет, меня волнует ваша страна.

Она знала, что Ги ждал другого ответа, но он ничего не сказал. Он ехал довольно быстро, сбросив скорость только на подъезде к городу, в котором Викки еще не бывала, потому что он был расположен в стороне от шоссейной дороги.

Выйдя из машины, они двинулись по пешеходной улице мимо маленьких домишек с закрытыми ставнями на шум, доносившийся с маленькой рыночной площади. Хозяин ресторанчика встретил их у входа в свое заведение. Он как раз провожал посетителей.

— Добрый день, мадемуазель, месье! — приветствовал он их и повел в зал, где воздух был пропитан великолепным ароматом пряностей. Официант почтительно подвел их к столику. Зал был полон разной, но в основном хорошо одетой публики.

Для Викки каждое блюдо этого ресторана стало гастрономическим открытием, и в конце трапезы она просто сияла. Когда они пили кофе, девушка заметила, что Ги смотрит на нее по-особому внимательно. Его взгляд медленно перешел с копны ее густых волнистых волос на розовые губы, улыбавшиеся немного смущенно под его взором.

Его рот медленно расплылся в улыбке.

— Красное очень идет вам, мадемуазель. Вам надо чаще носить этот цвет.

— Спасибо, месье, — ответила она, и в глазах ее вспыхнули озорные огоньки. — Расскажите мне о вашей чудесной стране.

Ги приподнял бровь.

— Вас это действительно интересует или, — поддразнивал он ее, — только вызывает любопытство, как все новое и незнакомое? Теплые и таинственно романтические ночи, замки, где скрываются рыцари, которые могут в одну прекрасную ночь похитить вас и увезти на белом коне. Вы это себе представляете именно так?

Ее привел в недоумение его тон.

— Нет, не так. Будучи не очень общительным человеком, я просто люблю деревню и сельских жителей. Я не глупый романтик или холодный циник, если на то пошло. Когда ваши родители разводятся, розовые очки тут же слетают. Меня просто интересует ваша страна и ее прекрасные люди.

— В таком случае я расскажу вам обо всем с удовольствием, — сказал он. — Вы пропустили лето, когда цветущие поля радуют глаз, но, на мой вкус, долгая, теплая осень, которую мы сейчас переживаем, еще больше украшает природу. Вы видели очаровательные городки и деревни среди сосновых и березовых лесов и замки, забравшиеся высоко в горы и зовущие тех, кто хочет туда подняться. Вы, несомненно, знаете, что здесь можно кататься на лодках, на каноэ, на водных лыжах, играть в теннис, ездить верхом, плавать и загорать. У нас долгое горячее лето. Солнце часто палит по двенадцать часов кряду, и что вам из всего перечисленного нравится больше?

Она ответила задумчиво:

— Ваши дикие цветы, я думаю. Их здесь так много, даже осенью!

— Вам понравился бы очаровательный голубой ковер из фиалок в феврале или марте. В апреле цветут апельсиновые деревья, лепестками которых украшают свадьбы. — Вдруг его голос снова зазвучал насмешливо. — Урожай роз особенно великолепен, когда в долинах пылают розовые бутоны, хотя в парфюмерии выбирают только один сорт. Майская роза — это сам по себе неописуемый цветок, который обладает исключительным ароматом.

— И обычная крестьянка, надушенная даже капелькой этих необыкновенных духов, превращается в настоящую королеву! Теперь я понимаю, почему деревенские женщины здесь никогда не экономят на духах! — шутливо сказала Викки.

Ги с минуту обдумывал ее ответ. Наконец между его прищурившимися веками промелькнул блеск.

— Француженки обычно пользуются определенными духами, подчеркивающими их индивидуальность, и считают их важным условием своей женственности. Но духи — только один из способов подчеркнуть привлекательность. Француженки знают немало и других секретов красоты и способны даже в панталонах остаться роковыми женщинами.

Викки невольно подумала о Жанере и сказала:

— Француженки демонстрируют свой шарм всегда с расчетом покорить мужчину!

— Не совсем так, но в некотором роде. Общество сегодняшнего дня, вы не будете спорить, — это мир мужчины, где он удовлетворяет свои потребности, не признавая никаких уз. Но все же так обстоит дело не со всеми. Большинство мужчин хотят, чтобы в женщине осталась скрыта какая-то тайна. Женщина, не выставляющая на показ своих достоинств, гораздо интереснее для мужчины. Мужчина взбирается на гору, потому что вид сверху кажется ему многообещающим и возбуждающим. Подъем не был бы таким интересным, если в конце его ничего бы не было. Вы понимаете?