Марша Ловелл - Всё будет хорошо

Джек задумчиво почесал подбородок.

— А если результат окажется положительным? Как вы понимаете, я не хотел бы этого, но вдруг так будет?

— Тогда, надо думать, миссис Рурк и мистер Даннер попросят провести генетический анализ ткани для окончательного уточнения.

— Черта с два я попрошу! — вырвавшись из успокаивающих рук Джека, Сет вскочил с места. — Сью — моя дочь, а не миссис Рурк, что бы там ни говорили эти проклятые исследователи! Я уеду из города, брошу дом, свое дело и исчезну, но не отдам ее чужой бессовестной женщине, которой вы потворствуете!

Казалось, еще секунда, и он выскочит за дверь. Том настойчиво взглянул на Марго.

— Скажите что-нибудь, — тихо посоветовал он, — иначе нас ждет впереди долгая, полная взаимных обид борьба.

Слово «чужая» как острый нож вонзилось в сердце Марго. О, Сет, горевала она. Что угодно, только не это. Если бы я выдержала и не сказала тебе правду, мы бы сейчас были вместе. И любили бы друг друга. Наша маленькая девочка…

— Как Сью? — дрожащим голосом спросила она, вопрос вырвался из глубины сердца.

Сет замешкался.

— Все хорошо, — буркнул он, резко придвигая к себе кресло. — Она не хочет иметь с тобой ничего общего.

Воцарилась тишина — Марго переваривала удар. Даже если я права и мы выиграем процесс, я их потеряла, поняла она. Но я все же хочу знать правду. Повернувшись, она шепнула что-то на ухо адвокату.

Кивнув, Том одобрительно посмотрел на нее.

— Мой клиент только что разрешил мне внести компромиссное предложение, — провозгласил он, глядя то на Джека, то на Сета. — Если мистер Даннер согласится провести генетический тест, необходимый в данном случае, миссис Рурк снимает свои претензии и соглашается не искать защиты прав, даже если дитя, известное как Сьюзен Даннер, окажется ее дочерью.

Джек и Сет обменялись взглядами. Изумление и что-то еще — может быть, сожаление о теперешней враждебности к хрупкой, темноволосой женщине, сидевшей по другую сторону стола, — мелькнуло в глазах Сета.

— Далее, — продолжил Том, — в любой попытке получить право посещения она будет руководствоваться пожеланиями Сьюзен Даннер и соответственно одобрением психиатров. Изложив эти факты, я не представляю, что возможна более благоразумная и щадящая позиция.

Джек Нейман явно не принадлежал к тому типу адвокатов, что стреляют не глядя. Или пытаются уговорить темпераментного клиента, такого, как Сет, перед лицом противника.

— Если вы дадите нам с мистером Даннером возможность поговорить наедине, — пробормотал он, — мы через минуту вернемся к обсуждению.

Равнодушно взглянув на Марго, Сет вслед за адвокатом вышел из комнаты.

— Это был правильный жест, — похвалил ее Том, отойдя подальше, чтобы его не было слышно. — В процессах такого рода, затрагивающих чувства обеих сторон, иногда пиррова победа хуже, чем отступление. Если окажется, что Сьюзен ваша дочь, а она не захочет вас видеть, все равно еще не все потеряно. Дети растут. Умнеют. Иногда они меняют свои взгляды.

Его искренняя похвала и утешения не обогрели заледеневшую душу Марго. Сью моя дочь, и, может наступить день, когда она будет искать моего расположения, думала Марго. Но не Сет. Я окончательно потеряла его.

— Все возможно. — Она пожала плечами. — Но я не заслуживаю особой похвалы. Практически у меня нет выбора.

Спустя несколько минут Сет с Джеком вернулись в комнату. Сет был глубоко потрясен, хотя и не показывал вида. Желание Марго взглянуть на это дело с его стороны застало его врасплох. Тронутый и до боли сочувствующий той скорби, которая читалась в глубине ее больших темных глаз, он сознавал, что готов принять ее предложение.

Если Сью биологически не моя дочь, я не хочу знать об этом, раздраженно думал он. Хотя к его гневу примешивалась и слабая тень сомнения. В душе воскресли и воспоминания о его чувствах к Марго. Болезненные воспоминания. Может быть, когда проверки будут закончены, они смогут соединить свои жизни и тем самым положить конец этой неразберихе. Получив от нее обещание, он, по крайней мере, теперь может не беспокоиться об охране. Или о неожиданных визитах. Теперь, когда он сообщил Сью о причине их разрыва, девочка не захочет иметь с Марго ничего общего.

Он наблюдал за Марго из-под опущенных ресниц, пока Джек оговаривал условия их соглашения, большей частью основанные на ее предложении. Марго выглядела безжизненной, словно окоченевшей. Хоть он и уговаривал себя не быть дураком, его сердце рвалось к ней. Если бы она не обманула его с самого начала!..

Они спустились в разных лифтах с интервалом в минуту или две. Сет успел заметить Марго, смешавшуюся с толпой пешеходов. Если не обращать внимания на бледность и поникшие плечи, она выглядела даже лучше, чем тогда, когда они впервые встретились на шумной верфи «Даннер яхтс». Ее движения были легкими и грациозными, светло-желтое пальто казалось лучом света в этот хмурый день.

Прошло две недели. Сет находился на верфи, изучая повреждения яхты, которую они ремонтировали, когда один из механиков протянул ему телефон. Звонил Джек Нейман.

Прижав трубку к уху, Сет сделал знак своему помощнику остановить мотор яхты.

— Да, — нервно ответил он, хотя дал себе клятву спокойно принять все, как есть. — Послушаем результаты.

Как обычно, Джек был краток.

— Боюсь, это плохие новости, — сказал он. — И проверка крови, и последующее исследование ткани оказались положительными. С научной точки зрения, более девяноста пяти процентов за то, что Марго Рурк — настоящая мать Сьюзен.

Раз Сью — дитя Марго, она не может быть его дочерью. Сета словно ударили в живот. В беспомощности он проклял медицину, разрушившую связь отца и дочери. Он вспомнил свою заботу и любовь с первых шагов, сказки на ночь и бесчисленные поцелуи, липкие от варенья.

— Сет, — встревоженно спросил Джек, — ты слышишь?

— Да, я здесь. — Он хватался за соломинку. И заставил себя спросить: — А есть шансы, что мои клетки соответствуют клеткам Сью?

Поверенный вздохнул.

— Увы. Я понимаю, это трудно, но попробуй взглянуть на положительную сторону этого. Благодаря подписанному и заверенному соглашению с миссис Рурк, для тебя ничего не изменилось.

Вернувшись домой с деловой встречи с клиентом и прослушав такое же, только более подробное, сообщение Тома Макмиллана на автоответчике, Марго не ощутила ничего похожего на торжество. Благодарность, облегчение от сознания своей правоты, наконец, начали проникать в ее душу. Однако она ни о чем не могла думать, все сосредоточилось на Сете.

С болью в сердце она представила, как он потрясен этими новостями. Один бог знает, как ей было тяжело, когда после смерти Бет-Энн исследователи сообщили ей убийственные факты. Стремление сказать или сделать что-то, чтобы облегчить боль Сету, было всепоглощающим. Поддавшись побуждению, она села за пишущую машинку. Слова печатались сами собой.