Карен Брукс - Неповторимая весна

Эдди склонился к Дороти.

— Я знаю, что это неправильно, но, позволь, я сам закажу. Уж положись на меня — знатока здешней кухни.

— Пожалуйста, — сдержанно ответила она, отметив про себя, сколь обаятелен ее спутник, когда вот так улыбается: аж светится весь.

— А ты, если хочешь, выбери десерт на свой вкус.

— Согласна, — кивнула Дороти, стараясь не глядеть ему в лицо.

— Подайте нам устрицы в раковинах, салат эндив, тартинки с крабами, ну и все остальное…

Принесенное официантом вино Брасс попробовал с видом опытного знатока, наблюдая за игрой золотистой жидкости в бокале и смакуя его маленькими глоточками, что удивило Дороти, не предполагавшей в нем разборчивости, не свойственной мужчинам его типа. Если бы тот оценивал вкус бренди — другое дело, но, похоже, она в самом деле совсем не знает человека, сидящего рядом, да пожалуй, до конца вряд ли когда-нибудь и узнает, если не подберет нужные ключи к замкам, за которыми он предпочитает прятаться, лишь изредка выдавая себя.

— Прекрасный букет, приятный вкус, легкая терпкость. Отличное вино — тебе понравится, Дороти, вот увидишь.

Она и не сомневалась. Вино оказалось сказочным. Обед тоже. А уж сам Брасс — и говорить не приходится. Отличный собеседник — он незаметно сумел победить первоначальную скованность, владевшую ею, расшевелил, расположил к себе так, что ей стало свободно и легко. Ни о чем серьезном они не говорили — так, о пустяках. Однако именно через них они все больше узнавали друг о друге, проникаясь взаимным доверием, не боясь откровенности.

— Расскажи мне о своей работе, — спросила Дороти. — Мы все говорим, говорим, а я так и не знаю, чем конкретно ты занимаешься. Только без утайки, ладно?

— Да ничего особенного. Одни наживают свое имущество, а мне иногда приходится его спасать.

— Это как, прости? — с искренним недоумением сказала она.

— Да вот так. Яхты, лодки, катера, купленные за большие деньги, не только плавают, но частенько и тонут, тогда и приходится изрядно потрудиться, чтобы поднять их со дна.

Дороти вытаращила глаза.

— Вот уж не ожидала!

— Я тоже не думал, что займусь таким делом, но оно оказалось мне по душе, — развел руками Эдди. — Во всяком случае, оно не скучное. Где-нибудь в конторе я не смог бы усидеть… Но расскажи мне лучше о своей семье. У вас все юристы, что ли?

Дороти рассмеялась.

— Да ничего подобного. Скорее медики. Мать и отец занимались лекарствами, пока не ушли на пенсию. Старший брат — Дональд — хирург, его жена Сара — врач-акушер, у них самих уже двое детей. Дорина — тоже старшая моя сестра — пошла по родительской линии: химик-фармацевт.

— Значит, сколько вас всего? Я что-то запутался, — рассмеялся он.

— Я — третья по порядку, самая младшая.

— Значит, и самая… избалованная?

— Да ну тебя, у нас строгие родители. Вот увидишь, они тебе понравятся, — сказала она, не отдавая себе отчета в том, что фактически внутренне определилась.

Эдди это оценил сразу.

— Так же, как нравились твоему мужу? — осторожно спросил он.

— Душевной близости и между нами не было, что уж говорить о семье в целом? Они принимали его, но без энтузиазма и с облегчением вздохнули, когда мы с Филом разошлись. Я тоже, — помолчав, добавила она. — А ты был когда-нибудь женат?

— Нет.

— Странно.

— Вероятно, потому, что не встретил женщину, с которой мог бы прожить жизнь… Или искал не там…

Эдди взял руку Дороти, нежно поцеловал каждый пальчик по очереди. Повисла долгая, долгая пауза.

— Но сейчас я на верном пути.

Дороти вспыхнула, закрыла лицо ладонями. Он отвел их, заглянул ей в глаза.

— Я хочу, чтобы мы сейчас же поехали ко мне, хочу, чтобы снова провели вместе ночь…

Да! Да! Это короткое слово едва не сорвалось с губ Дороти. При одной мысли о том, что они сядут в шикарный автомобиль, помчатся к знакомому дому, поднимутся в спальню и снова повторится чудо, ее бросило в дрожь, а сердце затрепетало.

— Но я не стану этого делать.

— Конечно, — сдавленно произнесла она, изо всех сил скрывая разочарование. — Это ничего не решит.

— Не потому, дорогая… Несколько часов, проведенных вместе, не утолят нашу страсть. Разве не так? Нам необходимо больше времени, чтобы ощутить истинную глубину наших чувств. И чтоб никто и ничто не могло нарушить наше уединение. Самое подходящее место для этого — необитаемый остров. Я знаю один — роскошный зеленый остров посреди синего океана… Но он далеко, к сожалению. Оставим его на будущее, а в субботу и воскресенье махнем хотя бы на хороший курорт. Как тебе мое предложение?

— Боюсь, не смогу, Эдди, — робко сказала она. — В ближайшие дни в суде намечено к рассмотрению несколько моих дел. Я обязана к ним тщательно подготовиться.

— Ты всегда работаешь по выходным?

— Иногда.

— Слава Богу, что хоть так, — улыбнулся он.

— Зато ты, как я понимаю, отсутствуешь дома неделями… иногда.

— Бывает.

Они оба рассмеялись.

— Тогда заранее зарезервируй следующий уик-энд.

— Попробую, если не помешает Сьюзи Хедлоу.

Брасс раздраженно вскинул брови.

— А эта дамочка при чем?

— Ты же знаешь, Эдди, она торопит. Хочет, чтобы ее дело не откладывали в долгий ящик.

— Мало ли чего она хочет? Не хватает еще идти у нее на поводу! Да тебе и не придется. Я точно знаю, что адвокат Клода, ну… Боб Клифорд, оговорил с судьей конец октября, и не раньше… Так договорились? Следующие, через десять дней, суббота и воскресенье — наши.

В душе Дороти ликовала, но проклятый червь сомнения точил ее. Два дня могут оказаться призрачным счастьем, от которого потом останутся лишь горькие воспоминания, если Эдди решит, что ошибся в выборе. И тогда мучительного разрыва не миновать. Мучительного для нее. Может, не искушать судьбу и спустить все на тормозах? Отступить, пока не поздно?

— О чем ты думаешь, мне кажется, я вижу, как ты шевелишь мозгами, — спросил Эдди.

— Я сомневаюсь, можно ли людям за двое суток близко узнать друг друга…

— Этот срок может оказаться вообще слишком долгим, если они, в принципе, совершенно несовместимы.

И все равно это ровным счетом ничего не доказывает, грустно подумала Дороти. Но ей ужасно хотелось уехать с Эдди, чтобы хоть как-то утолить пылавшую в ней жгучую страсть. Ее не могло остановить даже то соображение, что чем больше она будет находиться рядом с ним, тем сильнее и глубже привяжется к нему.

— Хорошо, давай попробуем.

— И еще одно, — добавил Эдди, благодарно обнимая Дороти. — Давай пообещаем быть предельно честными перед самими собой и друг перед другом. Если наши отношения зайдут в тупик… не будем строить иллюзий…