Притвориться ее боссом - Елена Григорьевна Макарова

В сознании промелькнула крамольная мысль хлопнуть дверью и уйти. Но страх задушил ее в зародыше: я привыкла к комфорту, опеке отца и не представляла, как самой принимать важные решения.

— Ясно, — ощущала и вела себя как пятилетняя девочка.

Отец остался доволен моей покорностью. Уже расслабленно и непринужденно покинул комнату.

Мне же хотелось реветь. Ненавидела себя.

19 глава. Арина

Ногти впивались в кожу ладоней, пока я гневно сжимала кулаки. Это все, что мне оставалось: молча бастовать. В прямом столкновении я оказалась слишком труслива. Сдалась при первой же неудачной попытке.

Слезы душили, но я не позволяла себе плакать. Никто не должен видеть мою боль, страдания и слабость.

— Девочка моя, — тетя Поля попыталась приблизиться, всё это время наблюдавшая за спором.

— Я в порядке, — бессердечно отвергла попытку утешить меня. Я не заслуживала ни утешения, ни любви. Отец с детства привил мне это убеждение. — Просто нужно проветриться, — направилась к выходу, попутно хватая из ключницы брелок от одной из многочисленных отцовских машин.

На чистом автоматизме спустилась в гараж и села в машину. Бесцельно колесила по городу. Нужно было сбежать из дома, а об остальном я не думала.

Не знала, прошли минуты или же часы, когда я обнаружила себя перед домом Дениса. Не понимала, какие размышления привели меня к этой идеи. Что я здесь искала? Но я устала взвешивать и продумывать каждый шаг. Рука сама потянулась к домофону и набрала заветные цифры.

Время тянулось бесконечно — Денис не отвечал. С чего я решила, что он дома? Ждет меня?

Не будь смешной, Рин. Даже ему ты не нужна.

Я так глубоко погрузилась в самобичевание, что не заметила, как из динамика раздался сонный голос:

— Да?

В первое мгновение я растерялась: у меня оставалась последняя возможность отступить.

— Не слишком поздно для визита? — старалась придать голосу веселую непринужденность.

— Рин? — казалось Денис окончательно проснулся. — Почему ты?… — услышала тревогу в его голосе. Он хотел расспросить, что привело меня, но предпочел сделать это лично. — Открыто, — последовал характерный звук и ворота медленно распахнулись.

Я все еще не придумала, как отвечу на вопросы Дениса.

Он ждал у приоткрытой двери в квартиру, когда я вошла в дом. С взъерошенными волосами после сна и домашней одежде: совсем не тот холеный хлыщ, каким он представал обычно. От него веяло теплом и уютом — это именно то, чего мне так сейчас хотелось.

Несколько быстрых шагов — и я прильнула к Денису, предвосхищая все расспросы поцелуем. Мой напор был встречен коротким замешательством: будто Денис сомневался в том, не сон ли это. Но скоро мужские руки сжал меня в таких долгожданных объятиях.

— Скажи, что хочешь меня, — просила между поцелуями.

— Безумно, — тяжело дыша, произносил лишь обрывки фраз.

— Скажи, что нужна тебе.

— Как воздух.

Как стихийное бедствие, я ворвалась в квартиру, увлекая Дениса с собой: верхняя одежда полетела в сторону, попутно сбивая на пол какой-то декор. Стянула с Дениса футболку и сама избавилась от блузки. Проворные пальцы Дениса успели расстегнуть молнию на юбке, и она упала у моих ног, оставляя меня в одном белье.

Денис сделал короткий шаг назад, оглядывая меня точно произведение искусства. Я не смутилась: упорные тренировки в зале сделали мое тело стройным и подтянутым. Только в зале я чувствовала себя уверенной и красивой, поэтому и сейчас стояла с высоко поднятой головой. Медленно расстегнула крючки на белье, позволяя кружеву соскользнуть вниз. На этот раз Денис не мешкал: подхватил меня на руки и отнес в спальню.

Простыни еще хранила тепло, когда я опустилась на них. Горячие руки прошлись по моему телу, затем губы. Прекрасно видела, насколько желание Дениса обладать мной велико, но он не спешил утолять его. Он словно получил долгожданный подарок, и теперь медленно распаковывал его: наслаждался каждым миллиметром моего тела.

Но когда пальцы коснулись подбородка, бережно очерчивая линии моих губ и скул, я замерла: Денис долго и проникновенно смотрел прямо в глаза. Открыто, с восхищением, с теплотой. Не в силах выносить неловкость, я прикрыла их.

— Не прячься от меня, — вдруг услышала его голос. — Хочу видеть и любить тебя настоящую.

Его слова как раскат грома. В испуге я вскинула взгляд, уставившись испуганным щенком. Я привыкла быть удобной, подобающей Ариной, что уже не помнила, какая я на самом деле. Кто я? Что из себя представляю?

— Расскажи, что тебя гложет, — пальцы пробежались по моим щекам, смахивая предательские слезы. — Ты можешь доверять мне, — продолжал Денис, отчего я зарыдала в голос. Закрыла лицо ладонями, пряча свой позор: совладать с собой и прекратить реветь я уже не могла. — Иди сюда, — Денис обнял меня, прижимая к груди. — Моя прелестная плакса, — укрыл меня простыней, поглаживая по спине. — Моя прекрасный ангел, — целовал в макушку. — Моя Рин.

Он продолжал говорить, а я плакала, пока не выбилась из сил и не позволила звукам его нежного голоса убаюкать меня точно колыбельной.

***

Меня разбудил шум: из глубины квартиры доносился лязг чашек, столовых приборов и бодрящий аромат свежеприготовленного кофе. Я не сразу сообразила, что лежу не в своей постели и завтрак готовит вовсе не тетя Поля.

Оторвала голову от подушки и увидела пустующую половину кровати. Воспоминания о вчерашнем вспыхнули в сознании яркими образами: поцелуи, объятия и реки слез. Хотелось с головой нырнуть под одеяло и никогда не показываться не людях. Лучше бы вчера я переспала с Денисом — это не так стыдно, как те розовые сопли, что я развела. Как теперь объясняться? Как каждый день встречаться в коридорах «Orlov Group»?

И тогда меня настигло еще одно печальное озарение, лишив смысла все душевные терзания по поводу репутации и неловкости положения: придется оставить работу в «Orlov Group». Выхода нет.

Выдохнув и, будто после тяжелого похмелья, я побрела в ванную. Там собственное отражение расстроило меня еще больше: красные глаза и чуть припухшие от слез веки. Умылась ледяной водой, приложила под глаза прохладный керамический стакан из-под зубных щеток. Это не сильно спасло положение — я все ещ выглядела разбитой. Но сидеть целый день в чужой ванной — тоже не выход. Я должна была выйти и встретиться лицом к лицу с реальностью. И Денисом.

Накинула халат Дениса и пошла на шум. Он привел меня на кухню, где на острове стояли две чашки с дымящимся кофе, рядом — тарелка с тостами, судя по всему, с рикоттой с аккуратно нарезанными