Алекс Стрейн - Прикосновение любви

– О Боже, я совсем забыла!..

– И еще тебя искал Мишель. Он сказал, что ты ему срочно нужна. Он беспокоит меня.

– Он что-то велел передать?

– Он сказал, что зайдет к тебе сегодня вечером. Около девяти. А я так давно тебя не видела, что с удовольствием заглянула бы около восьми и прихватила бы малышку Сьюзи. Надеюсь, хоть по ней ты соскучилась?

– О чем ты говоришь, конечно. Я жду тебя, Лети. – Мари положила трубку.

– Собираешься домой? – Мари чуть не подпрыгнула от неожиданности и резко обернулась. По лицу Мэтта нельзя было понять, как много он слышал из этого разговора, но напряжение, которое все время ощущала Мари в его присутствии и которое постепенно накапливалось, сейчас нашло выход в поднявшейся в ее душе волне протеста.

– Вы подслушивали?!

– Кто такая Летти? – игнорируя ее слова, поинтересовался он.

Мари скрипнула зубами и сосчитала до десяти. Потом очень спокойно сказала:

– Летиция – моя подруга. Мне нужно встретиться с ней по очень важному делу. Надеюсь, я могу хотя бы одну ночь провести вне вашего дома, тем более что Тереза чувствует себя хорошо?

– Конечно. – Мэтт отступил.

Его лицо скрылось в тени, и по непонятной причине он вдруг показался ей хищником, затаившимся в засаде для последнего рывка. Мари запретила себе фантазировать на эту тему, теперь она должна выкинуть все мысли из головы и подумать о том, что могло стрястись с несносным Мишелем. Какую новую проблему он приготовил для нее? Тереза пообещала уложить мальчика, и Мари, отвергнув предложение Донована подвезти ее, отправилась на автобусе.

Она приехала гораздо раньше назначенного времени и провела небольшую уборку в квартире и сбегала в магазин, поскольку в доме не было никаких припасов. Потом обзвонила всех и, как могла, объяснила причины своего молчания. В восемь, как и обещала, пришла Летти, но без Сью.

– У нее режутся зубки, и к вечеру она закапризничала. Так что и я не смогу посидеть с тобой, как планировала…

Они поболтали, и очень скоро Летти упорхнула. Мари сделала себе сандвич и в ожидании прихода Мишеля включила телевизор. Когда она взглянула на часы, то оказалось, что Мишель опаздывает уже на сорок минут. Обычно он никогда не задерживался, и это свойство было одной из его хороших черт. Не появился он и в десять. В половине одиннадцатого Мари уже мерила квартиру шагами, а к одиннадцати впала в панику. Она и сама не могла понять, откуда взялся этот страх. В час она прилегла на кровать поверх одеяла и исступленно принялась убеждать себя, что ее страх беспочвенен. Но ничто не приносило успокоения – она все сильнее ощущала приближение катастрофы. Ей пришлось залезть в аптечку и принять успокоительное. После этого она задремала.

Мари открыла глаза и никак не могла понять, что заставило ее проснуться. В комнате царил полумрак, лишь только светильник, оставшийся включенным в коридоре, давал возможность рассмотреть циферблат часов. Было без пяти три. Вдруг она насторожилась: за входной дверью ей послышалось какое-то царапанье. Она замерла, вся превратившись в слух и пытаясь определить источник этих необычных звуков. Но все стихло. Не успела Мари вздохнуть, как звук повторился громче. Она наклонилась и нащупала на полу под кроватью бейсбольную биту. Потом осторожно поднялась и на цыпочках прокралась к входной двери. Затаив дыхание, она прислушалась. Стояла гробовая тишина, было слышно даже тиканье часов. Мари посмотрела в глазок – за дверью никого не было. Она опустила биту. Скоро она превратится в законченную психопатку. Посмотреть или нет, что там за дверью? Скорее всего, это соседская кошка… Мари собрала всю свою решимость и, продолжая сжимать биту и чувствуя себя героиней триллера, открыла замок.

От неожиданности она закричала: дверь вдруг распахнулась и к ее ногам упал окровавленный человек. Мари показалось, что ее сейчас хватит удар, и в ту же секунду она узнала его.

– Мишель! – Она быстро присела перед ним. Он приоткрыл глаза.

– Ты делаешь мне больно… – еле слышно простонал он.

Мари испуганно отдернула от него руки.

– Но ты не можешь остаться здесь, – простонала она, заливаясь слезами. – О, Мишель, ты должен потерпеть…

Она втащила его в прихожую, чтобы закрыть дверь, и он скрежетал зубами от боли. После этого она бросилась к телефону, набирая номер «скорой помощи».

– Не надо, положи трубку!..

Мари испуганно обернулась – Мишель пытался встать, его лицо было искажено.

– Положи трубку!

Мари бросила трубку и успела подхватить его, прежде чем он опять рухнул на пол. Она доволокла его до кровати, и он сумел приподняться и свалиться на нее.

– Я испачкаю тебе покрывало, – пробормотал он.

– Боже, о чем ты говоришь?!

– Ты всегда была такая чистюля…

– Мишель, ты должен мне сказать, где у тебя болит…

– На самом деле, наверное, мои дела не так плохи, – попытался успокоить он ее. – Я немного порезался, поэтому столько крови… – И тут же вскрикнул, когда она нажала чуть сильнее, пытаясь определить, сломаны ли у него ребра. – Все хорошо, только не нажимай так сильно…

Когда Мари убедилась, что у него ничего не сломано, то почувствовала некоторое облегчение. Она заметила у него всего два пореза, но он был так выпачкан в крови, что поначалу ей показалось, что он весь в ранах. Порезы были достаточно глубокими, но, поскольку Мишель упрямо отказывался от медицинской помощи, ей самой пришлось обработать их антисептиком и заклеить пластырем. Мишель был сильно избит: его лицо выглядело как сплошной синяк, губы разбиты, синяки покрывали все тело… Было уже утро, когда она закончила оказывать ему первую помощь и Мишель пришел в себя настолько, что смог отвечать на ее вопросы.

– Что произошло? – спросила она, в глубине души догадываясь, каким будет его ответ.

Мишель не смотрел ей в глаза.

– Мари…

– Не тяни, Мишель. Что ты натворил на этот раз? Это из-за того долга?.. – Она уже раскаивалась, что отказала ему тогда в помощи.

– Нет. Я нашел деньги, чтобы отдать тот долг. Я… я зашел только для того, чтобы отдать деньги Слейтеру…

– О Боже, – прошептала она. Она уже поняла, по какому сценарию развивались события. Для этого не нужна богатая фантазия – каждый раз это происходило по одной и той же схеме.

– Я отдал долг, но Слейтер предложил мне сыграть. Сказал, что сегодня везет даже неудачникам. Я видел Боба Хьюста, перед которым лежала куча денег, а до того он все время проигрывал. И я решился. Я опять занял эти деньги и сел за стол. Сначала мне повезло – я выиграл почти тысячу долларов, но потом… С каждым разом я уговаривал себя, что вот-вот мне повезет… Прости…

– Сколько ты должен?