Джулия Тиммон - Уроки доверия

— Ты разговаривал с моей дамой гораздо больше двух минут, приятель. Некрасиво обманывать старших.

Джеймс, трусливо дернув головой, шмыгнул к выходу. Подруга проводила его рассеянным взглядом и вернулась за столик допивать коктейль.

— Пойдем отсюда, — сказал Эндрю, протягивая Натали руку.

Она кивнула, молча поднялась, вложила в его ладонь холодные как лед пальцы и послушно проследовала за ним к выходу.

Они без слов дошли до стоянки напротив «Абсента», на которой Эндрю оставил свою «хонду». У Натали стучало в висках, думать о чем-либо она была просто не в силах.

— Ты в порядке? — осторожно поинтересовался Эндрю, когда они сели в машину.

Натали кивнула, не глядя на него.

— Отвезти тебя домой?

Она опять кивнула.

Ей очень не хотелось с ним расставаться, его присутствие успокаивало, вселяло уверенность. Но слезы и желание привести в порядок чувства буквально душили ее, грозя вот-вот прорваться наружу. Ей было необходимо побыть сейчас одной.

Лишь когда Эндрю подвез ее к дому, она посмотрела на него и пробормотала:

— Прости.

Он взял ее руку и легонько сжал.

— Это ты меня прости.

— За что? — Натали нервно усмехнулась, не понимая, почему он извиняется.

— Мне следовало сразу понять, что эта встреча тебе неприятна, и не оставлять вас наедине.

— Перестань, ты повел себя как герой.

Эндрю прыснул.

— Да уж, герой! Отважнее некуда!

— Спасибо за все, — прошептала Натали, убирая руку.

Ее так и подмывало признаться, что мужчины достойнее и порядочнее его она не встречала и вряд ли когда-нибудь встретит. Но слова не складывались в голове в нужные фразы, а губы занемели, словно обмороженные.

С минуту они сидели, не произнося ни звука. Молчание нарушил Эндрю, осторожно поинтересовавшись:

— Ты уверена, что хочешь домой, что не испытываешь потребности чем-нибудь со мной поделиться?

Натали окинула его быстрым благодарным взглядом, но предложения не приняла.

— Уверена.

— Тогда до завтра. Приятных снов.

— До завтра.

8

Натали думала, что разрыдается, как только переступит порог квартиры, и ей станет легче. Не тут-то было! Слезы, несколько минут назад так просившие дать им волю, теперь не желали пролиться, продолжая душить и мучить. Она попробовала уснуть, но, битый час проворочавшись в постели, так и не сомкнула глаз.

В начале первого ее посетила безумная мысль: позвонить-таки Эндрю и все рассказать ему о Джеймсе. Она долго терзалась сомнениями, пыталась себя отговорить, а потом вдруг, будто кем-то руководимая, сняла трубку и набрала давно заученный наизусть номер.

Эндрю ответил быстро, после второго гудка.

— Алло? — Даже потревоженный среди ночи он сохранял присутствие духа. Его голос прозвучал настолько утешающе спокойно, что Натали глубоко вздохнула и немного расслабилась.

— Это я, — пробормотала она виновато, все еще не зная, правильно ли поступает.

— Натали? У тебя проблемы? Этот тип позвонил тебе? Продолжает угрожать? — Теперь он явно волновался, и Натали поспешила ответить:

— Нет-нет, он оставил меня в покое. — Она тихо рассмеялась. — После того как ты встряхнул его, он не подойдет ко мне и на пушечный выстрел. Прости, что беспокою тебя… Ты уже спал?

— Нет, но, если бы даже спал, с удовольствием проснулся бы, надеясь, что зачем-то понадобился тебе.

Натали зажмурилась. Слова Эндрю были для ее измученной души целительным бальзамом.

— Мне жутко неудобно, честное слово, — пробормотала она, не зная, как сказать, что хочет всего-навсего поговорить с ним, открыть то, что лежит на сердце. — Ты был готов выслушать меня, когда привез домой, а я отказалась… Подумала, что сумею во всем разобраться сама, а теперь понимаю, что ошиблась. Мне не хватает твоей мудрости, рассудительности…

— Ты мне льстишь, — ответил Эндрю, добродушно усмехаясь. — Когда за тобой заехать?

— Заехать? — Натали опешила.

— Конечно, — уверенно заявил он. — Сомневаюсь, что разговор у нас выйдет короткий, а по телефону вести длинные беседы неудобно… Рука устает держать трубку.

Натали засмеялась.

— В самом деле…

Через полчаса она уже опять сидела с ним рядом в «хонде».

— Куда направимся? — спросил Эндрю.

Натали пожала плечами.

— Все равно.

— Тогда, может, ко мне? — спросил он просто.

Натали могла бы пригласить его к себе, но сознательно не сделала этого. В своей квартире она несколько месяцев прожила с Джеймсом, человеком, о котором сейчас и намеревалась поведать Эндрю, поэтому не хотела, чтобы что-то напоминало ей о лучших временах, проведенных с неверным возлюбленным.

— Хорошо, — сказала она, не допуская даже мысли, что идти ночью в дом к холостому мужчине неразумно, даже опасно.

Эндрю Харпер был исключительный. Намного выше и благороднее всех, кого она знала. Он внушал уважение и доверие, никак не страх.

Его квартиру она представляла совсем по-другому. Ожидала увидеть на стенах и полках снимки — пусть не его, других фотографов, но ничего подобного не обнаружила. Просторная гостиная была обставлена лишь самым необходимым: диван, журнальный столик, торшер и аудио— и видеоаппаратура. Из сувениров и прочих безделушек здесь не было ровным счетом ничего.

— Садись, я приготовлю чай, — сказал Эндрю, указывая на диван и ища глазами, что бы предложить гостье в качестве развлечения. — Если хочешь, включи телевизор. Или музыку. Ты что предпочитаешь?

— Я с удовольствием посижу в тишине, — ответила Натали и ободряюще улыбнулась.

Эндрю немного волновался, желая произвести впечатление гостеприимного хозяина. Его суета умиляла и согревала ей душу.

— Ладно. Я быстро. — И он торопливо вышел из комнаты.

Ему не хватает женщины, подумала Натали. Я бы в два счета преобразила эту комнату, восполнила ему недостаток материнской ласки, скрасила его жизнь как женщина…

Она никогда не задавала Эндрю вопросов личного характера, но по тому, что в многочисленных разговорах он ни разу не упомянул ни о жене, ни о любимой, давно заподозрила, что ни той ни другой у него нет, и втайне от себя радовалась этому. Ее догадка подтвердилась, как только она увидела его жилище.

Когда Эндрю вернулся с простым пластмассовым подносом в руках, Натали витала в мечтах. Представляла, с каким удовольствием наполнила бы его дом теплом и уютом, если бы вдруг получила на это право. Увидев его в дверном проеме, она покраснела, словно застигнутая за совершением преступления.

— Чай готов! — объявил Эндрю, опуская поднос с чашками и наполненной конфетами вазочкой на столик перед диваном.