Карен Смит - Рождественский папа

— Это ангел.

— Ну, вынимай его, — сказала Фейс. Ангел, в темно-красной с изумрудно-зеленой отделкой одежде, был сделан из папье-маше. Золотой нимб красовался у него на голове. Джейки благоговейно дотронулся пальцем до золотых крыльев.

— Когда мама дарила его, то сказала, что он принесет мне рождественское благословение и счастье на многие годы.

У Фейс даже сел голос от волнения — настолько дорог был ей подарок. Ник заметил, как она посмотрела на Джейки, и понял, что величайшим счастьем она считала именно его. Затем она перевела взгляд на Ника — в нем сквозила благодарность за то, что он помог ей сохранить у себя мальчика, которого она считала своим сыном.

Но Нику было нужно нечто большее, чем благодарность.

— Крылья у меня есть, а вот этого нет. — Джейки показал на нимб. — Мы сможем его сделать?

Фейс засмеялась:

— До Рождества еще десять дней. Успеем сделать несколько нимбов.

— Ты ведь придешь на представление, да, Ник? — спросил Джейки.

— Ни за что не пропущу, — пообещал тот. Он тоже проникся духом рождественских праздников и понял, почему для Фейс даже мысль о том, чтобы уехать куда-нибудь на Рождество, казалась невероятной.

Ник ни разу не украшал елку. Его отца подобные вещи не интересовали, их с Пэм брак оказался слишком кратким и не дотянул до Рождества, а одинокому холостяку елка ни к чему. Джейки был в восторге от блестящих шаров, крошечных домиков, деревянной лошадки— качалки и северного оленя. Ник испытывал не меньший восторг.

Когда Джейки повесил последнюю игрушку, они отошли подальше и с восхищением залюбовались своей работой. Ник включил лампочки, и мальчуган от неожиданности вскрикнул. У Ника сдавило горло. Он посмотрел на Фейс — глаза у нее сияли. Ему ужасно захотелось заключить ее в объятия, но она повернулась к Джейки и обняла его за плечи:

— Пора переодеваться.

— А ты с Ником будешь спать в моей комнате? — осведомился малыш.

Фейс опустилась перед ним на корточки.

— У тебя своя комната, а у нас своя. Но сегодня ты можешь оставить свою дверь открытой, и мы тоже так сделаем. Если тебе что-нибудь понадобится, позови нас. Хорошо?

Джейки кивнул головой.

— А может, вы опять устроите лагерь в моей комнате?

— Давай после Рождества, — предложил Ник. — А лучше позови своих друзей и устрой лагерь с ними.

— Можно, Фейс?

— Конечно. Думаю, Джордж Матсон с удовольствием придет, если ты его пригласишь.

— А завтра я могу его пригласить?

— Я позвоню его маме. Возьмем его к себе после рождественского праздника.

— Вот здорово! Ты ей позвонишь прямо сейчас?

— Позвоню, а ты готовься ко сну.

Джейки стремглав понесся вверх по лестнице.

— Хорошие мысли приходят неожиданно, — сказал Ник, приближаясь к Фейс.

— Подумай о том, что тебе завтра предстоит быть Николаем Угодником.

Ник засмеялся:

— Святым Николаем?

Фейс пожала плечами.

— Днем ты изображаешь Санта-Клауса, а ночью тебе предстоит терпеть под боком двух мальчишек, так что это имя подходит. Особенно если учесть, что ты женился на мне из-за Джейки и подарил игрушки для завтрашнего праздника.

Сарказм не был характерен для Фейс, и поэтому Ник его просто не заметил. Но интонации ее голоса ему не понравились. Тем не менее он протянул руку и ласково погладил ее по щеке:

— Мы оба знаем, что я не святой.

Внутренне затрепетав от его прикосновения, она все же отстранилась:

— Мне надо позвонить Марджи. Ведь Джейки потребует полный отчет о разговоре.

Фейс ушла к телефону, и Нику стало ясно, что сегодня ночью они будут спать на разных краях постели. Фейс оценила его хлопоты с елкой, но не забыла случившуюся накладку.

Сколько это будет продолжаться?

Воскресным днем дети собрались вокруг Ника, переодетого в Санта-Клауса. Он слушал их рождественские просьбы, периодически переглядываясь с родителями. Как только он появился в красном наряде, Фейс отметила про себя, что из него получился замечательный Санта-Клаус. Его громкий голос заполнял помещение, и он вполне соответствовал образу.

Если бы Фейс не была так расстроена тем, что он не сказал своим служащим об их женитьбе, то день выдался бы замечательный. Ник гордился и любовался установленной им рождественской елкой, как будто впервые ее увидел. Его воодушевление было таким заразительным, что ей ненадолго показалось, будто они — настоящая семья и он никуда не уедет. Но затем сомнения снова вернулись и особенно усилились, когда они улеглись спать, отодвинувшись друг от друга подальше…

Появление Констанции отвлекло Фейс от грустных мыслей. Она принесла красивую банку печенья, открыла ее и поставила на стол, где Фейс разливала сидр в бумажные стаканчики.

— Ник очень хорошо играет с детьми, — заметила мать.

— И прекрасно ладит с Джейки, — добавила Фейс, недоумевая, куда та клонит — обычно мать просто так ничего не говорила.

— Я слышала, что он подарил детям игрушки, а ведь до сих пор мы только угощали их апельсинами и конфетами.

— Ник хотел сделать что-то особенное.

Вероятно, удобный случай для вопроса представился:

— А что будет на следующий год, если он уедет? Дети почувствуют себя разочарованными…

— Мама, тебе не кажется, что Ник останется? Неужели я не смогу сделать его счастливым?

— Милочка, никого нельзя осчастливить. Каждый создает свое счастье сам.

— Ник — хороший человек.

Мать на секунду задумалась.

— Возможно. Он вовсе не должен был помогать нам чинить крышу, да и возиться с декорациями.

— И не должен был изображать Санта-Клауса, — вставила Фейс.

В это время Ник посадил на колени девчушку, совсем как сажал Джейки, читая тому сказку.

Констанция взяла Фейс за руку.

— Он добр с тобой? Я имею в виду, не предъявляет никаких требований?

Фейс покраснела и вышла из себя:

— Хватит, мама. Я не хочу обсуждать с тобой подробности нашего брака.

Вообще-то обсуждать было нечего. Не сообщать же матери, что Ник даже не сказал управляющему в Рутланде о своей женитьбе. Это лишь возбудит материнские подозрения.

— Я беспокоюсь о тебе, Фейс. И о Джейки.

— У нас все хорошо. Завтра вечером будет еще одна встреча с Дарлой.

— Думаю, что Бруэры тоже вскоре появятся.

Когда Фейс вспоминала о Бруэрах, у нее все холодело внутри. Но надежды она не теряла.

— Возможно. Нам надо просмотреть с Дарлой все анкеты, которые мы заполнили, сообщить ей наш подоходный налог и доходы. — Не желая больше отвечать на вопросы или провоцировать их, Фейс попросила мать заняться угощением и отошла помочь Нику с игрушками.