Энн Мэтер - Вересковая пустошь

— Что ж, может, и так, — кивнула Мелани. — Единственное, чего я боюсь, так это того, что Джеймс может заставить тебя страдать.

— О, не говори глупостей! — воскликнула Домине. — Посмотри, кофе сейчас убежит!

Мелани сняла турку с плиты и поставила ее на тележку, которую собиралась отвезти в гостиную, затем задумчиво взглянула на Домине.

— Ты привлекательная девушка, Домине, — тихо произнесла она. — Когда я тебя в первый раз увидела, ты устала с дороги, промокла, замерзла и казалась жалкой и какой-то потерянной. Но теперь, спустя три недели, хорошая деревенская пища и свежий воздух сделали тебя совсем другой, и я просто боюсь, что… — Мелани закусила губу и покачала головой. — Не позволяй Джеймсу причинить тебе боль, — сказала она и, больше не проронив ни слова, покатила тележку в гостиную.

Домине нахмурилась. Она могла сказать Мелани, что та немного опоздала со своим предупреждением. Джеймс уже причинил ей боль.

Шла вторая неделя после отъезда Джеймса, и Домине опять начала впадать в уныние, но однажды утром в «Грей-Уитчиз» заглянул Винсент Морли и пригласил девушку прокатиться в Скарбороу. Там жила его мать, он собирался навестить ее и думал, что Домине обрадуется возможности увидеть побережье и сам город. Миссис Мэннеринг любезно согласилась отпустить ее.

Домине сперва хотела отказаться — ей неловко было бросать подругу одну на ферме, но та мягко настояла на том, чтобы она приняла приглашение Винсента.

— Он хороший парень, — произнесла Мелани в своей обычной ехидной манере, — и находиться в его обществе гораздо приятнее, чем выгребать навоз.

Домине поперхнулась чаем, но все же бросила на Мелани благодарный взгляд. Собираясь в дорогу, она с удовольствием думала о том, что сможет пройтись по магазинам и потратить часть денег на новые наряды и подарки к быстро приближавшемуся Рождеству.

И она нисколько не пожалела о том, что согласилась. Винсент действительно оказался приятным спутником, и она узнала о нем много нового. Был один из тех морозных ноябрьских дней, когда воздух удивительно прозрачен и пьянит, как вино; Домине расслабилась в тепле салона «лендровера» и весело болтала, уже не чувствуя себя тем застенчивым созданием, которое Джеймс Мэннеринг увозил из монастыря Святых Сестер. Пожив в одном доме с миссис Мэннеринг и Мелани, она научилась искусству словесной пикировки и за словом в карман не лезла.

В Скарбороу они некоторое время побродили по магазинам, и Домине была поражена количеством бутиков, где продавалась одежда для подростков и молодых женщин. Она выбрала себе рыжее пальто, укороченное по последней моде, и хотя оно было не так богато украшено, как пальто Ивонн, и покроено из дешевой ткани, оно очень шло к ее смуглой коже. Под него Домине купила светло-голубое платье из тонкой шерстяной ткани, красиво облегавшее фигуру в тех местах, где следует, а также высокие, до колен, кожаные сапоги, о которых давно мечтала, пару перчаток и сумочку, подходившие к наряду. Винсент сложил покупки в багажник «лендровера» и повез Домине к набережной — посмотреть на морской берег. Но они не задержались там надолго: курортный сезон закончился, окна увеселительных заведений были завешены брезентом, и на набережной царила унылая атмосфера.

Когда Домине надышалась соленым морским воздухом, «лендровер» покатил к северному пригороду, где в симпатичном коттедже среди деревьев парка «Пишолм» жила миссис Морли. Она давно овдовела, скучала в одиночестве и очень обрадовалась неожиданным гостям, тепло приветствовав их, отчего Домине почувствовала себя как дома. Будучи ненамного старше миссис Мэннеринг, мама Винсента была совершенно лишена высокомерия и жесткости, а когда после плотного ужина и чая с домашними пирогами и фруктовым бисквитом, пропитанным вином и залитым сбитыми сливками, Домине и Винсент стали прощаться, в ее голосе прозвучало искреннее сожаление.

— Ты должна снова приехать ко мне, Домине, — сказала она и улыбнулась сыну. — Винсент привезет тебя, да, любимый?

Винсент энергично закивал:

— Конечно же. Домине в Скарбороу впервые, и ей непременно нужно увидеть наш город весной, когда солнце станет по-настоящему теплым и он оживет.

— Да, это верно, — согласилась миссис Морли и, хитро улыбнувшись, добавила: — Но не жди так долго, чтобы привезти ее, ладно?

В «лендровере», по пути в «Грей-Уитчиз», Домине сказала:

— Миссис Морли очень милая женщина. Я думаю, она в точности такая, какой должна быть настоящая мать.

— Ты ей тоже понравилась, — отозвался Винсент, с благодарностью взглянув на нее. — Она считает, что я становлюсь отшельником, и, когда я приезжаю к ней с девушкой, почему-то сразу делает скоропалительные выводы.

Домине покраснела, но он не заметил это в наступивших сумерках и продолжил:

— Не подумай, что я вожу к ней много девиц. Она не из тех, кто будет принимать в своем доме всяких вертихвосток. — Он грустно улыбнулся: — Я люблю бывать у мамы, наверное, потому, что в моем холостяцком жилище царит полное запустение. То есть прислуга наводит там порядок и содержит дом в чистоте, но не особенно-то весело сидеть за столом в полном одиночестве.

Домине закусила губу. Ей показалось, что Винсент так же склонен к скоропалительным выводам, как и его мать. Мало кому нравится, когда плохо знакомые люди торопят события, поэтому Домине сменила тему, они некоторое время поболтали ни о чем, и девушка уставилась в темноту, гадая, где сейчас Джеймс Мэннеринг. Со времени своего отъезда он с ней и словом не перемолвился, хотя миссис Мэннеринг разговаривала с ним пару раз по телефону. Мелани сказала ей, что интриги тетушки пока еще не увенчались успехом, иначе та уже раструбила бы о помолвке на весь мир, а в колонке сплетен Домине прочитала, что Джеймс был замечен в обществе Лючии Марчинелло, вдовы итальянского судовладельца, — его компания обанкротилась, он остался без средств к существованию, не смог вынести позора и покончил с собой. «Естественно, это не понравится тетушке Джеральдине, — прокомментировала Мелани. — Во-первых, синьора Марчинелло без гроша в кармане, а во-вторых, смерть ее мужа вызвала приличный скандал пару месяцев назад».

Винсент остановил машину у входа в «Грей-Уитчиз» и нежно взял Домине за руки, к ее радости избежав неловкости первого поцелуя.

— Ты не откажешься еще раз прогуляться со мной, Домине? — спросил он.

— Если хочешь, — кивнула девушка, выпрыгивая из машины. — Спасибо за то, что ты познакомил меня с твоей мамой и терпеливо ждал, пока я выбирала одежду в магазинах. — Она улыбнулась, принимая от него свертки.