Нора Филдинг - Роковая встреча

Элизабет вспомнила имя выбранного ей сестрой суженого. Однажды Элизабет вернулась с вечеринки, которые часто устраивались Габороне, расстроенная. Линда стала ее расспрашивать, а она в ответ горько расплакалась. Сестра быстро докопалась, что причину слез Элизабет зовут Джеймс Хэнтон. Он сын главы международной инвестиционной компании и приехал в Ботсвану с инспекцией местного филиала. Элизабет сама назвала это имя и не покривила душой. Именно так назвала молодого человека, который дразнил ее весь вечер, дама, к которой она обратилась с вопросом. Видимо, та не поняла, о ком идет речь, или думала в этот момент о чем-то своем. Вот и ляпнула это имя. Ошибка никак не отразилась бы на жизни Элизабет. Кому могло прийти в голову, что жалоба сестры на подтрунивание заставит Линду прибегнуть к таким действиям? Как всегда, фантазия ее разыгралась, и Элизабет предстала в ее воображении брошенной негодяем.

Элизабет задумалась. Что же сказал ей тогда обидного тот молодой человек, который ничем не напоминал бизнесмена: ни манерами, ни одеждой? Выглядел он как настоящий оболтус. Но, как ни напрягала она память, вспомнить не могла. Сами по себе слова были обычными, тривиальными. Она их даже слышала потом от кого-то, но отнеслась к ним терпимо. Тогда же ее реакция была не адекватной.

Фраза висела в воздухе, но мозг отказывался ее воспроизвести. Помучившись немного, Элизабет решила не напрягать память. Она снова стала внимательно слушать сестру.

— …Мы любим друг друга, — закончила исповедь Линда.

— Линда, забудь о нем, — простонала Элизабет. Господи, Линда опять попала в лапы очередного негодяя! Недаром он так не понравился тогда Элизабет. — Единственная отрада, что ты наконец решила расстаться с Шарлем.

— То же самое сказала и мама. Но я чувствую, что сейчас все будет по-другому.

— Мама? Зачем ты ее беспокоила, я же сказала тебе, что родители не в курсе того, что с тобой случилось.

— Я и не говорила, что нахожусь под следствием. Но мне надо вернуть деньги тому господину, чьей кредитной карточкой я воспользовалась. Я и попросила их у мамы, не могу же я висеть камнем у тебя на шее.

Элизабет кивнула. Все происшедшее было в духе сестры. Благородство и взбалмошность, гордость и беспечность, ум и глупость шли рука об руку в характере Линды. Как же объяснить сестре, что нельзя быть такой доверчивой?

Гнев на Мортимера закипел в душе Элизабет. Как он мог так бессовестно воспользоваться простодушием Линды?!

— Хочешь, я докажу, что ты ошибаешься?

Линда молчала, и Элизабет набрала номер:

— Лорд Мортимер? Здравствуйте. Вас беспокоит адвокат мадам Эркюлье. Что? Хорошо. До свидания! — И Элизабет в сердцах швырнула на кровать телефон. — Лорд Мортимер, который, как ты утверждаешь, на все пойдет ради тебя, и слушать не хочет о мадам Эркюлье. Он требует исполнения закона. Поняла, сестричка?

На глаза Линды навернулись слезы. В один миг она из сверкающей радостью и счастьем молодой женщины превратилась в старуху.

Элизабет стало жаль сестру. Зачем она это сделала? Пусть бы Линда хоть немного порадовалась жизни. Элизабет села на кровать, крепко прижала к себе сестру и стала ее баюкать, как маленького ребенка.

В этот момент в палату заглянула молоденькая медсестра. Увидев вместо одной больной двух пациенток, которым одинаково завязанные полотенцами головы придавали совершенно идентичный вид, медсестра с диким криком выскочила за дверь.

Сестры невольно рассмеялись.

— Уходи отсюда, — шепнула Элизабет.

— Куда? Это я должна здесь находиться, а не ты. Прошу освободить мое законное место несчастной узницы, — попыталась пошутить Линда.

— Вышла из доверия, дорогая. Поэтому дуй в Лондон, поселись в какой-нибудь гостинице, сиди там и не высовывайся.

— Ничего не выйдет! Где я возьму деньги на эту поездку? И я не могу подставлять тебя! Нет, Бетти, это не выход.

— Выход, Линда, выход. Я должна быть уверена, что ты не натворишь еще чего-нибудь. — Она решительно махнула рукой, перекрывая возможные возражения. — Воспользуйся карточкой. Ты ее не потеряла?

— Нет, — ответила Линда, нащупав в кармашке жакета плотный прямоугольник. — Но она чужая! И ее уже заблокировали.

— Нет, Тедди не блокировал.

— Тедди? Это что-то новенькое, — лукаво протянула Линда. — Ну-ка, сестричка, выкладывай, кто сей джентльмен? Как я поняла, именно его машиной я воспользовалась?

— Да. Он адвокат твоего лорда.

— Интересно-интересно! Адвокат? Противоположной стороны? И поддерживает меня? Почему? Ради прекрасных глаз одной адвокатессы? Браво, Бетти! А ты его поощряешь? Или у вас уже далеко зашло?

Элизабет вспыхнула.

— Не говори глупостей, Линда! — строго одернула она сестру. — Просто так вышло. Нас связывает… дружба, — запинаясь добавила она, а про себя подумала, что противоправные действия Тедди объединили и сделали их сообщниками. Про вчерашние поцелуи она не хотела вспоминать. Этот порыв страсти больше не повторится.

— Так считаешь только ты или он тоже?

— Что я считаю? — неожиданно для себя взорвалась Бетти.

— Ладно-ладно, молчу, — скороговоркой проговорила Линда, не желая выводить из себя сестру. Той и так приходится не сладко. Она принесла Бетти столько хлопот и неприятностей. Только бы Тедди не сделал сестру несчастной. — Если ты считаешь нужным, чтобы я улетела в Лондон, я так и поступлю, — сказала Линда и нежно чмокнула Элизабет в щеку. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. И держи с ним ухо востро. Я не хочу, чтобы ты повторила мою судьбу. — Линда немного помолчала, а потом сказала: — Бетти, возможно, сегодня мне лучше остаться в больнице? Доктор может заметить подмену. Клянусь, я никуда не денусь, а потом… мне некуда идти, — закончила Линда тихим голосом, в котором застыла леденящая душу безысходность.

Элизабет скрепя сердце согласилась. Поддавшись гневу, она хотела удалить сестру из Парижа, но потом поняла, что сейчас действительно лучше опять поменяться местами. Да и сестре, возможно, еще требуется лечение.

— Ладно, уедешь позже, — сказала Элизабет.

Линда быстро скинула с себя халат. Синий костюмчик, в котором она осталась, сидел на ней великолепно. Никому и в голову не могло прийти, что это красивая элегантная женщина всего лишь два дня назад находилась в коме. Она окинула взглядом палату, высматривая, куда запропастилась ее сумочка, но так ее и не обнаружила. Она уже открыла рот, чтобы спросить сестру, но потом решила не доставлять той лишних хлопот.

Линда разделась, аккуратно свернула костюм, положила его под матрац и, надев больничную пижаму, легла в постель.