Ирма Уокер - Я верю в завтра

Интересно, каково это будет — заниматься с ним любовью сегодня вечером? Нет ли в ее хладнокровии чего-то ненормального?

В основе близости мужчины и женщины прежде всего должны лежать чувства, а она подходит к этому уж слишком рационально. Вот пришла, заранее готовая к тому, что ее будут пытаться соблазнить! А что, если ей не удастся преодолеть барьеры, существующие в ее сознании? Будет ли Дэвид разочарован? У нее ведь нет большого опыта. А вдруг он решит, что она просто водила его за нос и он зря потратил на нее столько времени?

В первые дни брака Бритт была убеждена, что она страстная женщина. Но потом что-то случилось; тот огонь, который она чувствовала в первое время, постепенно и неуклонно угасал. Дошло до того, что она лишь молча терпела ласки Крейга, сама редко испытывая чувства, подобные тем, что были ей памятны по медовому месяцу.

А потом и сам Крейг стал все реже обращать на нее внимание, задерживаться на работе — теперь-то Бритт знает, чем он на самом деле занимался в это время! — и она поняла, что перестала удовлетворять его в постели. Так завершился ее переход в разряд фригидных женщин. В последнее время они с Крейгом просто жили под одной крышей, и хотя по-прежнему спали в одной постели, любовью занимались крайне редко. Впрочем, лучше бы не занимались вовсе, потому что каждый такой случай оставлял в душе Бритт горький осадок разочарования.

Неожиданно нахлынувшие воспоминания были настолько болезненными, что она даже остановилась, вцепившись руками в поручень. Бродяга тоже остановился и, оглянувшись на хозяйку, вопросительно мяукнул. Бритт не пошевелилась, и тогда кот, легко спрыгнув на палубу, принялся тереться о ноги Дэвида.

— Что, передумали, Тани? — спросил тот с улыбкой, хотя глаза его оставались серьезными.

— Нет. Просто старые раны неожиданно напомнили о себе, — объяснила она.

Вскинув голову и крепко сжав губы, Бритт тоже начала спускаться по крутой лесенке.

Дэвид подвел ее по узенькой палубе к двери, ведущей внутрь плавучего домика. И снова Бритт остановилась, но на этот раз от удивления перед тем, что предстало ее взору — глубокие обитые кожей кресла и диваны, занимавший все пространство комнаты ковер в восточном стиле на полу — такой, должно быть, стоит целое состояние, — картины приглушенных оттенков, украшавшие стены.

— Нравится? — спросил Дэвид улыбаясь.

— Да. Вы что — подпольный миллионер?

— Что-то в этом роде, — весело откликнулся он. — Но стараюсь это не афишировать.

— Ну, если вы и в самом деле хотите сохранить это в секрете, вам следовало бы убрать картины, — посоветовала Бритт вполне серьезно. — Ведь это Моне вон там, над диваном, причем явно не копия!

— Как вы догадались?

— Я видела эту картину в музее. Мы там были вместе с…

Она запнулась. Наступила неловкая пауза.

— Один из ваших секретов? Это касается тех ошибок, о которых мы собирались побеседовать?

Бритт вспыхнула.

— Можно сказать и так.

Она поспешила перевести разговор на более безопасную тему.

— Какой чудный запах доносится из кухни! — воскликнула она с деланным восторгом.

Хотя по улыбке Дэвида было ясно, что он догадался о ее хитрости, он, тем не менее, охотно начал объяснять:

— Это лучший в мире чили. Рецепт добыт в Техасе, где, как известно, и растет лучший чили. Посидите здесь, пока я закончу, а потом вам предстоит попробовать нечто, чего вы в жизни, уверен, никогда не ели.

Бритт с готовностью опустилась на предложенный Дэвидом стул. Бродяга тут же вспрыгнул на старинный комод и оттуда взирал на общество, сверкая желтыми глазами и помахивая пушистым хвостом. Чувствовалось, что кот разочарован невниманием к его драгоценнейшей особе.

— Ах ты, негодник! — негромко пожурил его Дэвид. — Вот что получается, когда попадаешь в женские руки…

Бродяга с вызовом мяукнул, соскочил с насиженного места и грациозно двинулся на кухню вслед за Дэвидом.

Следующие несколько минут Бритт провела, изучая корешки книг, стоявших на полке. Если судить о человеке по тому, что он читает, у Дэвида, должно быть, весьма разнообразные интересы. На полке стояли поэтические сборники вперемешку с биографиями знаменитых людей и тут же — детективы и триллеры.

— А вот и чили! — радостно объявил хозяин, появляясь на пороге со сковородкой в руке.

По его улыбке чувствовалось, что он и в самом деле гордится приготовленным блюдом.

Едва попробовав чили, Бритт была вынуждена схватить стоявший перед ней бокал и залпом выпить налитое в него кроваво-красное вино, чтобы хоть немного заглушить пожар, пылавший у нее во рту.

— Немного острый, по-моему, — отдышавшись, проговорила она.

— Естественно. Таким он и должен быть. Возбуждает вкусовые рецепторы. Это пища не мальчиков, но мужчин, — торжественно объявил Дэвид.

— Понятно. А поскольку я не отношусь ни к тем, ни к другим, я оказалась в невыгодном положении, — парировала Бритт.

Когда первое потрясение прошло, она рискнула попробовать еще немного соуса. Как ни странно, он ей понравился, несмотря на обилие специй и черного перца. Доев свою порцию, Бритт даже попросила добавки. Наконец она отодвинула тарелку.

Дэвид усмехнулся.

— Секрет приготовления настоящего чили кроется как раз в специях, — наставительно заметил он. — И не вздумайте использовать мороженую говядину, которая годится разве что на бифштексы! Только парная. Обжариваете ее слегка в почечном жире — это придает блюду дополнительную прелесть. И помните — базилик непременно должен быть свежим, прямо с грядки. И еще…

— Ясно, ясно. Согласна — ваш чили прекрасен, — прервала поток объяснений Бритт. — Может быть, я опишу его в своей следующей книге, наряду с другими типично американскими блюдами.

— Ага, значит, вы подумываете о следующей книге?

Бритт задумалась.

— Не знаю, как это у меня вырвалось… Хотя, честно говоря, я действительно думала об этом. Если, конечно, такая тема кого-то заинтересует. Пока ведь мы не знаем, как пойдет первая книга, не так ли?

— Не знаем, но можем догадываться. Бьюсь об заклад, что ее ждет грандиозный успех, — сказал Дэвид. — Позвольте процитировать вашего издателя. Вот какой текст он поместил на обложку: «Лучшая кулинарная книга этого года. Даже если бы в ней не было изысканных и редких кулинарных рецептов, изящная, остроумная манера изложения мисс Дюмон доставит читателям истинное наслаждение»… Ну и так далее. Да, я уверен, что книгу ждет успех.

Бритт молчала, пытаясь переварить слова Дэвида.

— Почему же вы мне раньше об этом не сказали?