Екатерина Риз - В погоне за мечтой

Я защёлкнула заколку, подошла к нему, наклонилась и поцеловала.

— Что ты с утра заводишься? Всё хорошо. Я недолго, туда и обратно.

До ресторана я добралась на такси, вышла из машины и тут же заприметила на стоянке машину отца и его охрану. Махнула им рукой.

У дверей меня встретил Костя.

— Зачем ты ездишь на такси? — в лоб спросил он меня.

— И тебе здравствуй, — съехидничала я.

— Ничему тебя жизнь не учит, Александра, — посетовал Костя.

— Папа где?

— В зелёном кабинете. У него встреча, просил не мешать.

— Ко мне это тоже относится?

Он хмыкнул.

— После вчерашнего? Думаю, да.

Я с трудом заставила себя смолчать. И почему меня все жизни учат? Ведь все кому не лень! Неужели я такое впечатление произвожу?

Этот ресторан я прекрасно знала. Это был не просто любимый ресторан отца, а он ещё и принадлежал его другу, так что мы здесь были частыми гостями, когда бывали в Москве.

Я свернула за угол и уверенным шагом направилась к кабинету. Уже готова была сделать шаг в коридор, но тут увидела, что мне навстречу идёт Тина, и я опять нырнула за угол. Видеться мне с ней после вчерашнего совсем не хотелось, но выбирать не приходилось. Не прятаться же от неё за фикусом?

Я навесила на лицо дежурную улыбку для встречи с ней и уже готова была выйти ей навстречу, но вдруг услышала голос отца, и замерла.

— Подожди! Мы ещё недоговорили!

Я решила, что он говорит с кем-то другим и то, что Луганская находится рядом с ним, простое совпадение, но потом…

— Валя, ты слышишь?

Послышалась какая-то возня, я осторожно выглянула и увидела поразительную картину. Мой отец грубо схватил Луганскую за плечо и практически швырнул о стену.

— Отпусти меня, — зашипела она, глядя на моего отца, как на врага. У меня в голове всё перемешалось, я смотрела на них и не понимала, что происходит. Просто в голове не укладывалось. — Что тебе нужно?

— Ты сама прекрасно знаешь что! — в голосе отца звучало столько металла, что у меня внутри всё затряслось. — Не смей к ней приближаться! Я тебя уже предупреждал об этом, разве нет?

— Ты спятил, Горянов! Ты и раньше был не в себе, а с возрастом!..

— Мне плевать на все твои слова и оскорбления! Меня интересует только одно! А если ты не хочешь понимать по-хорошему, я устрою тебе показательное выступление! Или ты забыла, кто оплачивает твою красивую жизнь?

— Да не встречалась я с ней! — как-то особенно отчаянно воскликнула Луганская и всё-таки оттолкнула его от себя. Отошла на пару шагов и одёрнула платье. — Я всё помню!

— Помнишь? Короткая у тебя память, Валя!

— Не называй меня так! — поморщилась она.

— Вообще-то, это твоё имя, — нехорошо усмехнулся отец.

Луганская помотала головой. Именно помотала, а не покачала, словно хотела избавиться от кошмара.

— Я не хочу тебя слушать! Я сделала всё, что ты хотел! Подписала всё, что ты хотел! И я не нарушала договор!

— Договор? Да как ты!..

— Всё, хватит! Мне надоело! Оставь меня в покое, Горянов!

Я вжалась в стену, когда поняла, что она сейчас выйдет прямо на меня, но Луганская пролетела мимо на такой скорости, что меня и не заметила. Вылетела за дверь, а я так и продолжала стоять, боясь даже вздохнуть.

Никак не могла понять, что происходит…

Отец знаком с Тиной? И судя по их разговору, довольно давно.

Что за бред?

— Ты что здесь делаешь? — испуганный голос отца вывел меня из раздумий, я повернула голову и посмотрела на него.

— А я тебя искала, папочка, — тусклым голосом проговорила я.

Он смотрел на меня почти со страхом.

— Что ты слышала? — напряжённым голосом спросил он.

Я закусила губу.

— Что ты слышала? — заорал он, а я вздрогнула. — Отвечай!

У меня на глаза слёзы навернулись.

— Папа…

Он вдруг схватился за голову, а потом порывисто притянул меня к себе и обнял. Его тяжёлая ладонь легла на мой затылок, он прижал мою голову к своему плечу, и мне стало тяжело дышать. Зато сразу стало спокойно.

Отец поцеловал меня в висок.

— Всё это неправда, слышишь? Чтобы ты не услышала — это всё неправда! Ты моя девочка, я ведь ради тебя живу…

Я поняла, что случилось что-то страшное, непоправимое. Вцепилась в его плечи и затихла.

— Саша. Саша, ты меня слышишь?

— Я ничего не понимаю, — прошептала я. — Ты с ней знаком? Знаком с Луганской?

Отец напрягся, я это почувствовала, отстранился немного. Его взгляд посуровел.

— Саша, поезжай домой.

— Папа…

— Поезжай. Ничего здесь не случилось. Просто забудь.

— Но я видела, как ты с ней разговаривал! — настаивала я.

— И что? Мы просто разговаривали!

— Просто разговаривали?

— Всё, хватит! — окончательно разозлился отец. — Костя!

Тот незамедлительно появился в поле зрения хозяина и посмотрел на него выжидающе.

— Отвези её домой!

— Но, папа…

— Домой, я сказал!

Что мне оставалось делать? Я вздохнула, посмотрела на него негодующе, но вышла из ресторана вместе с Костей.

— Тебе что, понравилось его злить? — сказал Костя, придерживая для меня дверцу машины.

— Хоть ты не начинай, — взбеленилась я.

Домой я вернулась в ужасном настроении. Мало того, что отец не захотел со мной разговаривать, так ещё и врал. Или всеми силами пытался уйти от ответа, что почти одно и тоже.

— Что с тобой? — спросил меня Большаков, когда увидел, как я швырнула свою сумку на диван.

Я остановилась посреди комнаты, с трудом перевела дыхание и посмотрела на него с едва сдерживаемым раздражением.

— Ничего, ответная реакция на плодотворный разговор с папочкой!

— Вы поругались?

— Если бы… Максим, он знаком с Луганской!

— Кто? — не понял Большаков.

— Папа! — в отчаянии выкрикнула я. — Они обедали вместе!

Он помолчал, потом пожал плечами.

— И что? Может, он встречался с ней из-за Стаса?

Я покачала головой.

— Нет! Ты бы слышал, как он с ней говорил! Они явно давно знакомы!

— Я не понимаю, из-за чего ты так нервничаешь! То, что дядя Витя с ней знаком, так в этом нет ничего удивительного. Он часто бывает в Москве, мало ли где они могли познакомиться? На приёме каком-нибудь…

Я села на диван и задумалась.

— Но почему он мне не сказал? Он ведь знал, насколько это важно для меня!

— Поэтому и не сказал.

Я опять вздохнула.

— Нет, Большаков, тут что-то другое, я чувствую…

Максим лишь хмыкнул.

— Из-за пустяков папочка так бы нервничать не стал.

— Ой, Сашка, вечно ты придумываешь проблемы на пустом месте!