Вера Армстронг - Снежная королева

Он склонился к ее губам и поцеловал — нежно и бережно, а потом прижал к себе и погладил по волосам.

— И все-таки, что ты здесь делаешь? — прошептала Джессика, уткнувшись лицом ему в плечо.

— А ты как думаешь? — Он слегка прихватил зубами мочку ее уха, потом провел языком по ее шее и поцеловал в ямочку между ключиц. — Я по тебе соскучился.

Джессика смутилась, не зная, что ответить.

Николас тихонько рассмеялся.

— Я подумал, что сегодня ты вряд ли вернешься в Нью-Йорк. Целая ночь без тебя!.. Ты сегодня вообще спала?

Джессика выразительно закатила глаза.

— Я что, так плохо выгляжу?

Он провел рукой ей по щеке.

— Как всегда, выглядишь потрясающе. Просто видно, что ты немного устала.

Он ласково поцеловал ее в уголок рта.

— Не то слово — устала. И есть хочу, умираю.

Он улыбнулся.

— Значит, надо тебя накормить.

От его тела веяло жаром желания, и этот жар распалял и ее. Джессика поняла, что если еще чуть-чуть задержатся в номере, то обедать они сегодня не будут.

— Давай сходим в какой-нибудь ресторанчик с видом на море. Здесь их полно, — решительно предложила она.

Николас усмехнулся, как будто предложение Джессики ужасно его позабавило.

— Хочешь обезопасить себя от меня? Чтобы мы чинно сидели на глазах у почтеннейшей публики и я к тебе не приставал?

Джессика вымученно улыбнулась.

— Вот именно.

Она тихонько выскользнула из его объятий, надела туфли, взяла свою сумочку и вложила руку в руку Николаса.

Они выбрали китайский ресторанчик, маленький и уютный. За окном уже сгущались сумерки. Так что обед превращался в ужин. За день Джессика проголодалась ужасно. Она заказала закуску, второе и десерт.

Ужин прошел замечательно. Джессике даже не хотелось уходить. После десерта они с Николасом заказали кофе и еще долго сидели, разговаривая и глядя на закат над морем. Потом вернулись в отель. Едва они вошли, как насмешливый мужской голос объявил на весь холл:

— Вы посмотрите, какие люди!

Фотограф. Слегка навеселе и, похоже, алчущий мщения. Он несколько раз щелкнул фотоаппаратом.

— Наша прославленная Снежная королева с почетным эскортом. — Фотограф смерил Николаса оценивающим взглядом, после чего с мерзкой улыбочкой повернулся к Джессике. — Не удивительно, лапушка, что ты сбежала с банкета.

Он мог себе позволить быть наглым. У него в руках было оружие — фотоаппарат. Джессика холодно улыбнулась и, не глядя на фотографа, направилась через холл.

— Вы здесь вместе остановились? В одном номере?

Он последовал за Джессикой и Николасом в гостевое крыло, не обращая внимания на табличку «Только для постояльцев отеля — посторонним вход запрещен».

Николас резко повернулся, так что Джессика осталась у него за спиной. Он как бы прикрыл ее собой.

— Еще один шаг, и я вызову администрацию. Или просто спущу тебя с лестницы. Выбирай, что тебе больше нравится.

— Я просто делаю свою работу.

— Делай ее в другом месте.

Фотограф поспешно ретировался, решив не связываться.

Когда они вошли в номер к Джессике, Николас запер дверь на ключ.

— Может быть, вызвать охрану?

— По-моему, ты и так его застращал, — улыбнулась она. — Хочешь чего-нибудь выпить? Возьми в баре, а я пока позвоню своему агенту.

— У тебя уже были такие проблемы? — спросил Николас, когда Джессика положила трубку.

Фанатичный поклонник, сумасшедший извращенец… Кошмар! Врагу не пожелаешь.

Только отец Джессики знал о тех мерзких письмах, которые она получала пачками в течение нескольких месяцев после гибели Антонио. Слова, вырезанные из газет и журналов, наклеенные на бумагу и отправленные по почте. Мерзкие намеки, мольбы, угрозы. Полиция полгода вычисляла того, кто это был. Но за полгода Джессика и сама научилась защищаться.

Николас увидел, как она помрачнела, понял причину и не стал расспрашивать дальше. Пройдет какое-то время, и она поймет, что ему можно довериться и рассказать все.

Он подождет. Ждать он умеет.

— Фотограф — это не проблема. А так, раздражающий фактор.

Джессика устало опустилась в кресло.

Вчера ночью она была предельно близка с этим мужчиной, а сегодня не знала, что надо сделать, чтобы все повторилось. Она даже не знала, хочется ли ей повторения. Горький смех застрял комом в горле.

Она и не заметила, как Николас подошел к ней и, встав за креслом, принялся легонько массировать ее плечи, прогоняя усталость и напряжение. Это было божественно.

— Еще, — прошептала она, закрыла глаза и полностью отдалась во власть его нежных и бережных рук.

Неожиданно он подхватил ее на руки и уложил на кровать. Джессика протестующе хмыкнула. Но Николас не обращал никакого внимания на ее слабые возражения. Он снял с нее туфли, блузку и топик, потом юбку.

— Николас…

Он перевернул ее на живот и прижал к постели.

— Просто расслабься и получай удовольствие.

Джессике казалось, что ее тело плавится под его ласками. Она тихонько застонала и уткнулась лицом в ладони. Господи, как хорошо!.. Мягкой волной накатила дрема. Джессика уже не сопротивлялась. Она и сама не заметила, как заснула, поэтому не почувствовала, как Николас встал, бережно укрыл ее одеялом, а потом сам разделся и прилег с ней рядом.

Джессика перевернулась во сне и прильнула к теплому телу рядом. Где-то далеко мелькнула мысль, что так и должно быть, что только так правильно. Она еще теснее прижалась к человеку, что лежал рядом, и замурлыкала от удовольствия, когда он провел рукой по ее спине.

Это был сон, восхитительный, волшебный сон, когда не хочется просыпаться, а хочется остаться в этом сне навсегда. Пряный мужской запах мешался с едва уловимым ароматом одеколона. Сон был очень похож на явь.

Мягкие теплые губы прикоснулись к ее губам. Потом те же губы скользнули по ее щеке, опустились на шею… Это было хорошо! А приятный сон продолжался. Нежный любовник из волшебной страны сновидений покрывал поцелуями ее всю: грудь, живот, бедра.

А потом его пальцы притронулись к ее самому сокровенному месту, раздвинули влажные складочки и принялись ласкать ее там, находя самые уязвимые, самые чувствительные места.

Джессика почувствовала, как ее тело наливается жгучим желанием. Уже давно ей не снились такие яркие эротические живые сны.

Она вздрогнула и открыла глаза. Но тут же зажмурилась — комната была залита ярким светом. Она снова открыла глаза и испуганно уставилась на лицо мужчины буквально в нескольких дюймах от ее лица. Его щеки были покрыты темной щетиной, и это смотрелось весьма сексуально. В черных глазах плескалось бездонное море чувственности, желания, теплоты и нежности.