Сара Крейвен - Любовь сама выбирает

Когда закончилась эта пародия на завтрак, Джоанна пошла на конюшню, где мрачно убиралась Сэди.

– Что случилось?

Джоанна принесла сбрую Минни и начала ее седлать. Сэди не обернулась.

– Мы с Джимми были вчера вечером в «Королевском дубе», – пробормотала она наконец. – И все болтают, Джо. Говорят о том, что здесь случится. Мне так плохо. Джоанна напряглась.

– Полагаю, судачат о мистере Верне… и нашем разводе…

Сэди взглянула на нее ошарашено.

– Нет, никто не упоминал… О, Джо, это не так, правда?

– Я думала, уже всем очевидно, как здесь обстоят дела. В Вестроу сплетни разлетаются быстро. – Ее голос оставался спокойным.

– Так вот почему мистер Габриель решил все продать и уехать, – сказала Сэди с несчастным видом.

– Все продать? – не веря своим ушам, повторила Джоанна. – О чем ты говоришь? Габриель никогда не продаст поместье.

Сэди мрачно на нее посмотрела.

– Именно об этом все и говорят. Появились люди из сети отелей, те самые, которые приходили к мистеру Лайонелу несколько лет назад.

– Да, но он выпроводил их. – Джоанна трясущимися руками затянула подпругу. – Сказал, что его не интересует их предложение и никогда не заинтересует.

– Но его больше нет. И понятно, что мистер Габриель не так привязан к поместью, иначе он бы не уезжал отсюда надолго. А если еще будет и развод… – Наступило тягостное молчание. – Говорят, что он собирается все продать и переехать в Лондон. Я была уверена, что ты все знаешь об этом.

– Очевидно, сюда информация доходит позднее, чем в «Королевский дуб». – Джоанна пыталась посмеяться над этой ситуацией, но не смогла. Казалось, что земля уходит из-под ног. – И от кого же все узнали?

Сэди закусила губу с уклончивым видом, и Джоанна неожиданно вспомнила, что Дебби Макинтош, дочь хозяина гостиницы, работает у Генри Фортескью, и мрачно сказала:

– Наверное, я бы предпочла этого не знать.

Она начала выводить Минни из конюшни и услышала ржание Наткина, когда проходила мимо. Что будет с лошадьми, подумала она с болью. О них меньше всего должна болеть голова. Есть Грейс и ее муж, Сэди и все люди, которые работают в поместье. Вскоре их спокойный, безопасный мир рухнет, и они окажутся не у дел.

Собаки, подумала она в оцепенении. Собак я по крайней мере могу взять к себе. Синтия не любит животных, и в городе им не понравится.

Но я не могу оставаться в стороне. Может быть… каким-то образом… смогу поговорить с Габриелем… убедить… заставить его понять, что это принадлежит ему по праву рождения… это его наследство… и у него есть обязанности перед всеми.

Только он не послушает. Наверное, он давно собирался это сделать: сбросить старые оковы и начать новую жизнь… с новой женой. Принести любую жертву, которую она захочет. Надо смотреть правде в глаза. Синтия скорее предпочтет блистать в Лондоне и в Нью-Йорке, чем играть роль хозяйки поместья. Возможно, кстати, что это полностью ее идея.

Джоанна села в седло и посмотрела на склоненную голову Сэди, которая подтягивала подпругу. Сэди жалобно спросила:

– Как ты думаешь, они оставят конюшню при отеле?

– Я не знаю, – мягко ответила Джоанна. – Но, пожалуйста, помни, что это только слухи.

– Говорят, что представители скоро приедут, чтобы обговорить детали.

– Я считаю, что Дебби стоит научиться держать язык за зубами, если она хочет сохранить работу, – ответила Джоанна сухо и поскакала по двору, оставив Сэди с открытым ртом.

Утро было серым, но более теплым, чем обычно, и Джоанна повернула Минни к холму. Добравшись до «приюта отшельника», она слезла с лошади, привязала ее к пню и села на камень. Дом выглядел так, будто был естественным продолжением пейзажа. И таким же он всегда останется в ее памяти, будет она присматривать за ним или нет.

Сеть отелей разработала грандиозную программу, подумала она невесело. Теннисные корты, источник с минеральной водой и бассейн. Лайонел все молча выслушал, а потом выпроводил их с ледяной решительностью.

Следовало понять, что эти стервятники так легко не сдадутся. Интересно, сколько времени прошло после смерти Лайонела, прежде чем они обратились к Габриелю. Но, в конце концов, для них это бизнес, как, в общем, и для Габриеля.

Минни, которая мирно паслась рядом, подняла голову и резко всхрапнула. Джоанна испуганно повернула голову и увидела, что в нескольких ярдах от нее стоит Пол Гордон. Разодет не для деревни, подумала она критически, осматривая его тесные джинсы, черную кожаную куртку и шелковый кремовый шарф. Пол выглядел довольным собой и ничуть не смущенным.

– Я надеялся, что встречу тебя. Джоанна сунула руки в карманы.

– Не могу ответить взаимностью.

– Как невежливо, – ухмыльнулся он. – Я хотел сделать все, что в моих силах, чтобы ты хорошо провела время. – Он помолчал. – Однако признаю, что позволил страсти захватить меня, и хочу извиниться.

– Страсти? – Джоанна подняла брови.

– Конечно. Ты славная, совершенно заброшенная девочка. Ты ведь не можешь винить меня за попытку тебя утешить?

У меня не создалось впечатления, что тебя захватила непреодолимая страсть, подумала Джоанна. Наоборот, странным образом вся ситуация казалась заранее спланированной. Она пожала плечами.

– Давай просто согласимся, что мы оба сделали ошибку, и забудем об этом. Скорее все го, мы больше не встретимся.

Он засмеялся.

– Так ты ледышка?! Неудивительно, что красивый муженек предпочел согреться в другом месте.

Насмешка достигла цели. Но тут Джоанну отвлекло какое-то движение на холме. Красивый гнедой мерин ехал к ним по траве, всадник грациозно сидел в седле. Ее сердце замерло. На мгновение в голове появилась сумасшедшая мысль, что Габриель догадался, куда она уехала, и направился за ней, но она быстро ее отбросила. Его появление – чистая случайность, но можно использовать подвернувшуюся возможность. Будь она проклята, если уедет, оставив его с мыслью, что она страдает, одинокая и никому не нужная. Самое время поставить свой собственный маленький спектакль.

Джоанна неторопливо подошла к Полу Гордону, кокетливо провела рукой по его руке до плеча и с придыханием протянула:

– Видимо, ты прав. Может быть, рядом с тобой я оттаю.

На его лице отразилась борьба недоверия и польщенности, но тщеславие победило. Бесконечно долгую минуту Джоанна терпела противное прикосновение его рта. Когда она освободилась и отступила назад, то увидела Габриеля, проезжающего мимо легким галопом. Янтарные глаза не коснулись их взглядом, но лицо потемнело и напряглось, как будто его высекли из камня.

Пол Гордон тоже увидел всадника, с его лица исчезла самодовольная улыбка, и он сдвинул брови.