Эллен Чейз - Тайна радости

Кейси поднялась, положила ладони на стол и посмотрела в его горящие глаза.

– Я его знаю, – сдержавшись, ровным голосом ответила она. – Это Рикардо Кастильо, который живет на розовой вилле вниз по берегу. Я познакомилась с ним и его женой, – она подчеркнула слово "жена", – прошлым летом в Бостоне. Мы много времени провели вместе. Они друзья Мэтта, мои друзья, а значит, и твои тоже. – Кейси полезла в нагрудный карман рубашки, вытащила черный кожаный кошель и положила его на середину стола. – Вот то, о чем я пытаюсь все время тебе сказать. Ключи от джипа, коттеджа и кооперативной квартиры в Акапулько. Кастильо завтра отправляются в Австралию и любезно предоставили нам все это на столько дней, на сколько мы пожелаем.

Трэвис долго смотрел на нее. Он смущенно вытер рукой рот.

– Ты, по-видимому, думаешь, что я сумасшедший ревнивый идиот. – Когда Кейси попыталась возразить ему, он вдохнул воздуха, поправил кресло и уселся в него. – Ты так думаешь, правда?

Кейси растерянно провела по своему лбу, снимая напряжение.

– Я думаю, что прогулка в Акапулько завтра будет для нас полезной. Я думаю, что мы слишком застряли в этом месте. – Кейси откашлялась и склонилась над столом.

И еще я думаю, что когда мы приедем в город, нам следует хоть немного пожить раздельно.

– Долго?

– Достаточно для того, чтобы ты успел прийти в себя и понял, что я не могу дать тебе того, чего ты ждешь от женщины. Когда дело касается, наших отношений, ты теряешь всю свою объективность.

– Итак, мы возвращаемся к тому, с чего начали?

Кейси кивнула и уставилась на свои руки.

– Это потому, что я безработный преподаватель английского с туманным будущим…

– Брось, Трэвис, твое финансовое положение совершенно ничего не значит в данном случае, – сердито прервала она.

– Тогда почему ты не доверяешь мне?! – воскликнул он. – Я уверен в своих чувствах! Я не зеленый юнец. Я повидал…

– В том-то и дело, – Кейси резко оборвала его. – У тебя здесь очень узкий круг общения. Пойми, я знаю, что уже говорила об этом, но я действительно так считаю. Если бы мы встретились в иной обстановке, ты никогда бы больше не искал встреч со мной. – Голос ее сорвался, она теряла контроль над собой. – Я знаю свои собственные возможности. Я также знаю, что у меня много "пунктиков", которые тебя не касаются. – Кейси вздохнула и прикусила губу. – Я стараюсь быть благоразумной ради себя и тебя тоже.

– Что ж, пусть будет по-твоему, – сказал Трэвис. – Завтра, когда мы попадем в Акапулько, мы пойдем своими путями, и каждый будет свободен выбирать то, что он находит интересным и привлекательным.

Она согласно кивнула.

– Ты можешь взять ключи от квартиры, а я оставлю себе ключи от джипа, чтобы ездить на виллу.

– Все сама?

– Я планировала вести здесь самостоятельную жизнь, – с ехидцей ответила она.

Кейси встала и принялась мыть обеденные тарелки. Она устала от дискуссий. К тому же ей досаждали постоянно возникавшие в ее сознании сцены, в которых Трэвис развлекался с другой женщиной.

– Может быть, ты упакуешь необходимые вещи? Я не хочу возвращаться в Акапулько и видеть тебя по меньшей мере неделю! – резко сказала она и, повернувшись, ушла в кухню.

7

Акапулько встретил их атмосферой настоящего праздника, ознаменовав их прибытие звуками гитар, скрипок и труб мексиканского оркестра мариачи. Бродячие певцы в традиционных широких сомбреро и отделанных серебром костюмах "чарро" изображали благородных ковбоев.

Город лежал у подножья высоких зеленых гор, которые лишь частично закрывали от глаз окруженный сушей мерцающий залив с золотыми пляжами. Несмотря на засилье туристов и новые высотные отели, Акапулько – Западная Ривьера – сверкал естественной экзотической красотой, буйной ароматной растительностью. Воздух оглашали хриплые крики тропических птиц и попугаев.

Трэвис поставил джип на стоянку кондоминиума[13] Кастильо на Кондесса-Бич.

– Ну вот, здесь мы и разойдемся в разные стороны, – произнес он, выключив зажигание и одарив Кейси широкой беззаботной улыбкой. – Если ты не передумала.

– Нет, – твердо заверила она и, взяв с заднего сиденья панаму и соломенную корзину, открыла дверцу. – Если ты не возвратишься на стоянку к полуночи, я буду считать, что ты на квартире.

Избегая испытующего взгляда его карих глаз, Кейси приводила себя в порядок, поправляя складки на темноватом платье, распрямляя тонкий пояс и проверяя пуговицы.

– Ну, я отбываю! – сказал Трэвис с явным энтузиазмом. – Желаю удачного дня.

Она неопределенно кивнула головой, перелистывая туристский атлас и притворившись, что внимательно изучает его. Всю дорогу в сорок миль до Акапулько Кейси укрепляла свою броню, маскируя бравадой свои страхи. Вот и теперь она пересиливала желание посмотреть, куда направился Трэвис.

Кейси глубоко вдохнула бодрящий соленый воздух, расправила плечи и отправилась изучать гедонистическую[14] жизнь Акапулько, благодаря которой он сделался знаменит. Она проводила часы, рассматривая ремесленные изделия, разложенные на сбившихся в кучу маленьких прилавках в прибрежном парке и возле пристройки волнореза. Продавцы были предупредительны и любезны, но Кейси интересовал только кожаный бумажник ручной выделки, который ей хотелось подарить Мэтту.

Она избегала городских видов транспорта, чтобы прокатиться в живописном экипаже к большому собору, который находился в центре города. Богато украшенный храм Святой Марии с тяжеловесными куполами в окружении бесчисленных резных башенок произвел на нее ошеломляющее впечатление.

После посещения еще двух церквей Кейси жадно набросилась на разноцветные открытые лотки и отделы для женщин, пока мостовая не загорелась у нее под сандалиями. Звук ее шагов слился с клокотанием голодного желудка. Она устало опустилась в кресло в одном из многочисленных ресторанчиков под соломенной крышей на Парадайз-Бич. С приподнятого патио Кейси могла видеть соревнования серфингистов, проходившие позади вздымавшихся отелей и зеленых холмов.

Заказав салат из свежей зелени и креветку с чесноком, Кейси расслабилась в мягком кресле, наблюдая за разноцветными дельтапланами, парившими в небе, водными лыжниками, выписывающими зигзаги вокруг рыбацких яхт и прогулочных катеров, пришвартованных в гавани.

– Сеньорита, – коренастый усатый официант появился возле ее локтя с высоким блестящим бокалом.

Кейси удивленно приподняла брови. Она не заказывала белого вина.

– Постойте, стюард. Это, наверное, не для меня.

Официант широко улыбнулся, обнажив золотые зубы, и поставил бокал перед ней.