Элис Маккинли - Берегитесь — женщина!

— Где он будет, в какой палате? — спросил Чарлз у ближней к нему медсестры, державшей капельницу.

— На третьем этаже, в сто двадцатой. Но вас туда не пустят, пока он не придет в сознание.

Из операционной вышел врач, Чарлз обратился к нему.

— Ну что?

— Все хорошо, не беспокойтесь. Жить будет. И рана оказалась не такой глубокой, как мы думали. В общем, ему повезло.

— А когда я могу…

— Через пару часов, вероятно, он очнется. Подождите здесь. Внизу можно выпить кофе. Мне сказали, что полиция будет охранять вашего друга круглые сутки.

— Спасибо.

— До свидания, сэр, мы с вами теперь будем видеться часто.

— Да. До свидания.

Врач пошел вдоль по коридору, опустив руки в карманы.

Чарлз посмотрел на часы. Было уже почти двенадцать. Неизвестно, удастся ли ему сегодня вздремнуть хотя бы часок. Надо и вправду выпить кофе. И он направился к лестнице, ведущей на первый этаж.

7

— О господи! Кто отвечает за безопасность людей в этой стране? Почему среди бела дня я рискую погибнуть от рук бандита? Вот у нас в Королевстве полиция знает, как ловить преступников!? Христиан в красках описывал претензии к американским стражам порядка, пока медсестра обрабатывала его рану.

Роль безмолвного слушателя прилежно исполнял Чарлз, больше погруженный в собственные мысли. Поначалу, конечно, он не на шутку испугался за друга, но все опасения развеял врач. Удар ножа пришелся по касательной, лишь слегка оцарапав кожу. Очевидно, нападавший не слишком верил в свои силы. Какой-то дилетант. Такого можно купить за пару сотен в любом бедном районе. Ему, наверное, не слишком хотелось лишать жизни человека. Покушение выглядело так, словно было состряпано на скорую руку. Да и как могло быть иначе? Настоящие злодеи просто не ожидали неожиданного появления двух новых действующих лиц, грозящих разрушить запланированный ход событий.

— Этот парень испортил мою лучшую рубашку! — возмущался Христиан. — Ну зачем я надел ее именно сегодня? И с реакцией у него явно проблемы. Ты видел, Чарлз, как медленно он соображал, наносить удар или нет?

— Ты до сих пор жив именно благодаря нерешительности преступника. Лучше порадуйся и скажи ему спасибо.

— Не буду. За что мне благодарить негодяя? Рубашка все равно безнадежно испорчена. В чем я теперь буду очаровывать тех немногих американок, которые не успели превратиться в бегемотах из-за любви к фастфуду?

— Не волнуйся, их осталось немного. Сначала найди одну или парочку, а потом подумаешь, — успокоил Чарлз приятеля. — Лучше сиди смирно, иначе тебе вместо раны по ошибке обработают рот. И правильно сделают.

— Ах ты, неблагодарный! Говоришь мне такое после всех жертв и лишений, которые я вытерпел, оставаясь верным нашей дружбе! После того как я буквально заслонил тебя своим телом от рук жестокого убийцы. Нет, я, похоже, не дождусь от тебя ни слова признательности. А если бы меня убили? Все! Извиняться стало бы не перед кем! Подумай об угрызениях совести. Вдруг тот тип собирается вернуться и завершить свое черное дело? Очнись, пока не поздно!

— Твоя пламенная речь помогла мне прозреть! Спасибо, ты мой ангел-хранитель! — Чарлз схватил друга за руку и энергично затряс. — Я надеюсь, твоя помощь подоспеет и в следующий раз, когда меня захотят убить.

— Сдурел, что ли? Я тебе не ходячий бронежилет! Такими темпами на мне скоро живого места не останется! У-у, до чего же неприятное чувство в боку. Как будто кошки скребут. И дышать больно…

— Не волнуйтесь, — отреагировала на жалобы пациента медсестра, — поболит всего пару дней. Старайтесь не ходить слишком быстро. Врач назначит вам, когда приходить снимать швы.

— А если я буду хорошо себя вести, вы согласитесь поужинать со мной?

— Кто знает. — Девушка лукаво улыбнулась, направляясь к выходу, и напоследок добавила: — Вдруг я превращусь в бегемотиху?

Чарлз согнулся пополам от смеха, разглядывая застывшее в недоумении лицо Христиана. Отсмеявшись, он счел своим долгом заметить:

— Не говори о женщинах плохо, особенно в их присутствии.

— Что я такого сказал? Не моя вина, что американки не расстаются с гамбургерами. Такими их сделал не я. Медсестра, между прочим, как и твоя Алекс, наглядный пример того, что с красотой дела не совсем плохи.

Им не дал закончить разговор коп, присланный из полицейского департамента. Он согласился подождать за дверью, пока шла перевязка, и теперь стремился поскорее завершить все формальности. По изможденному лицу представителя закона Чарлз догадался, что этот допрос у него сегодня где-то пятидесятый по счету.

— У меня к вам несколько вопросов по поводу внешности нападавшего, — объяснил коп, обращаясь к обоим приятелям. — Опишите его по очереди.

Около получаса пострадавший и свидетель препирались по поводу цвета глаз, волос и роста преступника, пока окончательно не утомили полицейского. Своим волевым решением он выбрал несколько характерных особенностей из каждого описания и предложил джентльменам на подпись некий гибрид из двух точек зрения. Приятели только руками развели.

— Вот ловкач, — восхитился Христиан, едва коп удалился, — сразу чувствуется опыт в общении с людьми.

— Ему ничего другого не остается, как мыслить нестандартно.

— Ладно, идем, что ли? Нам здесь больше делать нечего.

— Ты прав, пора двигаться дальше. И так потеряли много времени.

— Я готов. Куда направляемся?

— Э, нет. — Чарлз поспешил внести ясность в ситуацию. — На ближайшие пару дней ты выбываешь из расследования. Я буду действовать один.

— Но почему? Когда нужно вступать в противоборство с убийцей, то я незаменим, а при первом удобном случае спешишь от меня избавиться.

— Не драматизируй. Я с радостью приму тебя обратно, как только придешь в себя. Всего два дня — и мы снова работаем вместе. Договорились?

— Что еще мне остается? — картинно вздохнул Христиан. — В противном случае ты в отместку оставишь меня где-нибудь истекать кровью.

— Ну, на подобную подлость я не способен, уверяю тебя.

Приятели расстались у выхода из больницы. Больной поехал отдыхать, а Чарлз занялся поисками Майкла Кида. Иногда родственные узы, которыми раньше не дорожил, в одночасье могут стать чрезвычайно полезными. Где бы он нашел в незнакомом городе надежного, честного человека, не имея нужных связей? А так есть Майк. Он давно живет в Нью-Йорке, отлично знает американскую систему правосудия, имеет представление о моральных качествах людей, участвующих в расследовании.

Майка удалось найти быстро. Внимательно выслушав Чарлза, Кид в первую очередь высказался о следователе Олбене: