Сэнди Мэдисон - А как ты играешь в любовь, чемпион?

Было еще рано идти ужинать и уж совсем рано для дискотеки.

Женщина подозвала такси и поехала домой. Гледис была рада, что Арнольд с семьей были в саду и жарили там на гриле мясо. Никто не слышал, как Гледис приехала домой.

Она села на своей открытой веранде с книгой — это был все тот же роман, который она начала читать во время своей поездки в Аризону. Был чудесный вечер. Смех, который доносился из сада, звучал для нее очень соблазнительно. Когда она почувствовала, что хочет есть, то подумала, а не спуститься ли ей вниз. Но мысли о вопросах, которые ей станет задавать брат, если он захочет что-либо узнать, отпугнули ее. Она открыла свой холодильник, который зиял пустотой. В шкафчике с продуктами Гледис обнаружила банку сардин в масле и пачку очень старых крекеров. Этим Гледис и довольствовалась.

Она посмотрела по телевизору старый фильм, который оказался очень занимательным, и рано легла спать. Ей снились кошмары, в которых ее преследовала сильно накрашенная редакторша мод с подносом ломтиков огурца. Она требовала, чтобы Гледис обязательно положила их на лицо. И каждый раз, когда Гледис удавалось во сне ускользнуть от громко кричавшей редакторши, перед ней оказывался вдруг Фрэнки О'Берри, усталый и невыспавшийся. Он улыбался ей.

Когда под утро Гледис проснулась вся в поту от своих страшных снов, то сразу почувствовала, что ее ждет необычный день. Солнце еще не поднялось выше крыши соседнего дома, и тут она вспомнила, что Фрэнки сегодня приезжает в Нью-Йорк. Встала под душ, чтобы смыть воспоминания о своих кошмарах. Конечно, она не пойдет на эту игру и не будет больше вспоминать о Фрэнки. Он, вероятно, станет еще часто бывать в Нью-Йорке. Ей не следует об этом тревожиться. Как только она сдаст свой репортаж о нем, у нее не будет больше общего с Фрэнки.

Но Гледис не могла собраться с мыслями весь день. Она слышала, как сигналил перед домом ее брат, вернувшийся из конторы, чтобы отвезти мальчишек на баскетбольный матч.

Гледис подошла к окну и увидела, как Мария помахала вслед своим сыновьям и школьному товарищу Густона, которого пригласили на матч. Гледис снова села за свой компьютер и попыталась сосредоточиться на работе.

Но она думала только о матче. Она знала, что игру будут передавать по местной сети. Наконец поднялась со стула, подошла к телевизору, взяла дистанционное управление и задумалась: включать или не включать.

«Я посмотрю хотя бы, как выйдут обе команды. Глупости!» — тут же призвала она себя к порядку. С таким же успехом она могла бы тогда пойти на матч. Надо оставаться непреклонной. Гледис не стала возвращаться к работе, а легла на террасе в шезлонг и предалась мечтаниям.

Она стала думать об отпуске, в который собиралась в этом году. Гледис еще не решила, поедет ли она на Аляску или проведет отпуск у моря, может быть, у Карибского. Гледис мечтала о пальмах, теплом море и о… Фрэнки.

Она энергично поднялась с шезлонга и снова принялась за работу. Если уж она не была хозяйкой своих снов и мечтаний, то следовало хотя бы конкретно заняться Фрэнки и закончить наконец интервью с ним.

На этот раз Гледис повезло. Все, что она задумала, было сделано. Она очень напряженно печатала свои тексты, и было уже пять часов, когда она наконец вздохнула с облегчением и встала. Она все закончила.

Гледис чувствовала необычайный подъем. Напевая песенку, она поставила на плиту чайник, чтобы выпить чашку чая. Она будет пить чай и наслаждаться прекрасным летним вечером. С Фрэнки и интервью покончено. На все времена.

Когда Гледис с чашкой чая в руках вышла на террасу, она услышала смех и шутки детей в саду. Гледис удивилась, как быстро прошло время. Она подошла к перилам и заглянула вниз, в сад.

— Ах! — непроизвольно вскрикнула она. То, что она увидела внизу, в саду ее собственного дома, привело ее в такое волнение, что у нее задрожали руки и она невольно пролила горячий чай.

— Привет! Тетя Гледис, он сейчас поднимется к тебе. Он сначала должен показать нам несколько приемов, — крикнул ей Густой. Мальчики услышали, как она вскрикнула, и посмотрели наверх.

Гледис поперхнулась от неожиданности. Около мальчиков стоял долговязый и загорелый Фрэнки О'Берри, баскетбольный гений. Он тоже смотрел на нее, улыбался и махал ей рукой.

— Я сейчас поднимусь, — заверил он Гледис, как будто бы она его ждала.

Она быстро отошла от перил, чтобы ее нельзя было увидеть из сада. Она была страшно испугана и в полном смятении. «Как же попал сюда Фрэнки? Встретили его Арнольд и мальчики и пригласили сюда? Может быть, он пришел, потому что она дала ему в Финиксе свой адрес?»

Гледис провела рукой по волосам. Как она выглядит? Она не ожидала гостей. Гледис кинулась в комнату и быстро стащила старую майку. Она лихорадочно перерыла свой шкаф и нашла наконец почти новый зеленый свитер в белый горошек, который и надела. Перед зеркалом в ванной она пыталась привести в порядок свою гриву волос. Результат ее стараний был плачевный: волосы, наэлектризованные щеткой, стояли дыбом вокруг ее головы.

Гледис отбросила щетку и стала подкрашивать розовой помадой губы. Тут она услышала звонок у своей двери и вздрогнула так, что размазала помаду по подбородку.

Гледис сердито стерла бумажной салфеткой всю помаду. Она тщательно вытерла губы, чтобы на них вообще не осталось и следа. Зачем все это? Она ведь совсем не хотела, чтобы Фрэнки навестил ее. Она примет его такая, какая она есть.

Звонок прозвенел еще раз. На этот раз он звучал резко и нетерпеливо. Гледис энергично вскинула голову. Это уже чересчур! Неторопливыми шагами она подошла к двери. Гледис взяла себя в руки. Она не могла только справиться с учащенным биением своего сердца.

Гледис глубоко вдохнула и хотела открыть дверь, когда звонок начал звонить непрерывно. Гледис сердито распахнула дверь и хотела уже сказать несколько резких слов о нетерпении и невежливости, как вдруг увидела перед собой своих племянников. Они висели как обезьянки на высокой фигуре Фрэнки и весело скалили зубы.

— Ну наконец-то, тетя Гледис! — крикнул Эдвард и выпустил руку Фрэнки, чтобы шире открыть дверь.

— Посмотри-ка, кого мы тебе привели, тетя Гледис! — сказал Густон.

— Фрэнки о тебе спрашивал, — сообщил Бринкли и взглянул с восхищением вверх, на своего друга. — Он был очень разочарован, что тебя не было на матче.

— Это была прекрасная игра, — заявил Эдвард, проскочил мимо Гледис в квартиру и бросился на кожаный диван. — Мы, конечно, выиграли.

— Конечно, — автоматически повторила Гледис. Она все еще стояла, держа дверную ручку, и смотрела на Фрэнки.