Кейси Майклс - Колесница Афродиты

Дэниел прижал ладонь к груди, поморщившись.

– Я? Ты считаешь меня таким? Это вы с Розанной так решили? Ты на самом деле думаешь, что я из тех неандертальцев, которые охотятся на зверей за пределами пещеры, пока маленькая женщина поддерживает огонь в очаге? Ты сильно ошибаешься.

– Да уж, конечно, – проворчала Джо, когда огромный трактор проехал мимо, окутав облаком дыма и пыли «Эсмеральду», Дэниела и её самое.

– Ты мне не веришь, не так ли? – спросил Дэниел, когда пыль рассеялась. – Как мне тебя убедить? Ты считаешь меня шовинистом, а я обвиняю тебя в безответственности. По-моему, мы легко можем разрешить обе проблемы.

– Правда? – заявила Джо, удивляясь, как эго она до сих пор полагала, что самая большая опасность, которая может ей угрожать, – это влюбиться в этого человека.

– Именно, – открывая дверцу машины, заверил её Дэниел. – Я могу сейчас снова сесть в машину, показав этим, что считаю тебя равной себе, следовательно, способной сменить колесо так же, как любой мужчина. А ты можешь сменить колесо, доказав мне тем самым, что ты нечто большее, чем просто глупенькая, безответственная девчонка, несерьёзно относящаяся к жизни. Разве не так?

Джо вытаращила глаза.

– Ты… ты собираешься вернуться в машину и позволить мне менять колесо самой? – выдавила она, не веря своим ушам.

– Боишься не справиться?

– Да нет, я могу с этим справиться! – завопила она, перекрикивая шум вечернего потока машин. – Я могу справиться с этим одной левой! Но чёрт меня побери, если я буду поднимать домкратом ещё и тебя вместе с «Эсмеральдой»! Иди-ка посиди на насыпи, пока я не закончу!…

Дэниел улыбнулся и изящно отсалютовал ей, обходя лимузин сзади и располагаясь на траве подле дороги, приготовившись оттуда наблюдать за тем, как Джо будет менять колесо.

– Привет, сестричка. Скучаешь без меня?

Джо влетела в дом, чтобы успеть схватить телефонную трубку. Звонок она услышала, когда устало взбиралась по ступенькам крыльца.

– Энди! – радостно завопила она, её сердце при звуке голоса брата сильно забилось. – Я только вошла. Ты даже не представляешь себе, как я рада тебя слышать!

– Да? А что ж ты не снимала трубку, сестрёнка? Телефон звонил, должно быть, раз десять. Я уж и надеяться перестал. Почему ты не включаешь автоответчик, когда уходишь? Как наши будущие клиенты будут поддерживать с нами контакт? Может, мне прилететь ближайшим самолётом домой и возглавить компанию, пока ты нас не разорила?

– Тебе возглавить компанию? Ха-ха-ха, братишка, – ответила Джо, подтаскивая кухонный стул поближе к телефону, чтобы рухнуть на него всем своим уставшим, ноющим телом. – Ты собираешься возглавить компанию? Ты случайно не имеешь в виду того самого Энди Аббота, который однажды записал нас на три свадьбы в один день?

– Почему ты никогда про это не забываешь, сестрёнка? Мы же выполнили заказ, разве нет? – шутливо прохныкал Энди. – Ну, как там у тебя дела? Что новенького из банка?

Джо бросила взгляд на измазанную машинным маслом блузку, запылённую юбку и поехавшие колготки, потом подняла к глазам руку, чтобы осмотреть три сломанных ногтя, принесённых в жертву, когда менялось колесо.

– У меня? У меня все отлично. Просто замечательно, честно. Лучше не бывает. Окончательное решение банка узнаем через несколько дней, но вроде все нормально.

– Господи, сестричка, не надо пережимать с радостью. – На другом конце провода на мгновение установилась тишина. – Сегодня понедельник, верно? Я тут уже потерял чувство времени, знаешь ли. Сегодня ты возишь Куинна. У тебя с ним проблемы?

Джо ощутила, как слезы разочарования пощипывают уголки глаз.

– Нет, Энди, у меня с ним нет проблем. Просто ты застал меня в неподходящий момент. У «Эсмеральды» спустило колесо по пути домой.

– Бог ты мой, как не повезло. Если бы это случилось, когда с тобой был мистер Куинн, он бы все исправил.

– И ты туда же! – вспылила она. – Ну почему вы, мужчины, думаете, что женщина не может сменить какое-то там проколотое колесо? Ради всего святого, это же не операция на мозге. Это моя работа, и спущенные колеса – её часть, и я, знаешь ли, серьёзно к этому отношусь.

– Ну конечно, Джо. Конечно. Извини, – пробормотал Энди, явно смутившись. – Ну, меня ребята зовут, сестрёнка. Надо бежать. Я тебе ещё позвоню на неделе, ладно? – Не дождавшись ответа Джо, её брат повесил трубку.

Она тоже положила трубку на аппарат и уронила голову на руки.

– Что со мной происходит? – всхлипывая, вздохнула она. – Я сменила дюжину колёс в своей жизни. Почему же меня так расстроило, что Дэниел не помог мне с этим колесом? Что этот мужчина делает со мной? Почему мне хочется, чтобы он не видел во мне женщину, но в то же время обращался со мной как с леди, как с кем-то, кто важен для него? Почему игра, в которую мы играем, больше не забавляет меня?

В тот же вечер, когда Джо собиралась ложиться спать, в дверь кухни постучали.

– Можно мне войти? – спросил Дэниел, когда она отодвинула занавески на застеклённой половине двери, чтобы посмотреть, кто пришёл. Он был одет в свободные брюки и трикотажную рубашку и держал перед собой, как будто защищаясь, небольшой букетик цветов.

Неловкими дрожащими пальцами Джо отперла тугой замок и впустила Дэниела в дом. Придерживая на груди короткий купальный халатик, она отступила на два шага назад, босыми ногами перебирая по холодному линолеуму.

– Привет, Дэниел, – тихо сказала она, злясь на себя за то, что избегает встретиться с ним глазами.

Дэниел бочком протиснулся в кухню, продолжая сжимать в руке букет. Он нервничал, и ему это не нравилось. Джо выглядела восхитительно после ванны, с блестящим носиком и тёмными волосами, свернувшимися вокруг её прекрасно вылепленной головки мягкими влажными локонами. От неё пахло мылом и шампунем, и где-то глубоко в душе у Дэниела зародилось неясное чувство, вскоре полностью его захватившее.

– Я бы уже давно был здесь, но всю дорогу давать пинки самому себе отнимает уйму времени, – признался он, протягивая букет.

Джо наконец посмотрела на него, и Дэниел увидел, как её серые глаза посветлели.

– Это мне? – спросила она слегка охрипшим голосом и робко взяла цветы, прилагая все усилия, чтобы их руки не соприкоснулись. – Я поставлю их в воду.

Дэниел последовал за Джо в гостиную, где она принялась искать вазу.

– Сегодня вечером… – начал он торопливо, стараясь как можно быстрее покончить с извинениями. – Не знаю, что на меня нашло, Джо, честно. Если бы Ричи так поступил с женщиной, я бы спустил с него три шкуры. Пожалуйста, прости меня. Я вёл себя как полный…

– Да. Да, именно так ты себя и вёл, – прервала его Джо. – Но я принимаю твои извинения. Ну вот, – сказала она, опуская цветы в вазу молочно-белого стекла, принадлежавшую ещё её матери, – теперь им необходимо подольше постоять в воде. Извини, пожалуйста.