Джудит Мэлори - Игра влюбленных

— Люси, милая, мы еще не поднялись и на первую ступеньку… — Тут его руки, несмотря на травмы, обняли ее. — Но кое-что я все же позволю с собой сделать… И заметь, позволю с удовольствием…

— Ты невыносим, — прошипела в том же тоне девушка, хотя ее сердце отчаянно колотилось. Она прекрасно поняла, о чем вел речь Денвер. Но она и помыслить не могла…

Денвер же болен…

И тут страсть…

Пламенная…

Обжигающая…

Он лукаво улыбнулся:

— Ты же поможешь мне подняться? Не позволишь, чтобы я, ослабевший, больной, измученный, упал и остался сиротливо лежать у подножия лестницы…

— Тоже мне обессиленный нашелся, — проворчала Люси, крепче его обнимая. Она подозревала, что в словах Денвера есть доля правды. Вид у него был уставший.

Они медленно поднялись по лестнице, а затем прошли в спальню. Часы на столике показывали одиннадцатый час.

Она отпустила его и медленно отошла, он же с любопытством за ней наблюдал.

— И куда ты собираешься? — лениво поинтересовался он.

— Спущусь вниз, попрощаюсь с гостями, — как-то неуверенно пролепетала она.

— Люси, поверь, они прекрасно обойдутся без твоей помощи. — Он слегка поморщился. — А вот я, боюсь, нет.

Люси тотчас забыла про все эротические фантазии и шагнула к нему.

— Тебе плохо? — взволнованно спросила она. — Что не так? Что болит?

Вопросы сыпались самопроизвольно. Сейчас Денвер выглядел хуже, чем когда она забирала его из больницы. Она обругала себя. Зачем только пошла на поводу у его капризов?

— Слабость, я чувствую слабость. — Голос Денвера звучал приглушенно.

— Тогда тебе срочно необходимо лечь, — взволнованно произнесла Люси. — Давай я тебе помогу.

Они медленно добрались до кровати, но Денвер не спешил ложиться.

— Помоги мне раздеться, — устало попросил он, — не могу же я лечь в постель в одежде.

— Да, да, конечно, — тотчас согласилась Люси и принялась возиться с пуговицами на рубашке мужа. А тот стоял руки по швам и не делал ни единой попытки ей помочь.

Когда ее пальцы коснулись ремня на брюках, две пары глаз встретились.

И мужские победили. Ее руки спустились по плоскому животу, поросшему черными волосами, дотронулись до кожаного ремня и потянули за пряжку. Она не без удовольствия заметила, как сократились мышцы живота. То-то же, не ей одной мучиться.

С ремнем она возилась бесконечно долго. Ее руки наотрез отказывались слушаться, ремень казался чертовски жестким. Но вот и он отброшен прочь, пришел черед молнии, мгновение — и джинсовая ткань скользнула вниз.

И Люси увидела, что Денвер возбужден.

Она тотчас вскинула глаза, но было поздно, она только жалобно пискнула, когда почувствовала, что он вместе с собой тянет и Люси на кровать.

Они упали, она оказалась сверху.

— Денвер, ты же болен… — Ее вскрик потонул среди чувств, рождаемых его прикосновениями.

— Да, да, любимая, я чертовски, просто катастрофически болен… тобою… — Он тихо засмеялся и уткнулся ей в шею. — Как же я соскучился по тебе… Угадай, почему я так стремился сбежать из больницы? Там-то я не мог прикоснуться к тебе так, как хотел…

Она громко охнула, когда его руки скользнули вниз и остановились чуть пониже талии, на двух маленьких упругих возвышениях.

— А ты хотел? — Вопрос сорвался с языка прежде, чем она смогла понять, что говорит.

Он улыбнулся.

— Очень.

— Но тебе нельзя… — Она сделала еще одну, но очень неубедительную попытку.

— Кто сказал такую чушь? К тому же если ты будешь действовать медленно, ну очень медленно, то, поверь, не сможешь причинить мне вреда. Только удовольствие…

Разве Люси могла устоять перед таким искушением?

И не устояла.

9

Люси пошевелилась, перевернулась на живот и открыла глаза. Было уже утро. Сквозь жалюзи в комнату пробивались робкие лучи света. Девушка улыбнулась и снова перевернулась, тотчас почувствовав, как руки Денвера зашевелились в ответ.

Он продолжал спать, крепко обнимая жену. Выбираться из его объятий ох как не хотелось, но Люси понимала, что если она хочет прийти на встречу с Лизой вовремя, то ей необходимо сейчас же подниматься. Она не любила опаздывать и не любила, когда опаздывают другие.

Люси, стараясь не разбудить Денвера, осторожно сняла с себя его руки. Но как только она попыталась сесть на кровати, то тотчас услышала:

— Ты куда это собралась, милая женушка?

Денвер продолжал лежать с закрытыми глазами, но теперь его губы улыбались.

— Ах ты притворщик! — шутливо возмутилась Люси и легонько шлепнула его по груди. Он тотчас поймал ее руку и потянул на себя. С легким криком Люси упала ему на грудь, не удержав равновесия.

— Кто притворщик? Я притворщик?

— Конечно! Ну, не я же!

Он засмеялся, легко приподнял жену, и теперь она полностью лежала на нем.

— Ай, что ты делаешь?..

— Пытаюсь не выпустить жену из постели!

Он одним неуловимым движением перекатился на кровати, и Люси оказалась под ним. Ее руки он вытянул над головой, поймав ее в некий плен. Она задохнулась, почувствовав его тяжесть на себе.

Денвер по-прежнему был обнажен… А ее тело прикрывала легкая комбинация…

— Полная капитуляция? — хрипло поинтересовался он для собственной уверенности.

Она попыталась все свести к шутке.

— Конечно, полная капитуляция! Попробуй тут одолей, когда тебя превышают и в росте, и в массе…

В глазах Денвера промелькнула тень, он точно ожидал услышать иной ответ.

— Я говорил тебе, что ты потрясающе выглядишь по утрам? — хрипло спросил он.

Ее сердце учащенно забилось, но уже не от шутливой игры.

— Нет, не говорил…

— Ты прекрасна… Особенно после ночи любви… — И он приблизил свое лицо, но прежде чем поцеловать ее, нежно обвел языком контур ее трепещущих губ. — Нет, женушка, с тобой нельзя… Ты готова меня сутками не выпускать из постели! А позволь тебе напомнить, я — человек больной! Так что марш отсюда!

— Это я-то удерживаю тебя…

— А кто ж еще!

Он лениво откинулся на подушку и положил руки за голову. Мышцы на руках заиграли, и Люси невольно залюбовалась ими.

Прежде чем соскочить с кровати, она легонько щелкнула его по носу и бросила не без иронии:

— Хвастун.

— Ты сегодня куда-то собираешься с утра? — снова поинтересовался Денвер, продолжая безмятежно лежать.

Она кивнула.

— Да, мы договорились с Лизой вместе пообедать. Сегодня в одиннадцать. Надеюсь, ты не против?

— Я уже тебе говорил, что буду только рад, если вы подружитесь. — Он прищурил глаза. — Передай от меня привет!