Труди Пактер - Экранные поцелуи

Подошел официант, принял заказ. Боб заказал, как обычно, слабо прожаренный стейк на косточке, картофель фри по-французски и бобы. Дэн с несчастным видом спросил диетического салата.

— Жена требует, чтобы я сбавил вес, — объяснил он, накалывая вилкой черные маслины, лежавшие на блюде.

«Интересно, — подумал Боб, — неужели Карла Кейзер действительно заставляет этогобольшого дружелюбного человека вести такую собачью жизнь? Или он просто любит пожаловаться?» Он припомнил все шуточки, которые слышал о Дэне Кейзере. Одна из них особенно запомнилась. Что-то о зяте, который тоже поднимается на самую вершину. Дело в том, что Карла была дочерью владельца самого большого пакета акций студии «Магнум».

До встречи с Карлой Дэн Кейзер работал во влиятельнейшей юридической фирме, связанной с шоу-бизнесом. Однако он недолго оставался юристом. Сразу же после помолвки Дэн получил одну из высших должностей в студии «Магнум», а через два года после свадьбы стал вице-президентом. Когда родился их первенец, Дэн Кейзер встал во главе всего кинопроизводства.

После этого его жизнь окончательно изменилась. Теперь он подчинялся двум хозяевам: на студии — отцу Карлы, дома — ей самой. Боб Делани немало слышал о ее благотворительных комитетах, бесконечных встречах и собраниях, о том, как она льнула ко всем, кто имел хоть какое-то отношение к элите. Однако он и представить себе не мог, чтобы Дэн в этом участвовал. Или хотя бы мирился с этим.

Кейзер прервал его мысли:

— Кто-то мне рассказывал, что ты убедил Клаудиу вернуться к работе, явившись к ней одетым как бродяга.

Делани поднял брови:

— Кто тебе такое сказал?

— Кто-то из моих сотрудников. Может быть, он просто злится, что сам не мог этого сделать.

Ирландец откинулся на стуле.

— Твой сотрудник не так уж не прав. Но я оделся так только потому, что не хотел ее пугать. Вряд ли она поведала бы мне, в чем ее настоящая проблема, если бы я приехал на машине с шофером и с кейсом под мышкой.

Кейзер взглянул на него с интересом:

— А в чем состоит ее настоящая проблема?

— Расскажу, если пообещаешь не впадать в панику.

Толстяк протянул руку:

— Договорились.

Делани рассказал о неудачном эксперименте с итальянским хирургом, о том, что Клаудиа боится крупных планов.

Дэн пожал плечами.

— Она, конечно, ненормальная. Все время пытается идти наперекор природе. Главное, что ей это не нужно. Пока, во всяком случае. — Он помолчал. — Скажи, это в самом деле серьезно?

— Только в ее воображении. Мне стоило немалых трудов убедить ее в том, что она не пугало. Ни на экране, ни в жизни. В конце концов она, кажется, поверила.

Принесли заказ. Кейзер накинулся на салат так, как будто умирал от голода.

— Каждый раз, когда я слышу подобные истории, — проговорил он, прожевав первую порцию, — я задаю себе вопрос: за что я плачу своим сотрудникам? Почему ни один из них не смогвыяснить, что происходит?

Боб ухмыльнулся:

— Может быть, стоит платить им побольше.

Но Дэн, казалось, внезапно потерял всякий интерес к делам студии. Что-то такое в дальнем конце ресторана привлекло его внимание.

— Видишь ту блондинку? — спросил он. — Кто она такая?

Боб Делани посмотрел туда, куда указывал Кейзер, и расхохотался. Там в углу сидела Жизель Паскаль, вся в кремовом шелку от Шанель.

— Что тут смешного? — раздраженно спросил Кейзер.

Боб сделал большой глоток.

— Да нет, ничего. Просто я хорошо знаю эту девушку. Можно даже сказать, мы с ней друзья.

Руководитель студии расплылся в улыбке:

— В таком случае ты, конечно, окажешь небольшую услугу своему знакомому… кстати, не последнему человеку в бизнесе?

— Хочешь, чтобы я тебя представил? С превеликим удовольствием. Хотя не могу обещать, что тебе это пойдет на пользу. Жизель не из тех дурочек, что готовы спустить трусики за роль в фильме. Она давно оставила сцену.

— Чем же она занимается? У нее что, богатый муж?

— Никакого мужа вообще нет. Эта мадам сама зарабатывает на жизнь. И очень неплохо. Знакомит людей, устраивает встречи, организует приемы.

— Что-то вроде сотрудника по общественным связям?

Ирландец снова рассмеялся:

— Нет-нет. И не дай Бог, она это услышит. Оскорбится до глубины души. Жизель работает на более высоком уровне, чем любой отдел по общественным связям. Можно сказать, она своего рода брокер. Она знает в этом городе каждого, кто что-либо собой представляет. Она в курсе всего, что здесь происходит.

— В таком случае ее стоит иметь в друзьях.

— Еще бы. — Тут Боб заметил неприкрытое вожделение в глазах Кейзера. — Конечно, все зависит от того, что у тебя на уме.

— Что бы ни было у меня на уме, тебя это не касается. Лучше будь другом, представь меня ей.

Через полчаса Жизель и тот, кто был вместе с ней, встали из-за столика. Боб поднял руку в приветственном жесте, знаком пригласил ее подойти. Француженка что-то шепнула своему спутнику и направилась к ним через зал. Даже в этом ресторане, где привлекательность считалась нормой, а красавицы встречались на каждом шагу, Жизель представляла собой исключение. В ее лице с высокими скулами, во всей ее осанке сквозило даже некоторое высокомерие. Да, это была женщина высшего класса, и она об этом знала. И все это чувствовали, судя по взглядам, которыми ее одаривали сидящие за столиками.

Боб пододвинул ей стул, но она не стала садиться. Казалось, она вся в движении, как бабочка, которая стремится поскорее улететь на цветущие луга. На самом деле Жизель собиралась пойти домой, выпить кофе и прилечь. Но об этом никто не должен был знать. На публике она всегда торопилась, показывая, что пользуется повышенным спросом. Ведь так она зарабатывала на жизнь.

Она взглянула на часы.

— Дорогой, я так рада тебя видеть. К сожалению, у меня всего минута времени.

— Тогда я не стану тебя задерживать, — улыбнулся Боб. — Я только хотел представить тебе своего друга. Это Дэн Кейзер, студия «Магнум». Дэн, это Жизель Паскаль.

Жизель протянула руку. Она прекрасно знала, кто он такой, этот большой человек с сигарой. Но не могла понять, зачем ему понадобилось знакомиться с ней. Студия «Магнум», конечно же, не нуждается в ее услугах.

Кейзер пожал ее бледные тонкие пальцы, унизанные драгоценностями на три тысячи долларов, и запечатлел на них долгий поцелуй. Это было проделано с большим искусством. Жизель не отступила и не отняла руку.

— Восхитительно, — пробормотала она. — А мне никто не говорил, что вы, мистер Кейзер, обладаете не только властью, но и обаянием.

— Называйте меня Дэн.