Долли Грей - Палитра ее жизни

— Да, она слишком тороплива в своих поступках. Но отнимите у нее это качество, и Кристиана уже не будет собой. Не знаю почему, но я доверяю вам, Патрик.

— Спасибо. Уверяю вас, на меня можно положиться. К тому же… — тут Патрик снова улыбнулся, вспомнив, как Ричард спас его от Сабрины, — я ваш должник. А я привык всегда платить по счетам.

— В таком случае, предлагаю поднять бокал за счастье моей сестры, — сказал Ричард.

— С удовольствием!

Мужчины опять обменялись рукопожатиями, на этот раз с большей сердечностью. А Кристиана скрестила пальцы за спиной «на удачу».

— Мне кажется, твой брат переживает по поводу наших отношений, — заметил Патрик, как только они отъехали от дома.

— Он долгие годы заменял родителей для нас с Генри, и у него развилось излишнее чувство долга по отношению к нам. Но ему давно пора понять, что я уже выросла и в состоянии позаботиться о себе.

Кристиана тряхнула головой, отгоняя мысли о брате. Ей хотелось радостно смеяться и не думать о грустном, ведь рядом с ней был Патрик, мужчина ее жизни.

— Стремишься быть независимой? А если мне захочется позаботиться о тебе?

— Ты всегда сможешь спросить у меня на это разрешения, — ответила Кристиана хриплым от внезапно нахлынувшего желания голосом.

Ее взгляд скользнул по лицу Патрика, задержался на ямочке на волевом подбородке, перешел на сильные руки, уверенно сжимающие руль, и дальше… Туда, где, она знала, под тонкой тканью брюк скрывается неутомимый источник мужской силы. Не желая сдерживать себя, Кристиана протянула руку…

— Что ты делаешь? — простонал Патрик и, свернув на обочину, резко затормозил. — Мы могли бы разбиться! Мне следовало бы наказать тебя за это.

— Именно этого я и хочу.

Кристиана поцеловала его и опустила спинки сидений, превратив салон в мягкое и удобное ложе.

— Ты сумасшедшая… но это меня заводит.

— Осторожнее, не порви, это «Сен Лоран»… Знаешь, сколько стоит…

Но слабая попытка Кристианы сдержать любимого потерпела неудачу. Раздался треск разрываемой ткани, и ажурная блузка полетела в сторону, сопровождаемая словами Патрика:

— Чепуха! Я куплю тебе новую. Кристиана тихо рассмеялась.

— Интересно, что сказали бы Филипсы, если бы узнали, чем мы занимаемся неподалеку от их дома?

— Посоветовали бы не быть обнаруженными полицейским патрулем в самый неподходящий момент.

— Такое возможно?

— Шутишь, это же престижный квартал. Здесь на каждого жителя приходится пять полицейских.

— Тогда прекрати болтать и принимайся задело.

— Слушаюсь, мэм!

Кристиана проснулась от прикосновения чего-то пушистого и теплого. Открыв глаза, она с удивлением обнаружила, что на месте Патрика уютно устроился Брайтон, а сам он отсутствует. Нежно потрепав кота, Кристиана встала с кровати и, завернувшись в плед, прошла в гостиную.

Патрик сидел в кресле, перед ним на столике светился голубой экран ноутбука. Множество фотоснимков веерной россыпью лежало рядом.

Кристиана подняла один.

— Что это? — спросила она.

— Ты уже проснулась? — Патрик отвернулся от экрана и нежно улыбнулся. — Это Рене Магритт. Авторское повторение его знаменитой «Философии будуара». По крайней мере, так полагает владелец. Моя задача проверить это.

— В этом тоже заключается твоя работа?

— Да. Я специалист по современному искусству. Чтобы содержать галерею, мне приходится давать платные консультации частным коллекционерам.

— Я думала, что галерея с лихвой окупает себя?

— Все зависит от спроса. Поскольку в данный момент интерес к современной живописи велик, мои дела идут прекрасно. Но если завтра в моду войдут «малые голландцы», мне придется туго.

— Ты не любишь «малых голландцев»?

— Почему не люблю? Люблю, и даже очень, — ответил Патрик. — Но почти все они уже находятся в музеях, к тому же они творили триста лет назад. А я предпочитаю настоящее прошлому. Современники — вот моя страсть!

— Ты так не любишь прошлое?

— Мне не за что любить его. Оно никогда не баловало меня приятными сюрпризами. Ты сама потеряла родителей и, думаю, поймешь меня.

— Только поэтому?

— Что?

— Ты занимаешься современниками только потому, что таким способом избегаешь печальных воспоминаний?

— Ты находишь это странным? Я знаю одну молодую особу, которая любит ночевать на чердаках старых ферм. Вот это действительно странно.

Вспомнив обстоятельства их встречи, Кристиана рассмеялась.

— Ты прав, у каждого из нас свои причуды.

— Поцелуй меня…

— Не могу поверить, что слухи о Патрике и этой художнице правда! — Сабрина Уорхолл была вне себя от гнева. — Да, как он мог променять меня на эту… эту…

Не найдя подходящего слова, которое в полной мере передавало бы ее отношение к Кристиане Диксон, Сабрина схватила фарфоровую статуэтку и с размаху швырнула в зеркало.

— Возьми себя в руки, — посоветовала ей Бекки Штайн, которая и принесла приятельнице новость о Патрике Корнелле.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? Я стала посмешищем целого города! Меня бросили! Меня!!!

— Глупости! Если Патрик появился с тобой на людях пару раз, это еще не значит, что у вас был роман.

— Но я собиралась за него замуж!

— Это может сказать о себе чуть ли не каждая жительница Нью-Йорка старше восемнадцати и моложе сорока. Вопрос лишь в том: собирался ли Патрик сделать тебе предложение? Бекки спокойно наблюдала за тем, как Сабрина переваривает сказанное ею. Она знала Сабрину еще с колледжа и умела остудить ее пыл.

— Он сделал бы… Я бы смогла удержать его… — Голос Сабрины звучал уже не так уверенно.

— Дорогуша, речь идет о Патрике Корнелле. Его не смогла удержать даже Мелисса.

— Мелисса была дурой!

— Но она единственная, кому он надел обручальное кольцо.

— Я не сдамся!

— Удачи! Она тебе понадобится.

— Обещай, что будешь звонить каждый вечер.

Ричард заботливо поправил на сестре шарф. К самолету, которым он с Гвен улетал в Париж на медовый месяц, уже подали трап.

Кристиана обняла его и расцеловалась с Гвен.

— Я буду скучать и ожидать вашего возвращения.

— Передавай Патрику от нас привет. Ричард взял под руку жену и поспешил на посадку. Кристиана помахала им вслед и подумала о том, какая они красивая пара, и еще о том, что ей тоже хочется в Париж и чтобы рядом был Патрик. Но потом она пришла к выводу, что, когда любишь, неважно, где находишься. Главное, чтобы чувства не оставались безответными. А ей в этом повезло.