Мирра Блайт - Дотянись до звезды

Эти слова, эти ласки и переполнившее ее жадное нетерпение заставили Черри со всей силой двинуться ему навстречу, чтобы он наконец заполнил пустоту переполнявшей ее сладостной боли.

Вдали зазвенели церковные колокола, и Берт вдруг отпустил ее.

Потрясенная, она увидела, как он повернулся к ней спиной, надел брюки, застегнул их и через плечо жестко бросил ей:

— Я не могу оставаться здесь. В час мне нужно быть в Лондоне.

Увидев, как лицо ее исказилось судорогой, он выругался и повернулся к ней.

— Боже, Чарити, не смотри на меня так, будто...

В ней внезапно проснулась гордость, и она отпрянула в сторону, но Берт схватил ее за руку.

— Нет, уж одну-то минуту ты можешь мне уделить, — пробормотал он ей на ухо. — Надеюсь, тебе теперь ясно, как ты действуешь на меня. Я пришел сюда лишь для того, чтобы узнать, как дела у Лестера, и сообщить, что уезжаю на несколько дней...

Так это она опять во всем виновата? Она осознанно, шутки ради соблазнила его? Это он хочет сказать?

Похолодев, Черри оттолкнула его.

— Прости, если задержала тебя, — резко бросила она, отворачиваясь, но потом, собравшись с силами, снова повернулась к нему и холодно заметила: — Если ты так отчаянно нуждаешься в женщине, что возбуждаешься с одного взгляда, то тебе не стоит больше сюда приходить. Уйди из моей жизни, Берт, — потребовала она, чуть не дрогнув под его взглядом и молясь про себя, чтобы он не догадался, что она лжет. Она понимала, что влюбилась так безумно, что вот-вот капитулирует окончательно, поступившись гордостью и всяким здравым смыслом.

— Странная просьба, если вспомнить о том, что происходило пять минут назад, — едко заметил он.

На какое-то мгновение она растерялась, но затем, небрежно пожав плечами, выдавила из себя:

— Ты на редкость искушенный и настойчивый любовник... Неудивительно, что тебе легко удалось меня возбудить.

— И это все? Все, что ты можешь сказать мне? — спросил он зловеще.

Но Чарити уже зашла слишком далеко, чтобы отступать. Если Берту станет ясно, что она лжет, он может задаться вопросом: а для чего она это делает?

— Да, — безжизненно сказала она. — А что еще может быть?

На мгновение ей показалось, что сейчас Берт схватит ее, но тот, по-видимому, передумал. Отступив назад, он затянул узел галстука и сказал:

— К сожалению, я сейчас не могу продолжить этот разговор, но не рассчитывай, Чарити, что я оставлю свой вопрос без ответа!

И он вышел.

Она долго сидела, оцепенев, и только через полчаса смысл сказанного в полной мере дошел до нее. Поднявшись со стула, Черри, пошатываясь, подошла к окну и обратила потухший взгляд в сторону Мэйн-хауза. Ей стало страшно, что она ощущает себя такой одинокой и потерянной только оттого, что Берт Сондерс уезжает на пару дней.

Зачем ему надо в Лондон? Что он собирается там делать? С кем встречается? С женщинами, куда более опытными и искушенными, чем она, которые бросятся ему на шею, стоит только поманить пальцем?..

С еле слышным стоном она отвернулась от окна, обрадовавшись внезапному телефонному звонку, который, пусть ненадолго, отвлек ее от непереносимых мыслей.

Это был ее адвокат, который сообщил удивительную новость. Сосед-подрядчик снова обратился к нему с предложением купить Уайн-коттедж и землю.

Чарити, пожав плечами, сухо сообщила адвокату, чтобы тот посоветовал этим чудакам не тратить попусту времени, поскольку продавать усадьбу и участок она не собирается.

Ночью, когда ей, наконец, удалось уснуть, в каждом сне ее преследовал Берт. Она сгорала от искушения уступить необоримому влечению тела. Но разум призывал ее одуматься, напоминая вновь и вновь, что ей хочется от Берта куда больше, чем просто сексуального удовлетворения. Если это будет просто короткий роман, то она будет страдать еще больше, чем в том случае, если устоит и перестанет видеться с ним.

Но, даже приняв такое решение, Черри не могла побороть желание снова увидеть его, услышать его голос... быть с ним. Она приходила в ужас от силы своего чувства. Эта любовь могла разрушить ее жизнь. Чарити говорила себе, что ей не привыкать к одиночеству, но... сейчас с ней творилось что-то необъяснимое.

Три дня о Берте не было ни слуху, ни духу, и она страдала так, что вынуждена была признать свое поражение. Дело зашло слишком далеко, и все ее попытки вычеркнуть этого мужчину из своей жизни были тщетны. Ее любовь к нему росла и крепла с такой ошеломляющей быстротой, что избавиться от нее можно было, только вырвав вместе с сердцем.

Здравый смысл подсказывал Чарити, что во имя собственного душевного спокойствия она должна видеться с ним как можно реже, но доводы эти меркли, как только она вспоминала его глаза и тело.

Черри убеждала себя, что Берт хочет от нее всего лишь секса и не более того. Видимо, он считает, что женщина с ее прошлым не подвержена романтическим иллюзиям и не будет претендовать на неземную любовь.

И все же он был так нежен с ней, так чуток и добр... Этот человек мог испытывать сострадание. И вкупе с желанием это чувство создавало такую взрывоопасную смесь, что погибнуть могли они оба: и она, и он.

Берт не любит ее. А если бы любил, то так и сказал бы. Он же говорил только о своей страсти. Хотя Чарити в глубине души понимала, что настолько мало общалась мужчинами, по большому счету, так и не научилась разбираться, что кроется за их словами...

Рана у Лестера заживала на глазах. Погода наладилась. Работы было полно. Казалось, Черри легко сможет забыться, но почему-то этого не произошло.

Она стала бояться ложиться спать, потому что ночами ее охватывали воспоминания о ласках Берта. И, не в силах уснуть, она мучала себя картинами того, что могло бы быть, если бы она не... Она часами лежала, думая о Берте, и тело ее изнывало от стремления к нему.

На третий день после его отъезда к Чарити заглянула Энн и радостно сообщила, что они с мужем уезжают в отпуск:

— У одного из наших приятелей есть вилла в Испании, и он попросил меня обновить там интерьер. Так что я собираюсь совместить приятное с полезным. — Она пристально посмотрела на изнуренное лицо подруги и проницательно заметила: — Полагаю, тебя бесполезно уговаривать ехать с нами.

Черри отрицательно замотала головой и, заметив задумчивость, мелькнувшую в глазах Энн, на всякий случай сказала:

— Я и в самом деле не могу. Во-первых, хозяйство, во-вторых, Лестер...

— А Берт не мог бы присмотреть за ним? — поинтересовалась Энн.

— Сейчас его нет здесь, — сообщила Чарити, отводя глаза в сторону в страхе, что подруга может слишком многое прочесть в них.