Элен Кэнди - Видения Эми Шарп

Резкая боль в висках. Эми присела на корточки и закрыла ладонями уши. Что-то снова потянуло ее назад, начало со страшной силой засасывать.

Опять стрелки часов побежали назад. Нож резким движением поднялся с пола и вновь очутился в руке Эми. Зак поднялся на ноги и посмотрел на Эми тем же страшным взглядом.

Девушка нашла на столе нож и мягко вошла острым лезвием в трехуровневый торт.

— Занятно. Эми, вы не подождете меня? Я вернусь через минуту. — Зак встал с дивана и ушел в соседнюю комнату.

Эми подождала, пока мужчина закроет за собой дверь в соседнюю комнату, и рванула к выходу. Дернув за ручку, девушка поняла, что Зак заперся на ключ, пока она увлеченно разрезала торт.

Из соседней комнаты послышались приближающиеся шаги — Зак возвращался, девушка еще раз дернула дверную ручку, но все было тщетно. Тогда она начала искать другой выход. В глаза бросилось большое окно. Эми, не думая ни секунды, подбежала к нему. Выглянув в окно, она увидела служебную лестницу. Девушка резко дернула на себя ставни и вылезла на карниз. До лестницы было метра полтора, и Эми, пересилив страх, прыгнула на площадку. Мягко приземлившись, она быстро встала и начала спускаться вниз.

Потом, оказавшись на улице, Эми что было сил побежала в соседний переулок, разбрызгивая черные лужи на асфальте.

— Да что с тобой происходит? — В квартирку вошла Линда и бросила на диван куртку подруги, оставленную в гардеробе. — Зак такой хороший мужчина! Он так хотел с тобой познакомиться! — Линда метнула в прихожую свою сумку. — Ты выставила не только себя сумасшедшей, но и меня! Зачем ты вылезла в окно? Зак, наверное, все еще понять этого не может! Да и я не могу! — Девушка сдернула красный платок с шеи и бросила его на пол. — Эми, в последнее время ты…

— Я бы убила его… — еле слышно сказала Эми. — Он бы начал ко мне приставать, а я схватила бы нож со стола и…

Линда закинула голову и истерически засмеялась.

— Может, обратимся к специалистам? — Она наклонилась и посмотрела в глаза подруги. — Я боюсь за тебя, Эми…

— Ты мне не веришь… Но этот камень, который подарила мне синьора Бруно, обладает магической силой. Стоит мне коснуться губ мужчины, как я тут же вижу решающий момент наших дальнейших отношений. И это правда. Со мной это произошло уже четыре раза. Скажи, откуда я могу знать, что Зак употребляет наркотики? Он ненормальный…

— Ты говоришь о ненормальности Зака? — Линда с сарказмом усмехнулась и скрестила руки на груди. — Прости, Эми, но я не верю в эту чушь!

— На прошлой свадьбе я получила подарок — ирландскую монету. Волшебную…

— И как я не догадалась! — Линда зацокала языком, не сводя с Эми сердитого взгляда.

— Я подарила ее Тони. И он вчера выиграл сорок восемь миллионов долларов… — Эми говорила медленно, как будто желала только одного — чтобы все, что она сейчас говорит, Линда усвоила и переварила.

Но Линда только скептически ухмыльнулась, когда увидела в окне, как Тони у подъезда натирает лобовое стекло своего рабочего лимузина.

— Это вон тот господин миллионер? — Линда ткнула пальцем в окно. — Ну-ну.

— Он отказался от этих денег, мы отдали их Дому Милосердия на улице Довольствия… — закончила Эми и посмотрела на подругу.

— Знаешь что… Либо ты все время лжешь мне и окружающим, либо у тебя повреждена психика. Все эти фантазии, сказки, теории — пустое! Ничего этого нет, Эми! Ничего нет! Окрой глаза наконец-то! Как же тебе будет трудно, когда я уеду в Нью-Йорк!

Она подняла с пола платок, снова повязала его на шею и вышла из квартиры.

Линда спустилась с крыльца, сухо поздоровалась с Тони и направилась к круглосуточному кафе быстрого питания.

Холодный ветерок остудил пыл Линды, и она подумала, что во время разговора с подругой перегнула палку. Линде стало не по себе. Она уже хотела развернуться и побежать обратно к дому, как в животе у девушки заурчало.

И Линда решила, что сначала перекусит, а потом, на сытый желудок, процесс примирения пройдет куда приятней, нежели с выворачивающим чувством голода.

Толкнув перед собой дверь, Линда вошла в небольшое помещение. Ее широкие ноздри сразу же почуяли аромат булочек с корицей, шоколадного печенья, рогаликов с клубничным джемом.

Девушка остановилась у витрины и уже представила вкус кремовых пирожных. Потом она сунула руку в карман плаща, достала пару смятых купюр и протянула их продавцу.

— Три пирожных. Заверните каждое отдельно, — попросила Линда, показывая пальцем на бисквиты с розовым кремом.

Продавщица фыркнула, залезла под прилавок, достала три бумажных пакетика и чуть ли не перед носом Линды встряхнула их.

— Что еще?! — рявкнула продавщица.

Линда сразу же впитала весь негатив, излучаемый продавщицей, и подперла бока руками.

— Что еще?! — на повышенных тонах спросила Линда. — Вашу улыбку и доброжелательность!

Продавщица скривилась в пародийном подобии улыбки и свысока посмотрела на покупательницу. Конечно, макияж у Линды был вызывающим: ярко-красная помада, накладные ресницы длиною в пять сантиметров, темные тени, доходящие до бровей. Еще от Линды пахло сигаретами и алкоголем. Так же и наряд ее был далеко не монашеским: Линда не успела переодеть короткое черное платье после банкета. На полной фигуре девушки оно выглядело даже очень коротким и никак не подходило для прогулки по городу.

— Я буду улыбаться, когда захочу! — Продавщица снова тряхнула пакетом перед лицом Линды.

— Нет, ты улыбнешься, когда Я захочу! — Линда ткнула пальцем в грудь продавщицы. — А если ты этого не сделаешь, я поговорю с твоим шефом, и он выпрет тебя на улицу! Знаешь, сколько у меня накопилось зла? Я готова стереть в порошок любого, кто затронет меня в неподходящем месте и в неподходящее время! Так вот! Ты затронула! Готовься к войне!

— Да иди к черту! Я и так сегодня последний день работаю! — заорала продавщица. — Вот тебе на память от меня! — Она схватила пирожное, смяла его в руке и швырнула в Линду.

— Ах, так! — Линда, недолго думая, вцепилась в волосы продавщицы.

Спустя десять минут Линда сидела за столиком в кафе быстрого питания и вытирала салфеткой остатки крема на воротнике плаща, а продавщица в это время собирала пучки своих волос с витрины.

— За что уволил-то? — спокойно спросила Линда.

— За недостачу. Сама виновата, сдала с десятидолларовой купюры, как с сотни. Рассеянная стала в последнее время… — Продавщица вздохнула. — Сын вообще нюх потерял.

— Грубит?

— Нет. В прямом смысле слова. Проблемы с обонянием.