Ширли Кэррол - Простые радости

— Знаю, знаю. Просто мне совсем не хватает времени.

Эл нахмурился, вытащил коробку с яйцами.

— Яичница пойдет?

— Угу. Отлично.

— Надо было выбрать время, — строго сказал Эл, суетясь на кухне, как курица-наседка. — Но теперь я заполнил холодильник и рассчитываю, что ты все это съешь.

— Слушаюсь, дорогой, — с чуть насмешливой улыбкой сказала Сьюзен и повернулась на стуле, чтобы смотреть, как он готовит ей завтрак.

Он оглянулся на нее, потом покачал головой.

— Журналисты, — просто сказал он, будто одно это слово все объясняло.

— Угу, ты знаешь, какие мы.

— Это уж точно, и, кстати, о работе. Бреннан дал тебе несколько свободных дней. Доктор настаивал, и он не стал возражать.

— Подожди-ка, подожди. Я считала, что смогу вернуться в отдел завтра. У меня куча дел. Я, кажется, и правда откопала что-то очень важное по поводу этих водонапорных башен.

— Я в этом не сомневаюсь, — ответил ей Эл, — но Бреннан все равно хочет, чтобы ты прихватила еще пару-тройку дней. А у меня есть пара отгулов, так что я составлю тебе компанию. Побездельничаем вместе. Думаю, мы сможем затеять завтра что-нибудь вместе, на свежем воздухе, если не возражаешь.

Сьюзен вздохнула.

— Хорошо. А кстати, что случилось с репортажем о пожаре?

— О, я позвонил кое-кому и попросил приехать и забрать пленки, которые успел отснять. А репортаж составил ночной редактор, обзвонив кого было нужно по телефону. Все сложилось удачно.

— Ох, мне так жаль, что я не смогла сделать этот репортаж.

— Да ты что, шутишь? Ты едва не погибла. А теперь ешь и помолчи, ради Бога, хоть немного, — сказал он и поставил перед ней тарелку с яичницей.

Сьюзен все еще чувствовала: что-то продолжало тревожить его. Казалось, будто он хочет о чем-то поговорить. Поэтому, закончив есть, она отодвинула тарелку в сторону и выжидательно посмотрела на него.

— Я недавно разговаривал с Бреннаном, — начал он. — Полиция подозревает, что пожар случился в результате поджога.

— Bay! Но кому надо поджигать старое государственное здание? Кому это выгодно? — размышляла Сьюзен наполовину сама с собой, наполовину с Эл.

— Ну, напрямую никому. Но возможно, у кого-то были другие планы в этом месте.

Сьюзен вопросительно взглянула на него.

— Ты все еще новичок здесь. Ты еще не знаешь об Уолтере Норте и его грандиозных проектах построить большие современные правительственные офисы. — Эл постучал пальцами по столу.

— Но почему ему надо было поджигать старое здание? Разве он не мог просто провести новый план через совет?

— О, это займет много времени, к тому же настроение у совета сейчас не самое подходящее после всех этих проблем с водонапорными башнями. И кроме того, пожар позволит сэкономить на сносе здания, — ответил Эл. — И еще одно. Пожар создал определенные удобства для решения другой проблемы.

— Другой?

— Да. Проблемы Сьюзен Уэллс и ее журналистского расследования, в котором она подошла слишком близко к правде.

Глава 7

— Меня? Но почему?

Эл рассказал Сьюзен, как нашел ее блокнот, узнал кое-какие имена на первой странице и рассказал об этом Бреннану.

— Так, значит, участки зарегистрированы на жену и шурина Норта, — еле слышно проговорила Сьюзен.

— Да, — ответил Эл. — А это значит, что они получат неплохую прибыль при продаже этой земли.

Он подождал несколько секунд, позволяя Сьюзен обдумать новую информацию. Если у нее еще болит голова, то и думать она будет немного медленнее обычного.

Он потянулся через стол и нежно взял ее руку в свои.

— Сьюзен?

Она подняла на него глаза.

— Ты помнишь, как ударилась головой?

Сьюзен кивнула, не отводя от Эл серьезных глаз.

— Там был мужчина.

— Мужчина?

— Да, он был одет во все черное, весь черный, кроме лица.

Эл нахмурился и слегка напрягся.

— Продолжай.

— Я услышала голос. Тихий голос. Кто-то звал на помощь. Я подумала, что пожарные не успеют вовремя, и побежала туда.

Эл слегка покачал головой.

— Я знаю, это было ужасно глупо.

— Да. Но ты же думала, что пытаешься кому-то помочь. Пожалуй, я легко могу понять тебя. — Он сжал ее руку. Сьюзен глубоко вдохнула, встретила его взгляд и смотрела ему в глаза целую минуту. Потом поджала губы.

— Ну хорошо, так вот, когда я туда добралась, то увидела только этого мужчину. Он показался мне смутно знакомым, но я все никак не могу вспомнить, где я его видела, как ни стараюсь. — Глубокая морщина прорезала ее лоб, показывая, что Сьюзен серьезно задумалась.

— Ничего, ничего. — Эл похлопал ее руку.

— Он сидел на корточках и злобно смотрел на меня. Потом сказал что-то типа того, будто я совала нос не в свое дело… И бросился на меня. И это все, что я помню. — Сьюзен посмотрела на свою руку, которую Эл накрыл своей.

— Как думаешь, ты вспомнишь его лицо?

— О да. Думаю, оно теперь не одну ночь будет являться мне во сне.

— Отлично, нам это может понадобиться. — Эл погладил ее руку.

— Стивен?

— Да?

— Как ты считаешь, тот человек, он имел какое-то отношение к поджогу?

— Думаю, это вполне вероятно. Полиция занимается проверкой. Сможешь пойти на опознание, если они попросят тебя?

Сьюзен посмотрела в окно, потом повернулась к нему.

— Да. Конечно, смогу. А ты пойдешь со мной?

— Безусловно. Похоже, они собираются провести его завтра. Мы подумали, что это может быть шурин Норта. И если нам удастся припереть его к стенке и доказать его причастность к пожару, тогда полиция сможет арестовать его и за поджог, и за нападение на тебя и, вероятно, даже притянуть Норта за соучастие. Окружной прокурор сейчас разбирается в деле о мошенничестве и конфликте интересов по поводу водонапорных башен.

— Как все быстро закрутилось!

— Да, это точно, — согласился Эл. — Но я все же настаиваю, чтобы ты сегодня не напрягалась и отдыхала, и, кроме того, буду рядом, пока эти двое не окажутся за решеткой.

Сьюзен смотрела, как изменилось выражение его лица — с нежного и заботливого на гневное и суровое. Она потянулась и дотронулась до его руки.

Эл нежно взял ее за запястья, осторожно приподнял со стула, посадил к себе на колени и крепко прижал к груди, обхватив руками.

«Как хорошо, — подумала Сьюзен, — сидеть вот так близко к нему!» Будто так и надо. Она ощущала под собой его твердые ноги и сильные, выпуклые мышцы на груди, сразу под рубашкой, когда уткнулась головой ему в плечо. От него так хорошо пахло, хотя на этот раз не столько глаженой рубашкой, а больше яичницей и тостами, так по-домашнему. В вырезе рубашки курчавилось несколько волос, как раз над пуговицей, которой она играла. «Как бы мне хотелось поднять руку и погладить эти завитки», — лениво подумала Сьюзен. Жесткая щетина на подбородке слегка царапала ей лоб.