Пола Хейтон - Не уходи, любимый…

— Кажется, мы оба вспыхиваем как порох, стоит нам только дотронуться друг до друга, — ответил Григ. — Как ты себя чувствуешь?

Флора прислушалась к себе и вместо слов придвинулась ближе к мужу, чье умелое и страстное тело только что дарило ей невыразимое блаженство.

— Я стала настоящей женщиной, — наконец сказала она.

— И тебе это нравится? — спросил он лукаво.

— Это восхитительно. Если ты когда-нибудь спросишь, хочу ли я отдаться тебе на лужайке у бассейна перед толпой зрителей, не жди отказа.

Григ улыбнулся и нежно поцеловал ее в губы.

— Я польщен, миссис Даймон, что сумел добиться таких успехов. Пока нет зрителей, может быть, стоит вернуться в дом, принять душ и одеться?

— Идет, мистер Даймон, ваше предложение, как всегда, просто великолепно.

Они вместе приняли душ, и пока Флора, стоя перед зеркальной стеной ванной, вытиралась теплым полотенцем, разглядывая себя с каким-то новым любопытством, ей вдруг пришла в голову неожиданная мысль. Она обернулась к мужу и спросила:

— А ведь ты именно этого и добивался, правда?

Он удивленно вскинул брови, повесил полотенце на перекладину и подошел к ней.

— Добивался? О чем ты?

— Я говорю — ты заранее придумал все то, что сейчас произошло, да? — Ее серые глаза глядели серьезно и строго.

— Я намеревался сегодня посвятить какое-то время любовным радостям, не скрою, — так же серьезно ответил он, кладя ей руки на талию. — Но я вовсе не говорил себе: «Это произойдет у бассейна в шесть тридцать после того, как мы оба сначала выкупаемся обнаженными». Почему ты спросила?

— Я вспомнила, как ты сказал недавно, что хотел видеть меня неприступной, чтобы потом сравнить… — Она внезапно замолчала.

— Ах, это… — протянул он. — Да, контраст просто потрясающий. — Он оглядел ее с головы до ног и ухмыльнулся. — А тебя это беспокоит?

— Нет, — медленно ответила Флора.

Но это была неправда. Почему-то ей вдруг стало немного не по себе.

— Прозвучало не слишком убедительно.

Она попыталась отстраниться, но Григ все не убирал рук с ее талии. Вдруг неожиданно он развернул Флору кругом, так что теперь они оба оказались стоящими лицом к зеркалу, она впереди него, и устремил на нее непроницаемый взгляд.

— Что ты так смотришь на меня? — прошептала она после напряженной паузы.

Он встретился с ней глазами в зеркале, и его руки медленно легли ей на грудь.

— Я хочу тебя.

— Как… еще раз? Так скоро? — Ее голос дрогнул.

— Нам надо наверстать упущенное, — сказал он и улыбнулся.

Прежде, чем она успела что-либо возразить, он, не дожидаясь позволения, подхватил ее на руки и понес на огромную кровать. Но, наверное, больше всего удивило Флору собственное ответное желание, которое ему всегда удавалось ей внушить, вспыхнувшее опять с неудержимой силой, несмотря на невнятный ропот рассудка.

Но сомнений не было — он воспламенил ее. И тогда их тела снова соединились в объятии, его руки вновь принялись гладить, ласкать, дразнить своими прикосновениями, ее дыхание стало неровным и частым, и она томно изогнулась, закинув руки за голову, предчувствуя каждой клеточкой пылающего тела миг кульминации. И не испытывая ни малейшей скованности, она разделила его с мужем свободно и самозабвенно, втайне удивляясь себе и обрадовав его.

Через некоторое время он, не разжимая объятий, перевернулся вместе с ней на спину.

— И во второй раз — так скоро — как тебе это показалось?

— Это было… я даже не могу описать, — вымолвила Флора. — Знаю только, что теперь я пока ни на что не гожусь. Вы окончательно лишили меня сил, мистер Даймон, хотя, должна признать, сделали это непревзойденно.

Он со смехом обнял ее.

— Тогда остается только спать.

И она заснула.

Проснулась Флора одна и в полудреме разглядела, что на циферблате часов, стоявших на столике рядом с кроватью, стрелки показывают почти одиннадцать вечера. Несколько минут она неподвижно лежала, вытянув руки вдоль тела, и гадала, где сейчас может быть Григ. Внезапно почувствовав жажду и голод, она отогнала от себя непонятное тревожное чувство, быстро приняла душ, накинула темно-синий купальный халат, висевший за дверью, и отправилась на кухню.

В кухне горел свет. Григ в шортах и тенниске готовил на плите кофе, распространявший в воздухе ароматный крепкий запах. На столе лежали остатки свадебной индейки. Григ взглянул на жену и молча сделал приглашающий жест рукой.

Флора помедлила, потом опустилась на стул рядом с мужем.

— А я тебя потеряла, — сказала она негромко.

— Я проголодался и не хотел тебя будить. Хочешь перекусить?

— Да, пожалуй.

Григ отрезал ей часть холодной индейки, намазал хлеб маслом.

— Кофе?

Флора кивнула, и он поднялся, чтобы взять кофейник.

— Вижу, ты вполне справляешься по хозяйству, — заметила она, проглотив первый кусок.

Григ лукаво покосился на нее.

— На флоте я научился многим полезным вещам. Например, как открыть банку с фасолью без консервного ножа.

— Ну и как?

— Через годик-другой я открою тебе эту семейную тайну. Я много чего знаю — со мной не соскучишься.

— Я догадываюсь, — улыбнулась Флора. — Просто я совсем не знаю тебя с этой стороны. Многие мужчины — прекрасные кулинары. Джон, например, тоже любил готовить…

Она неожиданно замолчала, и их глаза встретились. Флора тут же пожалела, что упомянула имя бывшего мужа, увидев, как в глубине голубых глаз появился мрачный стальной блеск.

— Я знаю, — произнес наконец Григ. — Мне далеко до кулинарных талантов Джона, хотя я и не умру с голода, если останусь дома один. Кстати, тебе нравилось заниматься с ним любовью?

По спине Флоры пробежал холодок, она поежилась и поплотнее запахнула халат.

— Зачем тебе это знать?

— Ты притворялась довольной? — предположил Григ.

— Перестань.

— Так он был хорош в постели?

— Он знал… он… — Флора оттолкнула тарелку и резко встала: — Почему ты меня спрашиваешь о таких вещах, Григ?

— Ты первая заговорила о нем, — насмешливо ответил он.

— И очень жалею, — сказала она уже более спокойно. — Это вышло само собой. Я упомянула о нем в связи с нашим разговором, а вовсе не потому, что я о нем думала.

— Очень любезно с твоей стороны, — сухо откликнулся Григ, ставя на стол две чашки кофе. — Ты уходишь? — спросил он, увидев, что она встала.

— Я… мне пришло в голову, что наш медовый месяц, наверное, уже окончен, — натянуто произнесла Флора. — Если да, то я могу пойти спать. Одна.

— Сядь, дурочка, — велел Григ. — Давай не будем драматизировать всякую ерунду.