Маргарет Майо - Желтые розы

Кэй решила выйти. Что толку сидеть и мучить себя воспоминаниями?

Гипс, конечно, причинял неудобства, но Кэй уже довольно ловко управлялась с костылями. Она спустилась вниз и прошла пешком весь путь до Ричмонда. Было неимоверно трудно, но она справилась. Кипевшая вокруг жизнь придавала ей сил.

Какой-то молодой человек помог ей перейти дорогу. Кэй выпила кофе в одном из маленьких уютных кафе, купила книгу, которую давно хотела прочитать, и свитер из новой осенней коллекции. Она стояла, раздумывая, вернуться ли домой или пойти в кино, как вдруг кто-то тронул ее за плечо.

— Неужели это ты? — услышала она мужской незнакомый голос. — Костылей я не помню, но эти волосы узнал сразу.

Перед выходом из дома Кэй распустила волосы, и теперь они свободно лежали по плечам. Но она думала не о волосах. Сзади стоял кто-то, кто ее знал.

Сердце ее учащенно забилось. Кто-то из ее прошлого? Узнает ли она наконец правду о себе? Или этот человек спутал ее с Кариной?

Но вот он предстал перед ней. Это был герой ее снов! Мужчина, которого она видела несколько дней назад. Узколицый, светловолосый, очень высокий, красивый, элегантно одетый.

— Кэйли, ты смотришь на меня так, будто я привидение, — пошутил он.

— Ты — Чарльз Форестер? — охрипшим шепотом выговорила она. Невероятно, но ее молитвы услышаны.

— Конечно, Чарльз. Как ты могла меня забыть? Я считал, что ты уехала работать за границу. Что случилось? — Он вопросительно взглянул на ее ногу.

— Так, пустяки, — отмахнулась она. — Ты не представляешь, как я рада тебя видеть. Мне так нужно с тобой поговорить. Прямо сейчас. Ты очень занят?

Вид у него был явно заинтригованный.

— Вообще-то я собирался домой, но это может и подождать. Меня там никто не ждет. Может, сходим куда-нибудь посидеть? Там и поговорим.

Кэй решительно покачала головой.

— Я бы предпочла, чтобы мы пошли ко мне. Не хочу, чтобы нам мешали.

— Боже мой, Кэйли! Не часто я получаю такие предложения! — Чарльз широко улыбнулся, открыв чуть неровные белые зубы. Он носил небольшие, аккуратно подстриженные усы. Пахло от него дорогим лосьоном.

Кэй сверкнула глазами.

— Я тебе ничего не предлагаю. — Тем не менее ее бросило в жар, когда она вспомнила эротические сны, где между ними было дозволено все. В висках у нее застучало, и она была рада, что он не мог прочитать ее мысли.

— Не беспокойся, Кэйли, ты никогда не подпускала меня близко. Хотя я и прилагал к этому много усилий.

Они остановили такси. Чарльз заботливо помог ей сесть в машину. Он старался не обнаружить свое любопытство и во время короткой поездки рассказывал Кэй, какой трудный у него был день. Как она поняла, он занимал крупный пост в каком-то финансовом учреждении в Сити.

—Я так обрадовался, увидев тебя. Кто бы мог подумать, что ты превратишься в такую обворожительно красивую женщину. А была такой тощей девчонкой со скобкой на зубах. Я дразнил тебя беспощадно, а ты злилась и смущалась.

— Ты знал меня ребенком? — Сердце у Кэй дрогнуло. На такую удачу она даже не надеялась.

— Ну конечно, знал. Чудачка ты какая-то. В чем дело? Что происходит?

— Потерпи немного. Я все тебе объясню, — сказала Кэй, когда такси остановилось у края тротуара. Она хотела оплатить поездку, но Чарльз ей не позволил. Он задумчиво окинул взглядом роскошный дом, а оказавшись в ее квартире, восхищенно присвистнул:

— Дела у тебя, видно, неплохи.

— Это не моя квартира.

— А-а.

— И это совсем не то, о чем ты подумал, — с укором сказала она. — Входи и садись. Мне так много нужно узнать.

В гостиной он сел рядом с ней на кушетку.

— Понимаешь, Чарльз, я потеряла память. Попала под машину и с тех пор не помню ничего, совершенно ничего.

Его серые глаза округлились.

— Неужели? Невероятно! Но... — он озадаченно нахмурился, — меня-то ты узнала.

— Недавно я кое-что вспомнила. Твое лицо, комнату в каком-то роскошном доме и еще одну в небольшом флигеле.

Чарльз кивнул.

— Тебе они знакомы? — живо спросила Кэй.

— Очень хорошо. Роскошный дом — это мое родовое поместье в Стаффордшире. Я иногда там бываю, но большую часть года мы с женой живем здесь, в Ричмонде. А флигель стоит на территории поместья. Ты в нем раньше жила. Твоя мама работала у моих родителей. Она была поварихой.

Кэй восторженно захлопала в ладоши.

— О, Чарльз, ты не представляешь, что это для меня значит! Я столько времени жила, не имея прошлого. Это же кошмар! Скажи, как мне найти этот дом. Я должна туда поехать, найти маму, рассказать ей, что случилось.

Правда, это не родная ее мама, а какая-то женщина, которую она называла мамой. Она ее вырастила, а может быть, и удочерила. Но не сказала ей правду. Думать об этом было больно, но еще больнее знать, что ее бросил родной отец.

— Сожалею, Кэйли, — сказал Чарльз, — но твоя мама там больше не живет. Она уехала несколько лет назад, и где она сейчас, я не знаю.

Кэй огорчилась, но решила не поддаваться унынию. Может быть, будет достаточно увидеть те места, где она провела детство, чтобы дать толчок памяти. А потом, кто-то же должен знать, куда переехала ее мама. Надо только найти нужных людей.

Беседа с Чарльзом затянулась. Кэй забросала его вопросами о своей прошлой жизни. Но он знал немного. Помнил только, что он ее дразнил, когда приезжал домой на каникулы. Он был единственным ребенком в семье, а других детей на территории поместья не было. Но поскольку она была девочкой, а он на пять лет старше ее, он относился к ней свысока.

— А в прошлом году, когда мы случайно встретились, — рассказывал Чарльз, — я был поражен, какой красавицей ты стала. Учти, Кэйли, я очень тебя домогался. Ни одна женщина так меня не возбуждала. Я пытался затащить тебя в постель, и, может быть, мне это удалось бы, не проговорись я, что женат. А у тебя на этот счет были строгие принципы. Так жаль! — Он грустно покачал головой, но все же улыбнулся.

— А что я делала в Лондоне? Ты, помнится, сказал, что я собиралась за границу.

— Да. Была у тебя такая безумная мысль — творить добро в какой-нибудь стране третьего мира. Я не помню точно, куда именно ты собиралась. Но прежде ты решила провести неделю в Лондоне, и я удостоился чести повсюду тебя сопровождать. — Он грустно усмехнулся и добавил: — Но добиться от тебя так ничего и не сумел. Последний раз я тебя видел накануне твоего отлета.

Так вот почему он не навестил ее в больнице! Не знал, что она еще в Лондоне.

Кэй рассказала Чарльзу о несчастном случае, о том, как Форд принял ее за Карину, и о потрясении, которое они испытали, когда та появилась в их квартире.

— Но в поместье ты точно была только одна, уверенно сказал Чарльз. — Я бы уж запомнил, если бы мне пришлось дразнить вас двоих. А твоя мама — наверное, приемная мама — была очень замкнутой женщиной. Я иногда прокрадывался вниз и подслушивал, о чем судачат слуги, но твоя мама никогда не участвовала в сплетнях. Да и о ней мало что знали.