Марша Ловелл - Прелюдия к счастью

Она устало поднялась по лестнице и толкнула дверь.

Дверь не поддавалась.

Что за чертовщина!

Успокойся, приказала себе Эшли. Успокойся и попробуй еще раз. В какую сторону открывается дверь?

Она потянула дверь на себя.

Есть!

Едва волоча ноги, задыхаясь от зноя и обливаясь потом, Эшли вернулась к дому, поднялась на второй этаж и…

Из ванной доносился звук льющейся воды.

Неужели она не закрыла кран? Мало того, что пропал без вести Росс, так теперь еще и рукотворное наводнение!

Эшли вбежала в комнату, метнулась к ванной, распахнула дверь и… застыла как вкопанная.

Виновник ее тревог и огорчений, «без вести пропавший» Росс Макдермот, фыркая и отдуваясь, преспокойно принимал душ. Струйки воды стекали по плотному, словно вытесанному из камня торсу. Взгляд Эшли скользнул по широкой груди с густыми черными волосками, по подтянутому животу с рельефными узлами мышц, по.

Эшли заставила себя поднять глаза, но не нашла сил отвернуться.

— Что нового в погребе? — насмешливо спросил Росс. — Вижу, ты успела собрать на себя всю пыль.

— Я…

— Решила, что со мной можно играть в детские игры? — Он говорил негромко, но за внешним спокойствием чувствовалась кипящая ярость. — Думала, что от меня так легко отделаться? Хотела преподать мне урок?

— Я только…

— Так вот, имей в виду, со мной такие штучки не проходят.

Оцепеневшая, как кролик перед удавом, Эшли только теперь осознала, что Росс ничуть не стыдится своей наготы и даже не пытается прикрыться. Но самое страшное заключалось в том, что и она как будто утратила волю.

Убирайся отсюда, посоветовал ей внутренний голос.

Но у всех мудрых советов есть один маленький недостаток: они, как правило, запаздывают.

Совершенно неожиданно Росс выступил из-под струи воды, схватил Эшли за руку и притянул к себе.

— Что ты себе…

Это были ее последние слова — в следующий момент он закрыл ей рот поцелуем, от которого у нее закружилась голова.

Сопротивление Эшли было недолгим: уже через несколько секунд его язык прорвался в ее рот, и все остальное потеряло всякое значение. Росс был нужен ей так же, как и она была нужна ему. Росс брал ее с горячечной требовательностью воина, долгие месяцы осаждавшего крепость и наконец прорвавшегося через стену.

Они стремились слиться воедино, и это желание стало той силой, которая ломала все барьеры опасений, робости, сомнений.

Эшли едва не задохнулась, когда Росс сорвал с нее одежду и впился в ее грудь.

— Да! — шепнула она. — Да, да!

— Обними меня.

Эшли с готовностью повиновалась, и в ту же секунду Росс подхватил ее и оторвал от пола.

— Я… — Эшли захлебнулась от пронзившего ее острой стрелой наслаждения. — О-о-о…

За первым ударом последовал второй, третий, и вскоре они уже двигались в едином ритме.

Эшли первой пришла к финишу и, вскрикнув, разжала руки. Она, наверное, упала бы, если бы Росс не удержал ее на весу. Через несколько секунд он и сам взлетел на седьмое небо блаженства.

Глава 11

— Как ты выбрался из погреба? — спросила Эшли, натягивая на себя простыню.

— Через окно. — Росс поставил на столик поднос, налил апельсинового сока из высокого стеклянного кувшина и бросил в стакан пару кубиков льда.

— Но оно слишком высоко, — возразила она, вспоминая крошечное оконце под самым потолком.

— Нашел лестницу. — Он протянул ей стакан. — Выпей.

Капелька сока упала на шею Эшли и поползла на грудь.

— Ты разбил плечо, когда вылезал? — Эшли осторожно коснулась пальцем свежего кровоподтека.

— Точнее — когда выпадал, — поправил Росс. — Грохнулся на камень. Ничего, могло быть и хуже.

— Мне очень жаль, — прошептала она.

— Неужели? — Он вскинул бровь. — А мне почему-то показалось, что тобой владели другие чувства.

Эшли вспыхнула.

— Но ты сам виноват! Если бы ты не поцеловал меня там, на лестнице, мне бы и в голову не пришло ничего подобного.

— Ладно, покончим с этим. Надеюсь, ты не возражаешь против прогулки по Риму?

— Не возражаю. Но у меня есть одно условие.

— Какое?

— Пообещай, что будешь вести себя по-джентльменски.

Росс обреченно вздохнул.

— Чтобы вести себя по-джентльменски, нужно быть джентльменом. А я…

— Так ты обещаешь? — твердо повторила она.

— Обещаю, но только не жалуйся, если тебе это не понравится.

Они бродили по площади Испании, фотографировались у собора Санта Мария Маджоре, ели мороженое у фонтана на площади Республики, а потом гуляли по виа Венето.

Славные для виа Венето времена «Сладкой жизни» уже миновали. Она оставалась тем же милым бульваром с красивыми деревьями, шикарными магазинами и дорогими ресторанами, но интеллектуалы и кинозвезды уже покинули ее ради более изысканных и не выставляемых на показ утех. Теперь толпа состояла главным образом из туристов, бизнесменов и тинейджеров.

Впрочем, для Эшли и Росса это не имело никакого значения. Они существовали сами по себе, и для счастья им хватало общества друг друга, а все остальное служило лишь обрамлением, декорациями.

А потом пришла ночь.

Едва Росс закрыл за собой дверь, как Эшли с неожиданной для самой себя смелостью обняла его за шею и поцеловала со страстью, которая томила и самого Росса. Он повернулся к ней лицом, дав почувствовать силу, толкавшую его к ней. Она застонала и подалась к нему, жаждая еще большей близости.

Ему понадобилось несколько секунд, чтобы избавиться от одежды и предстать перед Эшли почти обнаженным.

Эшли тоже успела снять с себя платье и осталась в трусиках и кружевном бюстгальтере.

— Я хочу тебя.

Росс поднял руку, сдвинул с плеча тонкую бретельку и, наклонившись, припал губами к ее груди. Оба дрожали от сдерживаемого напряжения, заявляющего о себе учащающимся ритмом желания.

Его пальцы прошлись по упругой груди, коснулись затвердевших сосков и опустились ниже, к нетерпеливо подрагивающим бедрам.

— Ну же! — прошептала Эшли, прижимаясь к нему.

— Ты уже готова?

Вместо ответа Эшли потерлась грудью о его грудь. Росс зарычал и, одним движением подхватив ее на руки, шагнул к кровати.

Эшли готовила завтрак, когда в кухню вошел Росс.

— Как ты относишься к кофе и сандвичу с курицей? К сожалению, мои кулинарные способности не позволяют мне соревноваться с Анной.

— Меня вполне устроит яичница с беконом или горячий бутерброд. Кстати, сегодня вечером мы идем на прием.

— Куда? — беззаботно спросила Эшли, нарезая сыр. — Надеюсь, не в какое-нибудь посольство?