Фейрин Престон - Лишний жених

Во время одного из перерывов, когда Антон с помощниками перезаряжали пленку, Маргарет, в шляпке с перышками и лентами, подошла, чтобы подбодрить ее.

— Все чудесно, Джоанна! Как вы себя чувствуете?

— Я уже устала.

Она с трудом сдерживала раздражение. Ассистентка припудривала ей лицо.

— Долго еще? — спросила Джо.

— Антон все еще не уверен, что сделал нужный снимок.

— Ну куда ему еще? Он и так уже отснял три катушки… — начала было Джо, но вовремя одернула себя, заметив в своем голосе истерические нотки. Маргарет здесь ни при чем, и несправедливо срывать на ней свое раздражение. — Простите, Маргарет.

Та рассмеялась с сочувственным и понимающим видом.

— Ничего, дорогая, не беспокойтесь. Я еще не видела ни одной невесты, которая к свадьбе не превратилась бы в комок нервов.

— А, так значит, это нормально! А то я уже начала беспокоиться… — Джо не смогла сдержать иронии и прикрыла лицо рукавом.

— Нам очень повезло, что удалось вызвать Антона так быстро. Ему пришлось изменить свое расписание, чтобы попасть сюда. Он сказал, что никогда не простил бы себе, если бы вам пришлось обратиться к какому-нибудь второсортному фотографу.

— Ну, от скромности он не умрет! — усмехнулась Джо.

— Он всегда стремится к совершенству. И именно поэтому он — один из лучших фотографов, — продолжала свои восхваления Маргарет.

— Да, конечно.

Психовать из-за этой пытки было не только невежливо по отношению к Маргарет, но и просто неразумно.

— Дорогая, ваше платье просто изумительно. Я должна была знать, что беспокоиться мне об этом не стоит. Вы не могли не получить платье к сроку! Вы очаровательно смотритесь.

— Благодарю вас.

Джо пыталась поддернуть глубокое декольте, но наконец сдалась. В конце концов, не такое уж оно и низкое. Нет, конечно, если бы она делала это платье сама, она сшила бы его иначе, но оно в самом деле очень милое. Конни выбрала то, что надо. Впрочем, Джо в этом и не сомневалась.

— Джоанна! — окликнул ее Антон. — У нас все готово. Давайте сделаем еще несколько.

— Еще несколько? Чего, катушек пленки или снимков?

Антон рассмеялся.

— Я вижу, вы меня хорошо знаете!

— Ну еще бы! Вы ведь меня с детства снимали. Все мои фотографии…

— Портреты, дорогая! Фотографии делают на пляже…

— Ах, да, конечно. Вы делали все мои портреты, от рождения до окончания колледжа. И каждый раз чуть не сводили меня с ума.

Антон театральным жестом поднес пальцы к губам и поцеловал их.

— Снимать вас, Джоанна, это истинная мука! Вы так прекрасны, что ни одна камера не в состоянии это передать. — Он помолчал секунду, подумал, потом добавил: — Ну, разумеется, кроме моей.

— О-ох! Ну ладно, Антон. Давайте дальше.

— Очень хорошо. Приступим.

Антон прищурился, разглядывая ее.

— Нет. Радость у вас выходит неубедительно, — покачал головой он. — Давайте попробуем изобразить задумчивый, скромный вид. Если при этом еще удастся добиться некой воздушности, это будет идеально. Наклоните голову — вот так, и еще чуть влево, — и опустите глаза, так, словно вы думаете о своем возлюбленном, о человеке, за которого вы выходите замуж, о человеке, которого вы любите.

Да, но ведь она любит Кейла!

Нет, это не любовь. Чувство, которое они испытывают друг к другу, называется похотью, желанием, физическим влечением. И еще была между ними некая связь, которая позволяла ему угадывать конец ее недосказанных фраз, а ей давала знать, что Кейл так просто не оставит ее в покое. И не только это. Но ведь если бы она действительно любила Кейла, она бы рассказала ему о возникших проблемах, разве нет? И разорвала бы помолвку с Бретом…

— Джоанна! Ау! О чем вы думаете, дорогая моя?

— Извините.

Она склонила голову под требуемым углом и попыталась сообразить, почему она вдруг подумала о Кейле. Ах, да. Антон сказал ей, чтобы она подумала о человеке, которого любит, и она подумала о Кейле. Но ведь она вовсе не влюблена в него! Нет-нет, это невозможно. Это просто оттого, что она все время думает о нем, хочет быть с ним…

— Джоанна, дорогая, постарайтесь сосредоточиться! Мне нужно, чтобы ваше лицо выражало нежность, задумчивость, радужные надежды, любовь, расцветающую полным цветом!

— Хорошо, Антон.

Несколько часов назад, проведя некоторое время в мучительных размышлениях, она наконец призналась себе, что хочет его не меньше, чем он хочет ее. И только появление Кайли помешало им тогда заняться любовью…

Джо прекрасно сознавала, что вступает на зыбкую почву. За неделю до своей свадьбы, в тетином поместье, где вовсю идут приготовления к свадьбе… Но ей было уже все равно.

Да, все это так. Но любовь? Любовь не начинается так легко и быстро, любовь не возникает в таких обстоятельствах. Она не любит Кейла. Она просто не может любить его. Кейл…

— Ну вот! — воскликнул довольный Антон, щелкнув камерой. — Это куда лучше. На самом деле, это просто превосходно! Что может быть прекраснее, чем портрет влюбленной женщины!

Джо вздрогнула. Влюбленной?

— Нет, нет, нет! — завопил Антон. — Не шевелитесь! Вот сейчас было как раз то, что надо. Сосредоточьтесь. Соберитесь!

Но Джо отошла в сторону.

— Извините, но это все, на что я способна. Вам придется обойтись тем, что есть, — устало сказала она.

Фотограф, воздевая руки к небу, кружил между сочувствующих ему помощников.

— Господи, что я сделал, чтобы заслужить такую судьбу? Я ведь еще не сделал нужного снимка! На самом деле у меня еще ничего нет! Совершенно ничего! Моя репутация погибнет! Люди будут думать, что я утратил прежний блеск и мастерство! Я останусь без работы! Я… — тут он спрятал лицо в ладонях, изображая неподдельное горе. Антон был не только превосходным фотографом, но и прекрасным актером.

Маргарет поспешила подбежать к Джо.

— Джоанна, что же вы делаете? Посмотрите, как вы расстроили Антона!

— Я ужасно извиняюсь, Маргарет. Но ведь мы же с вами прекрасно знаем, что он сделал уже кучу снимков — более, чем достаточно. Кроме того, нам прекрасно известно, что он устраивает подобные сцены по меньшей мере четыре раза в год, если не чаще. Антон! — окликнула она фотографа. — У вас все вышло прекрасно, как и всегда, и я знаю, что вы найдете единственный верный кадр. Благодарю вас.

А Маргарет она сказала:

— Я устала. Мне надо пойти пройтись, я больше не в состоянии замирать в различных позах.

— Но…

Джо успокаивающе положила ей руку на плечо.

— Это просто нервы, Маргарет. Вы же сами говорили. Если я проторчу здесь еще минуту, я просто не выдержу. Не беспокойтесь. Вы прекрасно все устроили, и все будет в порядке. Если я вам понадоблюсь, разыщите меня чуть позже. Я буду у себя в студии.