Дженни Адамс - Клубок страстей

— Люк!

У нее дрожали руки, когда она обняла его за шею. У нее дрожали губы, когда она поцеловала его в щеку.

— Шш! Позволь мне любить тебя. — Люк не отрывал от нее потемневших от страсти глаз.

Обоюдное могучее чувство поглотило их, неизмеримо большее, чем простое желание физической близости. И именно это испугало Беллу. Понимает ли он, что с ними происходит?

Впрочем, когда он обнял Беллу со всеми ее заботами, надеждами, мечтами и страхами, она уже ни о чем больше думать не могла.

— Я еще никогда…

Кажется, он понял и пытался взять себя в руки:

— Белла, дорогая, я готов ласкать тебя до тех пор, пока ты сама не взмолишься…

Он исполнил обещанное, он привел ее на ту грань страсти, за которой уже не было дороги назад. А потом они слились, и ощущение единения все росло, росло, пока все вокруг не взорвалось миллионами огней.

Когда все кончилось, Люк обнял ее. Ничего подобного Белла в своей жизни еще не испытывала и оказалась не готова к собственным столь острым ощущениям.

Свернувшись клубочком рядом с Люком, Белла боролось с внезапно охватившей ее паникой. Только сейчас она осознала, что все происшедшее может иметь очень серьезные последствия. Любовь оставила ее совершенно беззащитной.

— Что с тобой? — Люк обнял Беллу, а она никак не могла объяснить ему свой страх.

— Ничего, все в порядке.

Он крепче обнял ее, словно беря под защиту своих рук. А она старалась не поворачиваться к нему, чтобы он не увидел ее мокрых от слез глаз. Так они и уснули.

Ранним утром, когда еще не исчезли ночные тени и рассвет еще не коснулся города, они вместе приняли душ.

У Беллы немного отлегло от сердца, но ночные страхи не ушли. Любовь к Люку — это полная беззащитность. Отдать ему сердце? А если он его разобьет?

Сможет ли она принять Грейс и любить ее как собственного ребенка?

Такой вид обязательств не оставляет места для страха и ошибок. В свое время Белла уже напрягала все силы, чтобы провести сестер сквозь последствия родительского дезертирства.

Люка, кажется, тоже что-то тревожило.

Он заказал завтрак в номер. Пока они одевались и завтракали, в щели штор уже начал проникать свет. Мир просыпался.

Люк держал в руке чашку с недопитым кофе. На лице у него была такая решимость, что Белла испугалась.

Она встала и плотно закуталась в халат, взятый из ванной:

— Мне нужно идти. Мы сегодня улетаем…

Люк тоже встал.

— Прежде чем ты уйдешь, я должен сказать тебе нечто очень важное: я люблю тебя, Арабелла. Давно уже. Сегодня ночью я это окончательно понял и не верю, что для тебя это была всего лишь физическая близость. Мне хочется верить, что ты питаешь ко мне столь же глубокие чувства.

Неужели это правда? — растерялась Белла. В ее прошлом было столько потерь, ее сердце столько страдало, что поверить в счастье было крайне трудно.

Опять нахлынуло ощущение паники и пустоты. Белла чувствовала себя совершенно разбитой. Но… неужели он действительно ее любит?

— Слишком много информации и чувств на меня сегодня свалилось. Я не могу… — Она замолчала. — И хочется надеяться, но… страшно.

— Я понимаю… — кивнул Люк.

— Прекрасная ночь, — прошептала она, стараясь не думать об одиноких ночах впереди. Лучше остановиться сейчас, а то он поймет, как ей будет его не хватать. — Я не знаю, к чему это приведет. Ты ясно дал понять, что больше никогда не сможешь доверять женщинам.

— Ты же знаешь, что я изменился.

Он пристально посмотрел на нее.

— Я… я не могу… Надо возвращаться в Австралию, в настоящую жизнь.

Белла мечтала поскорее оказаться в своей квартире и спрятаться от всего мира.

В его глазах мелькнул гнев, но еще больше в них читалось боли.

— Я надеялся, что эта ночь станет точкой отсчета нашей новой жизни.

Гнев в его глазах, но боли больше. Она не могла смотреть на него. Неужели он любит?! Именно об этом она мечтала шесть лет назад. В этом самом отеле она строила мечты и уносилась в небеса. Теперь ей хотелось его любви еще больше, чем тогда, но…

— Я не могу ни сама измениться, ни изменить то, что чувствую. Я не могу ответить на твою любовь так, как этого хочешь ты, Люк.

Безоговорочной, беспредельной любовью. Такой любви хотел Люк, но у нее так не получится, потому что душа ее была сломлена.

Она как-то вся сгорбилась и обхватила себя руками.

— Теперь-то что случилось?

Он напряженно смотрел на нее и ждал ответа, которого она дать не могла.

У нее сильно заныло в груди, потому что она не хотела его терять и понимала, что теряет.

— Между нами все кончено. Ты теперь с Марией, и я уважаю твое решение. Я поговорю с ней, чтобы оставшуюся работу доделать дома. Уверена, что мы сможем работать вместе, но я уже не так часто буду появляться в магазине. Наши дороги больше не должны пересекаться.

Он, стиснув зубы, смотрел на нее во все глаза:

— Решила отказаться от всего, что было? Но ты уже не юная девушка, чтобы опять поддаваться порыву. Ты заботливая, любящая молодая женщина, способная, если решишься, взять на себя любые обязательства. — Люк подошел к двери, открыл ее и вернулся обратно. — Наверное, ты просто не хочешь брать на себя никаких обязательств.

Он не пытался удерживать ее, он даже не прикоснулся к ней. Хотя Белле очень хотелось, чтобы прикоснулся, чтобы обнял.

Привыкай. Это — твое будущее, отныне и навсегда.

— Я не жалею об этой ночи, — она гордо вскинула подбородок и с вызовом посмотрела прямо ему в глаза. — Я приобрела самый прекрасный опыт за всю свою жизнь и никогда этого не забуду.

— Но ты не настолько любишь меня, чтобы остаться.

Ответить Белла не смогла. Сердце ее было разбито. Она вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.

Трое суток Белла не спала и не разговаривала с сестрами. Никогда не поверила бы, что бывает такая боль. Она ужасно устала и все чаще задумывалась, зачем Люку вообще приходить в «Марию», видеть ее, бороться с искушением и терпеть.

А если однажды кто-то полюбит его так, как он того заслуживает?

Она сидела на берегу реки Ярры на своем любимом месте, но сэндвич, который она захватила с собой, не шел ей в горло.

Был полдень субботы, магазин закрылся на перерыв, и Белла пришла сюда в поисках покоя, чтобы хоть на время забыть о своих несчастьях.

Белла не сразу узнала Грейс в бегущей к мосткам над тихой заводью маленькой девочке, а узнав, громко ахнула.

Ее поджидал еще один сюрприз, сзади к ее скамейке подошел Люк.

— Привет, Арабелла! — Не дожидаясь ответа, он сел рядом. — Я надеялся найти тебя здесь. — Он говорил спокойно, но на скулах играли желваки, а руки были засунуты в карманы.