Джуди Кристенбери - Жизнь продолжается

- Может, пока Молли ходит, ты полежишь на заднем сиденье?

Тоби охотно согласился. Вскоре вернулась Молли с пакетом, в котором лежал большущий сверток. Она запихнула его в багажник, залезла в машину и увидела, что Тоби заснул.

- Это хорошо, — с легким вздохом сказала она.

- Будем надеяться, что он не проснется. Как только он унюхает вашу новую покупку, его нельзя будет оторвать от нее.

- Я сама готова ее съесть прямо сейчас.

- У нас на Рождество много всякой еды, зачем вы купили еще и это?

- Я всегда покупаю себе пакетик карамельного корна, но в этом году нас много, и я подумала, что каждому должно достаться. — Она помнила, что карамельный корн был частью рождественских подарков от родителей, она всегда находила пакетик в чулке для подарков.

Дома Ричард отнес спящего мальчика в спальню и вернулся разгружать покупки. Молли уже свои отделила.

— Не хочу быть обвиненной в том, что подглядывала.

— И напрасно, потому что мои уже упакованы.

— У вас их очень много.

- Конечно, ведь я настоящий Санта-Клаус, - ухмыльнулся Ричард. Сейчас он был совсем такой, как перед тем поцелуем, и она попятилась.

— Ну, я понесу свои в комнату и буду заворачивать.

— А я положу свои под елку.

Молли пошла к себе, силой заставив себя не пойти с ним в зимний сад, чтобы посмотреть на елку с подарками под ней. Она прокрадется туда попозже и посмотрит одна.

Неделя пролетела быстро. В один из дней они пекли печенье и украшали его цветной глазурью из тюбиков. К удивлению Молли, Ричард пришел к ним, тоже возился с тестом, а потом раскрашивал готовые печенья.

Все развеселились, Ричард дразнил Тоби за его художественные ухищрения, Молли дразнила Ричарда, что у Тоби получается лучше, и оба были согласны в том, что у Молли всего красивее. Она их заверила, что это из-за богатой практики.

— Я делала печенье и раздавала друзьям и больным в больнице.

— Давайте мы тоже отнесем печенье в больницу? — предложил Тоби.

— Хорошо бы, но у нас не хватит. Может, сделаем печенье только для больных детей?

— Я сейчас позвоню в Пресвитерианскую больницу и спрошу, сколько детей у них остается на Рождество. Ручаюсь, что не так много.

Ричард позвонил, и ему сказали, что таких пациентов четырнадцать.

На следующее утро они взяли пакеты с печеньем побольше, с учетом дежурных медсестер, — и передали их детям в больнице. Тоби успел там познакомиться с мальчиком его возраста. Выходя из больницы, Тоби порывисто обнял Ричарда и сказал, что ему повезло, что у него есть дядя и бабушка.

Элизабет выздоравливала, но, когда все собрались покататься на коляске, запряженной лошадьми, она не решилась присоединиться к ним.

Было не слишком холодно, но возница укрыл им ноги пледом. Молли усадила Тоби посредине — по ее словам, чтобы не вывалился. Мужчины посмотрели на нее, как на ненормальную, но она не хотела сидеть рядом с Ричардом, боялась, что вечер получится слишком романтичный и у нее возникнет искушение прильнуть к Ричарду.

Многие заведения Хайленд-парка были украшены нарядной иллюминацией, повозка ехала медленно, и у Тоби было время все разглядеть. По пути домой он спросил Ричарда, нельзя ли на следующий год устроить световое оформление их дома.

Это хорошо, сказала себе Молли, что Тоби думает о будущем без горечи. За две недели в Далласе ему заметно полегчало. Но на следующий год ее здесь не будет, и это печально.

— Как выдумаете, Молли?

— О чем?

- Смотри-ка, Тоби, она не слушала! Мы говорили о том, какие гирлянды повесим на будущий год. У вас есть свое мнение?

- Я не знаю, какие мне больше правятся, многоцветные или белые. А ты как думаешь, Тоби?

- Я люблю цветные. Но на газоне очень хорошо смотрятся белые фонарики.

- Что ж, может, на будущий год мы украсим дом иллюминацией. Надо будет связаться с компанией, которая проводит показ в марте-апреле, пусть покажут нам образцы.

Дома Тоби помчался к бабушке доложить о том, что они видели, и Молли с Ричардом остались одни.

- Спасибо, Ричард, это было весело.

- Мне было бы веселее, если бы Тоби сидел напротив, а вы — рядом со мной.

— Какая разница.

— Я был бы с вами под одним пледом. Тоби так вертелся, что все время впускал холодный воздух.

— Вы это пережили.

— Да, но с вами было бы веселее. — Он подмигнул.

— Ричард, вы не должны...

Он притянул ее к груди и поцеловал. Молли говорила себе, что ненавидит его поцелуи, но знала, что лжет. Когда се коснулись теплые губы, она растаяла и обхватила его за шею.

Наконец он отодвинулся, и она глубоко вздохнула.

- По-моему, мы больше не должны так делать. Омелы тут нет, а если ваша мать увидит, то очень расстроится. И Делорес может войти в любую минуту.

— Вы думаете, она тоже расстроится? — Он улыбался; озорной блеск в его глазах ее встревожил, и она убежала наверх.

Ричард смотрел, как гибкая фигурка Молли скрывается в коридоре.

Он думал, что ей нравятся его поцелуи, потому что она не отталкивала его. Он надеялся, что нравятся. С каждым новым днем Молли становилась ему все больше нужна. Прошедшие полтора года он все свое время посвящал юридической фирме. Это было необходимо, но, если честно, он к тому же просто не знал, что делать с изменившейся жизнью.

Когда появилась Молли, можно было уже не прятаться от жизни. Она внесла в нее радость; он любил их совместные завтраки и рождественские развлечения. Конечно, Тоби тоже был частью этой новой жизни.

Ричард часто говорил себе, что со временем женится и заведет детей, но откладывал это на неопределенное будущее. А теперь у него есть сын — Тоби. И на некоторое время — Молли.

Он обдумывал, как убедить ее остаться, но не был уверен в ее реакции. Старался не думать о том, что она может его отвергнуть.

Когда мать стала спускаться к обеду, они опять перебрались в столовую. Тоби больше не стеснялся, он без умолку болтал о том, что было, пока Элизабет болела, и особенно о посещении больницы.

— Молли, по-моему, вы сделали замечательное дело, когда отнесли детям печенье.

— Спасибо, Элизабет, но это Ричард звонил в больницу и договаривался.

— Ричард, ты тоже заслуживаешь похвалы. Думаю, и мне пора вернуться к благотворительности. Мы должны сделать это традицией — относить детям в больницу печенье на Рождество.

— Согласен, мама. Кстати, ты сама пробовала наше печенье?

— Нет, даже не видела. Оно на кухне?

— Да, Делорес собралась подать его на десерт, — сказал Ричард. — Сегодня у нас суббота, Рождество в понедельник. Она хочет, чтобы ты попробовала его уже сегодня.