Джейн Арбор - Очарование страсти

— Конечно, давным-давно. — Нора снова надела очки и склонилась над требованием, проверяя его. — Все давно было бы доставлено в вашу операционную, если бы мне не навязали всяких полоумных девиц! Я должна учить их работе, к которой они не способны…

Нора прервала свою филиппику, услышав грохот и звон стекла, разбивающегося о каменный пол.

— Господи! Что там еще?.. — раздраженно крикнула она. Кислота медленно растекалась по плиткам, зеленые бутылочные осколки разлетелись по всему полу. Нора холодным злобным взглядом уставилась на девушку на лестнице, а Лин быстро бросилась на помощь ей, видя ее склоненную голову и капли крови, падающие из порезов на кисти и ладони.

— Скорее, Фейерс! Она порезалась. Где аптечка первой помощи? У меня тут только чистый носовой платок.

Она выхватила его из кармана своего передника вместе с авторучкой, зацепившейся за платок и загремевшей по полу. Но она не заметила, что вместе с ними выпало и письмо от Уорнера Бельмонта и что, когда Нора подошла с бинтами, она подняла и ручку и письмо, потому что Лин была поглощена перевязкой руки девушки.

Лин выпрямилась и ободряюще улыбнулась, глядя в испуганные глаза девушки. Она сказала Норе через плечо:

— Я, пожалуй, возьму ее с собой в отделение «Скорой помощи». Они ей дадут выпить горячего против шока и посмотрят, не нужно ли наложить скобки на порез.

— Ну хорошо, — с неохотой уступила Нора. Когда Лин взяла девушку под руку, она протянула Лин ручку и письмо Уорнера: — Вы выронили это, доставая платок.

— О, спасибо! — Их глаза на мгновение встретились, и Лин непроизвольно покраснела. Но она не поняла все значение сузившегося взгляда Норы, быстро отвернувшейся от нее. Она не знала, что Нора сразу узнала характерный крупный подчерк на конверте: «Мисс Лин Эсолл. Лично», потому что уже изучила его по многочисленным требованиям и запискам, направляемым Уорнером Бельмонтом в аптеку… Уорнер Бельмонт пишет сестре Эсолл?.. И к тому же «лично»?! Любопытство Норы Фейерс было возбуждено до предела.

Как Лин и ожидала, Том ждал ее, когда она приехала вечером в «Ель». Он встал навстречу ей, и лицо его засияло от удовольствия и предвкушения разговора.

— Как Пэтси? Вы ее видели? — был его первый вопрос после того, как он заказал кофе у мисс Линси.

— Видела. Последствия наркоза прошли, она полностью проснулась и сегодня даже поела. Она… — глаза Лин весело сверкнули, — она все не слезает с этой темы насчет Майкла. Том, они в самом деле так понравились друг другу, правда?

— Наверное. Когда он приехал в Англию, он знакомился со многими девушками, но всегда говорил мне, что поедет обратно в Эйре, чтобы отыскать там ту, которая станет его женой. Я все думаю — а может, он нашел ее здесь, прямо в Спайрхэмптоне…

— Все это очень похоже на любовь с первого взгляда. Я не знала, что так бывает на самом деле, — задумчиво сказала Лин.

— Бывает! По-моему, почти так же случилось и с нами… со мной, я хочу сказать. — Он не спускал с нее глаз, не позволяя ей отвернуться. Он мягко продолжал: — Лин, Лин, мы ведь сейчас поговорим об этом, правда? О нас с вами?

— Да, Том. — Она не могла решиться, но потом очертя голову бросилась в неизбежное. — Понимаете, когда вчера вечером я вам сказала, что вылечилась от своего чувства к Перри, вы подумали, что… что… — Нет, это было невозможно трудно.

После маленькой паузы он попытался подсказать ей:

— Что в вашем сердце найдется уголок и для меня? Я не знаю, Лин! Может быть, я даже не столько думаю так, сколько надеюсь на это. Вчера вы были так прекрасны — я был просто на вершине блаженства. Но сегодня я весь день думаю и думаю — если бы вы действительно были моей, мне не нужно было бы ломать голову, терзаться, надеяться — я должен был бы знать!

— Да, конечно, вы должны это знать, — рассудительно ответила Лин.

— Значит, вы хотите сказать мне, что мне не на что надеяться?

— Я хочу сказать только одно: то, что я освободилась теперь от Перри, совсем не значит, что я готова… готова снова влюбиться.

Она тут же пожалела, что сказала это в такой форме, потому что Том тут же схватился за эту тонкую ниточку надежды, которую он почему-то увидел в ее словах:

— Значит, если я буду ждать… я хочу сказать, что сейчас вы никого больше не любите?

Она опять колебалась, как ему сказать, зная, что уклончивость — казалось бы, такой удобный путь — только дает Тому новую надежду, поощрять которую она не имела права. Наконец она медленно проговорила:

— Я ввела вас в заблуждение, когда сказала, что я не готова снова полюбить. Я и не думаю, что готова, но, знаете, ведь любовь нас не спрашивает, а приходит сама, когда хочет. — Она сказала это с вымученной улыбкой.

— Тогда, значит, есть кто-то другой? Кто не отвечает вам взаимностью?

— Кто даже никогда не думает обо мне в этом свете. Глупо, правда?

— Бедная моя Лин! Не повезло вам! — Щедрая душа Тома тревожилась теперь только о ней, забыв про свое разочарование. Ему было горько, он был расстроен и все же нашел в себе силы постараться помочь ей. — Вам хочется сказать мне, кто этот человек или вам легче не говорить?

— Наверное, лучше не надо. Мне кажется, если я твердо решу не думать об этом и не говорить, даже вам, я скорее справлюсь с этим. Мне кажется, это здравый подход, правда?

Он грустно смотрел на нее:

— Боюсь, что это не так. У меня… о вас… Нет, не думаю, что это когда-нибудь поможет. Но вы можете попытаться.

— Думаю, что справлюсь. — Она улыбнулась ему и мягко положила свою руку на его. — Мы с вами теперь почти в одном положении, да?

— И у нас будет все по-прежнему? Мы останемся друзьями, я хочу сказать?

— Но будет ли это справедливо по отношению к вам, Том? — возразила она.

Но Том не принимал никаких возражений.

— Если мне хорошо, то вам не нужно возражать, — сказал он. И затем, перейдя к шутливому тону, добавил: — Кроме того, возможно, на нас двоих ляжет задача направить корабль Кэррона — Хорган в спокойную гавань. Не выбросите же вы меня за борт, пока мы не доведем этого дела до конца?

Лик засмеялась:

— Кажется, они пока благополучно идут под собственными парусами, если хотите знать.

Все хорошо. Том оказался тем добрым, великодушным другом, каким она его и считала. А дружба так помогает там, где любовь остается без утешения!

Было уже совсем темно, и начинали показываться звезды, когда она и Уорнер Бельмонт вышли из собора после окончания рождественского концерта.

Он обменялся с ней только несколькими словами, когда оставил ее у большой колонны подождать, пока приведет машину с места стоянки. Как ни странно, хотя она так остро ощущала его присутствие рядом с собой во время всего концерта, сейчас она почти и не заметила, что он ушел.