Сара Вуд - Наследник Крэнфорда

Это открытие потрясло его.

Глава одиннадцатая

— Убедительное доказательство, — согласился Блейк, когда Николь взволнованно поведала ему о разговоре с миссис Ли. — Я поговорю с матерью. Попытаюсь добраться до сути.

— О! — радостно воскликнула она. — Спасибо, Блейк, спасибо!

— Следующий — кузнец, — объявил он, сдерживая порыв остановить машину и поцеловать ее приоткрытые губы. — Он учит меня своему мастерству.

— Зачем? — удивленно спросила она.

— Просто так. Я буду там около часа. Это все, что он уделяет мне из своего времени, — сказал он с усмешкой. — Там рядом гончарная, но ты можешь погулять по деревне, если станет скучно.

— Вначале я побуду с тобой, посмотрю, как ты там все испортишь, — поддразнила она. — А потом пойду сделаю кое-какие покупки для миссис Ли.

Николь обменялась рукопожатием с невысоким, коренастым Джозефом Кроксфордом, кузнецом, который на вид был лишь немногим старше Блейка. Ее ладошка утонула в огромном кулаке мужчины, но его рукопожатие было мягким, а улыбка приветливой.

Пока Блейк где-то на заднем дворе переодевался в комбинезон и тяжелый кожаный фартук, она с интересом огляделась. Внутри небольшого домика с высокой крышей было темно, и, всмотревшись в полумрак, она различила всевозможные инструменты, висящие на бревенчатых и оштукатуренных стенах.

— Давно здесь кузница? — поинтересовалась она у Джозефа.

— Давно. — Джозеф взял в руки тяжелый молот. — Уже много веков поколения Кроксфордов владеют этой кузницей и считаются лучшими мастерами во всей округе, — с гордостью сказал он, когда Блейк вошел в заднюю дверь. — Во всяком случае, задолго до того, как эти выскочки Беллами заявились сюда.

Она рассмеялась, когда Блейк бросил на Джозефа притворно-сердитый взгляд.

— Новички, значит, да? — подыграла она.

— Иностранцы. А про нас упоминается в Книге Пришествия, — ответил кузнец.

— Как о ворах овец, насколько я помню, — усмехнулся Блейк.

— Может, и так, — хмыкнул Джозеф. — По крайней мере в моей семье приличные английские имена, а не какие-то там заморские. Ваша матушка хорошо сделала, что не нарекла вас Дарси.

— Или Джайлз, — подсказала Николь.

— Не знал такого. Вот. Держите этот брус, мистер Блейк, и посмотрим, выйдет ли у вас из этого что-нибудь больше свиного уха.

Несмотря на взаимные подшучивания, мужчинам было хорошо в компании друг друга. Николь прислонилась к стене и наблюдала за ними. Блейк натянул комбинезон только до пояса, связав рукава узлом и оставив грудь обнаженной. Скоро она заблестела от пота в раскаленной от жары кузнице.

— Ослабь хватку, приятель! — рявкнул кузнец. — Пусть молот отскакивает! И перестань поглядывать на леди, — проворчал он.

Блейк заметно покраснел.

— Ну, как он? — прошептала она, когда Блейк брал огромные щипцы с соседней скамейки.

— Неплохо для любителя. — Джозеф помолчал. — Слышал о вашем отце. Тяжело это, должно быть, для вас. Он не мог быть слишком старым, — сказал он с удивительной мягкостью.

Николь взглянула в его внимательные серые глаза.

— У него был рак, — тихо пояснила она.

— Как и у моего. Тяжело смотреть, как они вот так уходят. — Он заколебался. — Хотите, я сделаю крест и поставлю его под старым тисом?

Чувство благодарности переполнило Николь.

— Я бы очень хотела. Скажите, сколько это будет стоить, и…

— Я не беру денег с друзей мистера Блейка. Эта кузница развалилась бы, если бы не он. Когда-нибудь и вы вспомните обо мне.

— Но… я живу во Франции, — неуверенно начала она.

— Пока, — обронил Джозеф. И прежде чем она успела спросить, что он имел в виду, заорал на Блейка: — Ну же, пошевеливайся! Некогда мне тут с тобой возиться целый день.

— Тиран! Я повышу твою ренту, — проорал в ответ Блейк сквозь грохот молота, летающего вверх-вниз серебристым полукругом.

— А я ее и так не плачу! — торжествующе прокричал Джозеф.

Блейк приостановился и ослепительно улыбнулся им обоим.

— Забыл! — Смеясь, он вытер лоб рукой, оставив грязные полосы.

Блейк тяжело дышал, грудь вздымалась, и еще никогда он не выглядел желаннее.

Николь поймала на себе задумчивый взгляд Джозефа и понадеялась, что он не заметил неприкрытого обожания в ее глазах. Чтобы не выдать себя окончательно, она решила уйти.

— Я иду в магазин! — крикнула она Блейку, который возобновил работу.

Он сунул брусок в раскаленные угли.

— Погуляй по деревне. Встретимся в пабе. В три часа.

— Ну, как твои успехи? — спросил Блейк, когда Николь вошла в старый паб. Хотя он и так все знал.

Николь очень радушно была принята теми деревенскими жителями, с которыми познакомилась. Джозеф, Джоан, владелица магазина, несколько местных, делающих покупки, Тим-горшечник…

Николь села рядом с ним на скамейку с высокой спинкой и изложила свою версию событий под галдеж и крики игроков в дартс.

Свежий после холодного душа на заднем дворе кузницы и энергичного растирания щеткой, Блейк откинулся на спинку со стаканом яблочного сока и наблюдал, как она с энтузиазмом рассказывает о дружелюбии жителей Грейт-Астона.

— Могу я заказать тебе что-нибудь выпить? — вежливо поинтересовался он, когда Николь остановилась перевести дыхание.

— Чего-нибудь безалкогольного, пожалуйста. Может, то же, что и у тебя?

Николь улыбнулась и дружески кивнула группе фермеров у бара. Они подняли за нее свои стаканы, и она просияла, словно они одарили ее всеми сокровищами мира.

— Мне надо проверить несколько заборов, а потом, думаю, мы отправимся на холмы, — небрежно сказал он.

— Э… а что будет там? — спросила Николь, взглянув на часы.

— Секс, — бросил он. — Я собираюсь заняться с тобой любовью. Пока что мне удается держать руки подальше от тебя, но надолго меня не хватит.

— Блейк, — проговорила она с восхитительной хрипотцой, — ничего большего я бы и не желала. Но мне скоро надо возвращаться, чтобы покормить Люка.

Блейк крепко зажмурился, Сделал несколько глубоких вдохов. Отхлебнул сока. Постарался не прислушиваться к противному внутреннему голосу, твердящему, что он совсем потерял голову.

— Конечно. А я просто приму еще один холодный душ. Посижу в холодильнике недельку-другую. Не обращай на меня внимания.

Она хихикнула.

— Говорят, ожидание усиливает страсть.

— Они ошибаются. Это мучение, — прорычал он, стукнув стаканом по столу.

Ее глаза засверкали. Он сознавал, что все смотрят на них, и ему было наплевать. Наклонившись вперед, он взял ее лицо в свои ладони и поцеловал долгим, медленным поцелуем.