Сандра Мэй - Первое свидание

— У меня нет купальника...

— Подумаешь! У меня тоже нет. Скорее бери полотенце и пошли.

Девушки выбрались из дома и быстро зашагали по тропинке, которая в абсолютно сказочном стиле вилась между олив. Постепенно уклон становился все сильнее, и последние несколько десятков метров девушки преодолели едва ли не бегом.

Пляжа, собственно, здесь не было — просто небольшая бухточка с каменистым и неприветливым на вид берегом. Однако вода и впрямь была спокойная и гладкая, как зеркало, а самое главное — впереди, над морем, разгорался потрясающий восход солнца. Кэти села на камень и прошептала:

— Господи, как же хорошо...

Джемма тем временем скинула легкий сарафан и смело пошла в воду. В голубоватом утреннем свете смуглое тело отливало перламутром, и Кэти, никогда не страдавшая нездоровым вожделением к женскому телу, подумала, что Джемма похожа на нимфу этого острова — дикую, смелую и вольную.

Она тоже разделась, пугливо глянула по сторонам — ни звука и ни души. Кэти вступила в теплую аметистовую воду и медленно пошла навстречу поднимающемуся солнцу.

Они вдоволь наплескались и наплавались, но потом Джемма виновато улыбнулась.

— Мне пора идти. Завтраки здесь ранние, синьора будет сердиться. Если хочешь, смело оставайся, чужих здесь нет.

— Да нет, я тоже пойду. Поброжу по саду...

— Лучше пойдем со мной завтракать. Мама Марионелла готовит блинчики с мясом по-сицилийски — можно душу продать! И кофе у нас настоящий, не то что у господ.

— А... можно?

— Конечно! Гостям у нас всегда рады.

Джемма бодро скакала по крутому склону, а Кэти изо всех сил старалась не пыхтеть, пробираясь следом за ней. Уже в оливковой роще она дала себе мысленное, но пылкое обещание почаще заниматься спортом.

Кухня, как и положено, располагалась в полуподвальном этаже и совершенно очаровала Кэти. Громадный очаг был сложен из камней. Старинная чугунная плита гигантских размеров стояла посреди кухни. Несмотря на ранний час, на плите уже булькали и благоухали несколько кастрюль, а на более современной электрической плите в углу кухни скворчали и стреляли маслом маленькие румяные блинчики.

Еще в кухне имелся деревянный стол, за которым Кэти, к своему изумлению, увидела дворецкого Бринсдейла. Сейчас он был вовсе не такой чопорный и неприступный, как вчера. Прихлебывая ароматный кофе из глиняной кружки, он читал газету, но при виде Кэти учтиво поднялся с места и приветствовал ее элегантным поклоном.

— Доброе утро, мисс Спэрроу. Надеюсь, вы хорошо спали. Садитесь за стол, если наша компания вас не смущает.

Из глубины кухни выплыла черноглазая и черноволосая женщина необъятных размеров. На ней было цветастое платье с игривыми оборочками, белоснежный передник и весьма кокетливая наколка на волосах. При виде Кэти толстуха разулыбалась и всплеснула руками:

— Ой, какая хорошенькая синьорина! Здравствуйте, здравствуйте, моя милая, и садитесь поскорее за стол — как раз готова новая порция блинчиков. Ручаюсь, таких вы не ели никогда в жизни. Кофе или чай? Я слыхала, вы англичанка.

— Американка. Чай я люблю, но сейчас хочется кофе. Джемма мне столько рассказывала о ваших кулинарных талантах, да и вчерашний ужин...

— Пфэ! Миленькая моя, хотите попробовать настоящую еду — приходите кушать к нам. Наверх я шлю пищу для господ. Такую в любом ресторане можно попробовать. А здесь у меня еда для людей. Кушайте!

Блинчики таяли во рту, масло так и брызгало из них, а кофе был огненный, ароматный, с легким привкусом корицы и еще какой-то пряности. Потом Марионелла поставила на середину стола глиняное блюдо с толстыми розовыми ломтями ветчины и корзинку с ржаным хлебом, еще горячим и упоительно пахнущим. Кэти казалось, что после блинчиков она не сможет съесть ни грамма, но Джемма замахала на нее руками.

— Ты обязательно должна съесть! Вот так, смотри: ломоть хлеба, немного горчицы, листик базилика и ветчина. Это домашняя, из деревни. Такой нет нигде в мире!

Через полчаса благостно улыбающаяся и слегка осоловевшая от завтрака по-сицилийски Кэти Спэрроу рассталась с новыми друзьями и поднялась к себе в комнату. Только чувство долга и могучее усилие воли заставили ее все же включить компьютер и начать разбираться с корреспонденцией, пришедшей Брюсу по электронной почте.

Без пяти девять Кэти взяла ноутбук под мышку и направилась к комнате Брюса Блэквуда, искренне надеясь, что не заблудится.

Комнату Брюсу отвели большую и обставленную в современном стиле, это Кэти помнила, но на картины в первый раз внимания не обратила, краем глаза заметив лишь какие-то яркие пятна на кремовых стенах. Теперь же эти картины ее страшно заинтересовали.

Кэти облизнула внезапно пересохшие губы и заставила себя уставиться на абстрактную картину, висевшую на стене. Куда более конкретное произведение искусства в виде совершенно голого Брюса Блэквуда лениво потянулось и мягко поинтересовалось бархатным баритоном:

— Ну и чем же мы займемся сегодня? Надеюсь, Спэрроу, корреспонденцию ты уже разобрала?

Кэти открыла рот, потом закрыла, потом сглотнула и тихо произнесла, не сводя глаз с картины:

— Значит, так: судя по всему, сейчас мы займемся бурным и необузданным сексом. Потом я уволюсь. Корреспонденцию я разобрала. Скажи, босс, а тебе действительно доставляет удовольствие издеваться надо мной?

Брюс крайне неторопливо завернулся в махровый халат и вздохнул.

— Спэрроу, ты мне слишком дорога, а зная твой упрямый, как у ослицы, характер, я не сомневаюсь, что ты и впрямь уволишься, если мы... ну, одним словом, учти, что ты толкаешь меня в пучину разврата.

— Я помню. Ты пойдешь к продажным женщинам.

— Хуже! Я буду вынужден жениться на нелюбимой.

— А что, уже есть кандидатки?

— Ох и язва же ты, Спэрроу!

— Разрешите идти, босс?

— Иди. Кстати, тебя просила зайти к ней Зельма. После завтрака сходи...

— Я уже позавтракала.

Брюс стремительно развернулся от окна и посерьезнел.

— Эт-то что еще такое, а? Демонстрация? Марш протеста? Позорное бегство с поля боя?

Кэти Спэрроу смело посмотрела ему в глаза.

— Я могла бы сказать, что мое человеческое достоинство унижает обращение «милочка», что я никому не позволю вытирать об меня ноги, что Средние века давно миновали и мы живем при демократии... но я всего этого говорить не буду. Скажем так: я нашла себе хорошую компанию. Там рады гостям, там смотрят прямо в глаза, там смеются и сочувствуют искренне, а не напоказ... и еще там готовят потрясающие блинчики по-сицилийски, которые никогда не попадут на... господский стол!