Кэтрин Айворс - Дорога в рай

– Да-а… – наконец протянул он. – А тут опять же случайно, заметь, я узнаю, что владельцы симпатичной виллы покинули ее. Причем все! – многозначительно подчеркнул он.

Лиз не выдержала:

– Чего ты хочешь?

– А ведь там всякого добра навалом – на всю жизнь хватит!..

– Ты ходил туда?

– Ходил?.. – Он засмеялся. – Ну, ты скажешь!

– Ты… ограбил? – Я?!

– Что же ты делал там?

– Скажем так – я ее только оглядел. Присматривался в расчете на будущее.

– Врешь! Ты все врешь! Ты там не был, ты даже не знаешь, где она находится!..

– А если я скажу, что у них на полу буквы «Д» и «Б»?

Да, он был там. Он видел монограмму! Но зачем он говорит об этом мне?

– У меня к тебе деловое предложение, – сказал он. – Во-первых, мы опять начнем жить вместе. Чтобы было понятней: спать, трахаться! Ты мне нравишься. Если не согласишься, я заявлю в полицию. Скажу, что ты обманом проникла в дом порядочных людей, вторглась в их доверие, чтобы ограбить. Кстати, за какие красивые глаза тебя возят на шикарных машинах?.. Монике, или как там ее зовут, похоже, не известно, что ты всего лишь подтираешь полы в дешевом отеле? Думаю, ее отношение к тебе изменится, когда она об этом узнает. Как ты думаешь?

Лиз почувствовала, что ее голову обхватил и сильно сжал жесткий обруч. Она невольно поморщилась, но нашла в себе силы сказать:

– Это я пойду в полицию и все расскажу…

– Правильно, – сказал он, насмешливо глядя на нее. – Только для начала я им расскажу, как ты ограбила собственную мать, забрав все деньги, и сбежала из дома. Как, по-твоему, кого после этого будут слушать: тебя или меня? – Он не спускал с нее глаз и был явно доволен эффектом, произведенным его речью. – Так что, дорогая, – заключил он, – тебе не вывернуться: или тюрьма, или я!

Лиз не ответила. Да она и не знала, что отвечать. Ей хотелось убежать, остаться одной и обдумать, насколько опасны его угрозы. Она повернулась, чтобы идти в отель, но Эдвард негромко сказал:

– Ты пойдешь не в свою драную гостиницу, а со мной и сейчас! – Лиз невольно остановилась. Он продолжил так же негромко. – Будет, как я сказал! Ты меня знаешь.

На веранде показалась Ребекка.

– Лиз! Быстро! Милена требует!

Не раздумывая, Лиз бросилась к отелю, Эдвард вдогонку ей крикнул!

– Дорогая! Даю тебе ровно день на сборы!..

Лиз влетела на веранду, едва не сбив Бекки с ног. Та даже отшатнулась.

– Что с тобой? Кто это был? – Лиз молчала. Видя, что из растерянной Лиз ни слова не вытянуть, Ребекка пожала плечами: – Не хочешь, не говори.

Но работать Лиз уже не могла и сказала миссис Смит, что у нее раскалывается голова. Хозяйка была недовольна. Она считала, что в столь юном возрасте голова вообще не может болеть, но по виду горничной поняла, что с той творится нечто неладное, и отступилась.

Лиз долго стояла в туалетной комнате, стараясь успокоиться. Она уже трижды вымыла лицо холодной водой, но, глядя в зеркало, не узнавала себя. На лице ясно читались страх и безнадежность. Она понимала, что жизнь ее мгновенно изменилась. Она очутилась в страшном мире и не представляла, как из него выбраться. Что-то надо делать, думала она. Что-то надо делать…

Ребекка примчалась после работы. Торопливо хватала то фен, то щетку для волос, то туалетную воду.

– Иду знакомиться с его родителями! – сообщила она. – Мать у него ведьма. Но он сказал: мать – пусть как хочет, я женюсь на тебе, а не она. Может рычать, как ей вздумается, а я все равно не отступлю.

Наконец Ребекка обратила внимание на Лиз:

– Ты чего лежишь? На дискотеку идешь?

– Нет. Если увидишь Дэйва, скажи, я прошу его прийти ко мне.

– У тебя с ним роман? Между прочим, ты знаешь, что он разошелся с женой?

– Мы друзья. Передашь?

– Передам. Вечно у тебя проблемы.

Она оделась, оглядела себя в зеркало и осталась довольна. Взгляд ее снова остановился на Лиз:

– Слушай, ты здорова?

– Здорова.

– Тогда я побежала…

Лиз подсчитывала: полчаса, пока Ребекка доберется до дискотеки, где ее ждет жених; еще столько же на обнимание с ним; и полчаса Дэйву, чтобы прийти в отель… Время тянулось бесконечно. Лиз казалось, что полтора часа успели трижды кануть в вечность. Может быть, Ребекка не встретила Дэвида?

Он пришел, когда Лиз перестала ждать.

– Ну, – сказал он, входя в комнату, – с акулами ты воевала, из машины тебя выбрасывали. Что теперь? – Лиз уткнулась в подушку и разревелась. – И почему у тебя свет не горит?

Дэвид включил лампу. Посчитав, что Лиз достаточно наревелась, он решительно пододвинул стул к кровати, на которой лежала Лиз, протянул ей носовой платок и потребовал рассказать все по порядку и с подробностями.

Потом он признался себе, что не ожидал услышать ничего подобного. Вот уж кто настоящая акула! – подумал он о бывшем женихе Лиз, но все же предположил:

– Может, он блефует?

– А монограмма на паркетном полу танцевального зала?

– Это он мог узнать от прислуги. Если умело расспрашивать горничную или садовника, они и не то выболтают.

– А если вдруг он действительно ограбил или собирается это сделать и свалит все на меня?

– Да сделай он это, его тут и близко не было бы! Когда он придет?

– Сказал, через день.

– Вот что: из отеля ни на шаг! Кто бы ни звал. Не волнуйся, ничего он тебе не сделает. Он сам боится…

– Дэвид, ты не оставишь меня?

– Не оставлю. Не думай об этом.

«Ничего он не сделает». Дэвид несколько раз повторил собственные слова утешения, но его самого они совсем не утешали. Девчонку шантажирует подонок, и ей одной с ним не справиться. Беспокоясь за Лиз, Дэвид невольно вспоминал погибшую сестру. Дженни было всего пятнадцать лет. Как большинство современной молодежи, она весьма свободно рассуждала о сексе. К тому же была влюбчива и доверчива. И первая же сволочь воспользовалась этим. Дженни никому не жаловалась, даже ему, брату! Она прыгнула с Бруклинского моста. А потом на вскрытии обнаружилось, что она беременна! Лишь полгода спустя Дэвид случайно узнал имя подонка…

Мысли его вернулись к Лиз. Если ее бывший жених явится раньше, чем обещал, он застанет Лиз врасплох. Надо идти к Сиду…

На пешеходной тропе, ведущей к пляжу, под подошвы сандалий то и дело попадались мелкие камни. Дэвид машинально отбрасывал камешки с дороги, в траву. Он поднялся по лестнице на спасательную вышку. Сид растирал жесткой губкой грудь и руки.

– Вытаскивал придурка, – пожаловался тот. – Сперва заплывают черт-те куда, а потом кричат «SOS!»

– Вытащил?

– Вытащил.

На столе рядом с переговорным устройством, соединявшим спасателя с морской полицией, кипел электрический чайник. Коробка с кофе стояла тут же. Дэвид открыл коробку, насыпал кофе в фаянсовую кружку и заварил кипятком. Обычно вечером он не пил кофе. И Сид обратил на это внимание. Спросил: