Кейт Хоффман - От разлуки до встречи

— Вам тут просили передать, мисс Пэрриш.

Этот парень звонил все выходные. Говорит, что ваш знакомый и должен был вместе с вами лететь в Новый Орлеан. Спрашивал, где вы остановились. Я подумала, вдруг он приятель Дьюи, ну, помните, тот сумасшедший поклонник, который всюду ездит за вами. Голос Дьюи я уже узнаю и никогда его не соединяю…

— Трей Марбери? — перебила Лизбет.

— Да, кажется, так его звали. Вы знакомы?

Либби кивнула. Потом взяла пачку сообщений и быстро просмотрела их.

— Он что-нибудь просил передать?

— Нет, просто просил ему перезвонить. Да, и еще! В последний раз он говорил, что вроде собирается уехать из города, и оставил свой номер мобильного.

— Уехать?

— Он обещал написать обо всем подробно.

— Как написать?

Администратор пожала плечами:

— Не знаю. Наверное, отправит письмо на ваш домашний адрес.

Десять дней спустя по-прежнему стояла страшная жара.

Либби села в одно из плетеных кресел и вынула из кармана письмо, которое Трей оставил в почтовом ящике. Она постоянно носила этот листок с собой, чтобы в любой момент можно было достать его и перечитать. Лизбет надеялась найти наконец в словах записки подтверждение своей правоты — что оставить Марбери в прошлом было единственно правильным решением.

Вынув сложенный листок из конверта, девушка развернула его и стала медленно читать:

"Дорогая Либби, Вряд ли я смогу в двух словах описать ту цепь неудач, которая не позволила мне успеть на самолет, да и какое это может иметь значение.

Если ты злишься на меня, никакие объяснения не помогут. Возможно, даже хорошо, что я не успел в аэропорт. У меня появилось время осознать, что, возможно, я все время подталкивал тебя к решению, которое ты была не готова принять. А теперь мне нужно уехать, и, надеюсь, ты используешь это время, чтобы разобраться, чего на самом деле хочешь. Я скоро вернусь, и тогда нам нужно будет либо поставить точку раз и навсегда, либо начать планировать будущее — одно на двоих. Прости, если я испортил тебе жизнь и мое возвращение принесло больше страданий, чем радости. Но я не мог уехать просто так, не сказав тебе, что ты всегда будешь жить в моем сердце.

Береги себя, Трей.

P.S. Если захочешь поговорить мой номер у тебя есть".

Либби долго смотрела на записку, пока слова не начали расплываться перед глазами. За прошедшие десять дней она совершенно перестала злиться на Марбери — осталась только тупая боль где-то в области сердца. Ей так не хватало Трея. Теперь, взглянув на их отношения со стороны, Лизбет поняла, насколько сильные чувства испытывала к этому человеку.

Девушка еще раз пробежала глазами по строчкам, и что-то в письме показалось странным, но что именно, она не могла понять. Эта особенность никак не была связана с самим текстом. Лизбет вернулась в дом и прошла на кухню.

Первая записка Трея лежала в ящике стола под микроволновкой. Либби никак не могла решиться достать письмо — боялась, что не сможет справиться с эротическими ассоциациями, которые вызывало это любовное послание. Но когда она положила оба листка рядом на столе, стало ясно, что в них не так.

— О боже, — прошептала Лизбет, переводя взгляд с одного на другой.

Они были написаны совершенно разным почерком!

— Либби?

При звуке знакомого голоса у нее перехватило дыхание и сердце бешено забилось в груди.

Через несколько мгновений в прихожей появился Трей.

— Либби?

Мужчина взял подругу за руку, сплетаясь с ней пальцами. На самом деле Лизбет мечтала оказаться в объятиях любимого, раствориться в его страстных поцелуях и забыть о своих глупых сомнениях. Разлука дала возможность понять, насколько она дорожит Треем.

Парень провел ладонью по лицу Либби, вглядываясь ей в глаза.

— Я скучал по тебе, Либ. Я ехал всю ночь без остановки, чтобы поскорее добраться сюда.

— Подожди, — сказала вдруг Лизбет.

— Чего ждать?

— Мне нужно у тебя кое-что спросить.

Девушка протянула письма, которые все еще сжимала в руках.

— Мне казалось, что нужно по крайней мере попрощаться. Я пытался дозвониться до тебя, Либ, но безуспешно. А потом с работы позвонил Марк, и мне пришлось срочно уехать.

— А это? спросила девушка, показывая другое письмо.

Трей озадаченно нахмурился.

— Что это такое?

— Первое письмо. Я нашла его в своем почтовом ящике за день до того, как ты пришел ко мне ночью, когда была гроза. Я думала, оно от тебя, но почерки не совпадают.

Мужчина пробежал глазами записку.

— Подожди-ка.

Он вскочил с кровати и бросился вниз по ступенькам.

Несколько минут спустя Трей снова появился и подал Либби записку.

— Тот, кто отправил тебе письмо, должен был написать и это — видишь, почерки совпадают.

Лизбет пробежала глазами третье послание, и глаза ее расширились от изумления.

— Неужели ты подумал, что это прислала я?

Так вот почему ты пришел ко мне той ночью!

— Между прочим, по той же причине ты пришла ко мне несколько ночей спустя, — усмехнулся мужчина. — Похоже, кто-то сыграл с нами небольшую шутку.

— Но кто?

— А разве тебе не все равно?

Трей ласково провел кончиком носа по ее шее.

— Чего ты добиваешься от меня, Либби?

Лизбет едва удержалась, чтобы не ответить так, как было на самом деле. Она мечтала всю жизнь прожить с ним вместе в Белфорте, завести кучу детей и каждый день заново влюбляться в своего мужа. Но шансы того, что ее желание осуществится, были близки к нулю.

— Мне нужно время, — ответила девушка. Время на то, чтобы разобраться в наших отношениях и решить, что делать дальше. Мне казалось, я отдаю себе отчет в том, что делаю, но на самом деле все гораздо сложнее.

Трей слегка взъерошил белокурые волосы подруги, привлек ее к себе и поцеловал в лоб. Либби замерла, надеясь, что его губы не скользнут ниже.

— В таком случае обдумай все хорошенько, ответил мужчина. — Я хочу, чтобы, когда мы будем заниматься с тобой любовью, ты принадлежала мне полностью, душою и телом.

Он улыбнулся на прощанье:

— До скорого, Либ.

— Пока.

Девушка взяла в руки все три письма.

— Какая же я трусиха, — пробормотала она. В семнадцать лет у меня хватило решимости соблазнить его, а сейчас, став взрослой женщиной, я чувствую себя более неуверенно, чем девочка-подросток. Ничего не скажешь, приятно сознавать деградацию собственной сексуальной жизни.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Марбери стремительно сбежал вниз по ступенькам офиса своего отца и вышел на улицу.

Порывы ветра пригибали к земле деревья вдоль Ривер-стрит. Парень запрыгнул в джип и выехал на Центральную улицу. Через мгновение капли дождя забарабанили по ветровому стеклу. Трей вспомнил предыдущую грозу в Белфорте, когда он провел несколько незабываемых часов в постели Либби. Потом пришлось осторожно пробираться домой до наступления рассвета, чтобы никто не увидел. Он свернул на Гамильтон-стрит и включил дворники. Дорога была усеяна мокрыми листьями, сверкала молния, пробуждая новые воспоминания о той восхитительной ночи.