Кристи Келли - Каждый раз, целуя…

Мэри станет Мэтью хорошей женой.

— Леди Дженнет?

Обернувшись на голос, Дженнет увидела Мэри Марстон и постаралась улыбнуться девушке.

— Да?

Ускорив шаги, Мэри подошла к Дженнет.

— Можно, мы вместе войдем в гостиную? К сожалению, я чувствую себя не так уверенно, как следовало бы. Моей тете нездоровится, и она решила обедать у себя в комнате.

— Да, конечно. — Если ее тетя плохо себя чувствует, то некому будет осудить Мэри за то, что она разговаривает с Мэтью. Дженнет очень надеялась, что Элизабет выполнила свою задачу и за обедом усадила их рядом.

Изящная блондинка взяла Дженнет под руку, и они направились в гостиную.

— Леди Дженнет, неужели вся великосветская суматоха не утомляет вас? Вы всегда выглядите бодрой, счастливой и уверенной в себе.

Если бы только это была правда! За всю свою жизнь Дженнет никогда не была такой ни на что не годной.

— Постепенно все станет проще. С каждым сезоном вы будете приобретать больше уверенности и спокойствия. А когда выйдете замуж, будете пользоваться всеобщим уважением.

— Надеюсь, это так. Вы действительно думаете, что лорд Блэкберн — хороший человек?

Дженнет плотно сжала губы. Он был очень хорошим человеком — для нее самой даже слишком хорошим.

— Да. Я думаю, вы поймете, что сплетники несправедливо жестоки к нему.

— Я надеюсь, мои родители останутся, довольны знакомством.

— Думаю, да, ведь он граф.

Спустившись по лестнице, они вошли в гостиную и осмотрелись. Дженнет взяла с подноса проходившего, мимо лакея два бокала хереса и, отдав один Мэри, отпила из своего.

— Леди Дженнет, я не пью спиртное, — прошептала девушка, стараясь держать бокал подальше от себя, словно в нем сидел сам дьявол.

— Если вы хотите пользоваться успехом, нужно научиться делать несколько глотков. Обещаю, вы не опьянеете и не потеряете невинность.

— Хорошо, — согласилась Мэри, тихонько хихикнув.

Дженнет наблюдала, как девушка медленно поднесла бокал к вытянутым губам и, сделав глоток меньше мышиного, поморщилась.

— Не скажу, что мне нравится, — сообщила она, склонившись к Дженнет. — Я должна все это выпить?

— Нет, если вам не хочется, — слегка покачав головой, ответила Дженнет и, поднеся ко рту свой бокал, стала пить херес, жалея, что это не бренди. Сейчас Дженнет нужно было сесть у камина с хорошим крепким бренди и интересной книгой, а вместо этого она, скрывая тоску, улыбалась, как научила ее мать, и взглядом искала Мэтью.

Она увидела, что он, прислонившись к стене, разговаривает с Сомертоном, и, не обращая внимания на то, что внутри у нее все сжалось, любовалась чертами его лица. Она с удовольствием рисовала бы это лицо или, еще лучше, целовала бы.

— Это он? — спросила Мэри. — Мужчина у стены с короткими светло-каштановыми волосами?

О Господи, ее внимание привлек Сомертон!

— Нет. Это лорд Сомертон, и этого человека вам лучше не знать.

— Почему?

Наивный тон Мэри действовал Дженнет на нервы.

— Он самый худший из подонков. Говорят, он убил дюжину людей. Я крайне удивлена, что его вообще пригласили на этот прием.

— О-о!

Эта мямля, по-видимому, расстроилась, что познакомится не с первым из самых знаменитых великосветских проходимцев, а только со вторым.

— Подождем, пока они закончат беседу, а потом я познакомлю вас.

Пока они ждали, Дженнет допивала свой херес. Поймав, наконец, взгляд Мэтью, она кивком указала на Мэри, а он в ответ слегка наклонил голову и оставил Сомертона. Пока он медленным шагом приближался к ним, Дженнет не отводила глаз от его сильных ног, наблюдая, как с каждым движением черная хлопковая ткань натягивалась на его мускулистых бедрах.

— Ой, он подходит, — с возбуждением объявила Мэри.

— Стойте спокойно и помните, что он привык к женщинам…

— Я знаю. К женщинам, более искушенным, чем я, — перебила ее Мэри.

— Леди Дженнет, вы сегодня чудесно выглядите, — заговорил Мэтью, подойдя к ним, и быстро склонился к ее руке.

— Добрый вечер, лорд Блэкберн. — Дженнет постаралась оставить без внимания искру, пробежавшую вверх по ее руке от этого короткого прикосновения. — Мне кажется, вы не знакомы с мисс Марстон. — Дженнет обернулась к Мэри: — Мэри, позвольте представить вам лорда Блэкберна.

— Мне очень приятно, дорогая.

Он наклонился к руке девушки, а когда выпрямился, от Дженнет не укрылся довольный блеск у него в глазах, появившийся после того, как он окинул взглядом Мэри. В Мэри было все, чего ему хотелось, и даже больше: пышная грудь, тонкая талия и изящные бедра плюс светлые волосы и рост — девушка едва доходила ему до плеча.

И в ее прошлом не было скандалов.

Бурление в собственном желудке сказало Дженнет, что Мэри великолепно подходит Мэтью.

Глава 9

Мэтью улыбнулся смотревшей на него молодой девушке. Мэри Марстон обладала всеми качествами, о которых он говорил Дженнет, за исключением, возможно, требуемого возраста — ей не могло быть больше восемнадцати лет, и она излучала невинность, как маяк лучи света. Но возможно, она была именно той женщиной, которая способна помочь ему.

— Вам нравится вечер? — спросил Мэтью.

— О да, — кивнула она, глядя на него большими глазами.

— Скоро начнется обед, — заметила Дженнет. — Лорд Блэкберн, не проводите ли мисс Марстон в столовую?

— С удовольствием. — Он подал руку мисс Марстон, и она, улыбнувшись Мэтью дрожащей улыбкой, взяла его под руку.

Мэтью не ощутил никакой вспышки энергии, как с Дженнет; легкое прикосновение было приятным, теплым и больше похожим на прикосновение сестры, чем возможной невесты.

— Расскажите о себе, мисс Марстон, — попросил он по дороге в столовую.

— Рассказывать почти нечего — тихо хихикнула она. — Мне восемнадцать, и в этом году заканчивается мой первый сезон.

— Какие у вас любимые занятия?

— Любимые занятия? — нахмурившись, повторила она.

Они подошли к своим местам, которые, к счастью, оказались рядом, и Мэтью отодвинул для нее тяжелый стул красного дерева. После того как они уселись и поздоровались с соседями, Мэтью снова попытался что-нибудь узнать о девушке.

— По-моему, мы говорили о любимых занятиях. Вы рисуете? Возможно, увлекаетесь игрой на музыкальных инструментах?

— Если говорить о рисовании, то должна признаться, у меня нет ни капли таланта. Я могу определить мелодию, и это, по-видимому, самый большой мой талант.

Помня любовь своей матери к чтению, Мэтью подумал, что, быть может, это область и ее интересов.

— Вы увлекаетесь чтением?

— Немного. — Легкий румянец окрасил щеки девушки.